Свободная трибуна

Как делаются мифы

 
{hsimage|«Я знаю, как слова опасны, Как могут быть вредны подчас» ||||} Поводом для написания этих заметок послужили трагические события минувшего лета и начала осени, гневная реакция на них читателей интернет-журнала «Лицей» и мои давнишние горькие мысли о постепенной потере нами чувств патриотизма, любви и уважения к родному и великому русскому языку, критического отношения к навязываемым нам так называемым ценностям, которые чужды нашей природе и истории. Все это может привести к потере Родины. Страну потеряем!
                                       
                                        

                                             И долго буду тем любезен я народу,     
                                              Что чувства добрые я лирой пробуждал.         

                                                                                                А.С. Пушкин

Сначала о мелком событии – юбилее С. Довлатова. В разгар перестройки, когда на поверхность общественной и государственной жизни всплыла посредственность, я спросил тогдашнего директора Пушкинского заповедника Семена Степановича Гейченко о некоторых именах, которые в то время назывались чуть ли не великими и при этом  притеснявшимися советской властью. Поэтому, мол, мы о них и не знали и не подозревали об их величии. В конце ряда «великих» стояла и фамилия Довлатова. Я пытался в те годы что-то прочитать из его сочинений, но почему-то дальше третьей-четвертой страницы не доходил, бросал. Скучно, без мыслей, малоубедительно в художественном отношении. Семен Степанович мне сказал тогда, что он хорошо знает этого сочинителя, ибо тот работал у него в заповеднике экскурсоводом. «Он очень часто не выходил на работу из-за пристрастия к бутылке, долго мы терпели, но пришлось его за прогулы уволить. У меня много есть сочинений графоманов, которые даже присылают мне «Евгения Онегина» собственного производства", — сказал Гейченко. И тут же вручил мне толстенный рукописный том. Потом еще один, в котором был «Борис Годунов» другого сочинителя. И добавил: «Да сейчас вообще печатается много всякой макулатуры, которой не хочется засорять голову. И вы не засоряйте, читайте классику русскую и советскую. Какое богатство у нас литературных талантов! Все лучшее опубликовано» .    
 
В повести «Заповедник» Довлатов написал много плохого и несправедливого о лучшем в СССР музее. Это не делает ему чести. Но почему-то эта повесть чаще всего на слуху и даже инсценируется. А знают ли фанаты Довлатова о том, что читают пасквиль на заповедник?! Это признают даже критически относившиеся к Гейченко ветераны музея, например кандидат наук Иосиф Будылин. Так что правильно не печатали этого автора в советское время, имея в виду скудость литературного языка и стиля, недобросовестность изложения фактического материала. Высокий нравственный и художественный камертон не позволял печатать. Ведь литература воспитывает, может обогатить душу, а может испортить. Довлатов не обогащал. Он работал на разрушение.  А ему музей в Пушкинских Горах открывают.  Музея в честь великого С.С. Гейченко нет и не предвидится, а в честь Довлатова — пожалуйста. Стыдно!       

Выдающегося советского скульптора, Героя Социалистического Труда, лауреата Ленинской премии, академика Михаила Константиновича Аникушина в перестройку спросили, мешали ли ему работать партийные и советские органы (цензоры). Аникушин ответил просто: «Мне мешали делать плохие вещи».   

Всем известно, сколь мало учебных часов ведомство непотопляемого министра А. Фурсенко выделяет литературе и русскому языку. Школьники не успевают ознакомиться с шедеврами русской и мировой литературы, с творениями гениев. При этом с ведома и при поддержке премьера В. Путина вводится обязательное изучение в школе сочинения А. Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ». Заслуженный деятель науки РФ, историк, профессор Тверского государственного университета Александр Огнев приводит следующие слова американского посла в СССР Бима из его мемуаров, раскрывающие технологию создания мифов: «Когда мои сотрудники в Москве принесли мне ворох неопрятных листов за подписью Солженицына, я вначале не знал, что делать с этим шизофреническим бредом. Когда же я засадил за редактирование и доработку этих «материалов» десяток талантливых и опытных редакторов, я получил произведение «Архипелаг ГУЛАГ». Мастерски проведенная по всему миру реклама этой книги нанесла мощный удар по диктатуре пролетариата в СССР».

Со своей стороны скажу, что больше пяти-шести страниц этого творения я в перестроечные годы тоже не смог прочитать: это не литература, тем более художественная. Даже талантливые американские редакторы не смогли выправить корявые стиль и слог Солженицына и его «соавторов». Самое главное состоит в том, что это творение напичкано фальшивыми домыслами о советской жизни и Великой Отечественной войне. С какой целью это сделано? Как сын фронтовика-орденоносца, воспитанного в честности и любви к Родине, я бы эту книгу запретил к изданию. А ее в школе принуждают изучать. Вместо «Войны и мира», действительно великой книги. Страшно делается!   

Кем-то умышленно было сказано, что книги Солженицына и он сам гениальны. Это растиражировано, многократно вдалбливалось через ТВ и Радио  (вспомните слова американского посла, приведенные выше). Свелось к тому, что даже не читавшие его книг стали это повторять. Конечно, Солженицын не Довлатов, у него «Один день Ивана Денисовича» стоит всех писаний Довлатова. Масштаб дарований разный. Но тем не менее «Архипелаг ГУЛАГ» не делает чести ему и его дальнейшей творческой судьбе. Он внес свою лепту в грязное дело разрушения Советского Союза.   

То, что это было грязным делом, доказывает еще раз молчание президента и премьера в августе, когда исполнилось 20 лет (почти юбилей!) событиям 1991 года. Молчали они потому, на мой взгляд, что и успехов у «новой России» нет и ответственности боятся. Чем хвастаться-то? Пожарами, взрывами, авариями? Миллионами загубленных жизней? Молчание это — яркое подтверждение мифа о возрождении России.     

Приведу еще пример «деланья» мифов. Делегация моих коллег, советских ученых, в 1981 году приехала во Францию. На заключительном ужине наряду с учеными присутствовала французская общественность. Во время ужина шла дискуссия по разным проблемам. Кто-то из бывших соотечественников задал вопрос: «Почему из России уезжают гениальные люди?» — «Кто, например?» — «Солженицын!» — «А почему вы считаете его гениальным?» — «Об этом все знают». — «Какие его произведения вы читали?».  Молчание. Наши спросили присутствовавших, какие произведения Солженицына они читали. Никто ничего не читал. Но все знают, что он гениальный (?!).     
 
Меня очень пугает чрезмерное обилие иностранной лексики в СМИ – замаскированный знак разрыва правящей верхушки с трудящимися, он объединяет тех, кто в наше смутное время в душе презирает Россию. Невольно на память приходят строки Твардовского: «Я знаю, как слова опасны, Как могут быть вредны подчас». Мудрец Конфуций утверждал: «Когда слова утрачивают свое значение, народ утрачивает свою свободу». И это при том, что Господь одарил нас изумительным, могучим русским языком! Я был свидетелем сцены, когда японский профессор-пушкиновед говорил Гейченко чуть не плача: «У вас такой язык, столько оттенков и полутонов передает, что мы никогда не узнаем настоящего Пушкина, его невозможно перевести доподлинно на японский или английский, у нас намного скуднее словесная палитра. Гордитесь вашим богатством!»   

 
И мы «гордимся» настолько, что мне иногда кажется, что я в Париже или в Лондоне, идя по улицам Петербурга. Столько иностранщины! Да еще узнаешь, что президент Д.Медведев поклонник тяжелого рока, задумываешься, а какой страны он президент? Неужели песенной России, давшей миру Глинку, Чайковского, Мусоргского, Рахманинова, Шостаковича, Свиридова, Гаврилина?      
        
Великий русский композитор Сергей Васильевич Рахманинов писал в конце своей жизни: «Уехав из России, я потерял желание сочинять. Лишившись родины, я потерял самого себя. У изгнанника, который лишился музыкальных корней, традиций и родной почвы, не остается желания творить, не остается иных утешений, кроме нерушимого безмолвия нетревожимых воспоминаний».  

Отметим, что и Довлатов, и Солженицын покинули Россию, обосновавшись в оплоте демократии — в США. Первый продолжал пить и ныть, рано покинув наш мир. Второй что-то писал, больше выступая с хорошо оплаченными лекциями, разоблачающими советский строй. У них не было, вероятно, мыслей и настроений, схожих с мыслями и настроениями Рахманинова. Но как писатели они уже кончились.  Нельзя плевать в свое прошлое, в прошлое своей страны. Богопротивное дело. Оно рано или поздно наказывается.    
 
Писатель должен служить своему народу, возбуждать чувства добрые. Без этого писатель несостоятелен. Уместно привести цитату из письма выдающегося деятеля русской культуры Владимира Васильевича Стасова, блестящего литератора, искусствоведа, полемиста и мыслителя, соратника и друга многих гениев девятнадцатого века. Свою творческую работу Стасов расценивал как деятельность «для России и будущего времени», а свои «работы на общую пользу, и еще на пользу тех, из чьих рук собраны деньги на жалованье – на пользу народу».  

Когда лауреату Ленинской и Нобелевской премий академику Жоресу Ивановичу Алферову исполнилось 80 лет, президент Д.Медведев наградил его орденом «За заслуги перед Отечеством» четвертой степени. А вот драматурга Э. Радзинского, специализирующегося ныне (платят хорошо!) на очернении советского строя и искажающего исторические факты, – второй. Как и певицу А. Пугачеву, награжденную еще Б. Ельциным. Высоко ценят их власть и олигархи. Свои, значит.

Так как же такие руководители могут думать о правах людей на жизнь, на работу, на безопасность? Как они вообще могут спокойно жить и спать? Задумайтесь, дорогие читатели.      

Находясь в плену мифов, поддавшись на искушение чуждым России западным ценностям, поверив в ложные ориентиры, позволяя выливать ушаты лжи на свою историю, на наших с вами отцов и матерей, мы уже многое потеряли и продолжаем терять. Трагедии этого лета и осени – далекое следствие разрушения великого русского государства СССР. Судя по реакции читателей «Лицея» на гибель еще одного самолета с молодыми здоровыми ребятами, что-то просыпается в нас, что-то зашевелилось в головах. Так и кажется, что все мы в России соберем волю в кулак и громко крикнем: «Доколь же?!» Ведь на нас смотрят с небес Александр Невский и Сергий Радонежский, Александр Суворов и Федор Ушаков, Михаил Ломоносов и Александр Попов, Михаил Кутузов и Лев Толстой, Александр Пушкин и Петр Чайковский, Модест Мусоргский и Александр Блок, Сергей Есенин и Максим Горький… Великие правдолюбцы и радетели Государства Российского.  

 
Разве нам не стыдно перед ними?!