Главное, История, Культура

Пред троном не сгибаться, стоять – и правду говорить

Фото Валентины Чаженгиной
По традиции чтения начинаются с возложения цветов к памятнику Державину в Губернаторском саду

Державинские чтения стали своего рода напутствием тем, что только начинает свой путь  – к доходному месту или на Голгофу служения людям и государству.

 

У всех, наверное, по-разному, но лично я при имени Державина  вспоминаю прежде всего знаменитую картину Репина – юный Пушкин на выпускном экзамене в лицее. И старик Державин, который  благословляет на служение  русской поэзии.

Однако, на ХIV Державинских чтениях, которые прошли 1 – 2 октября в Национальном музее Карелии, о поэте Державине говорили меньше всего.  Дело в том, что Гаврила Романович Державин был не только известным поэтом, но и чиновником высокого ранга, или, как сегодня говорят, вип-чиновником. Партнером музея  в проведении чтений стал Карельский филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, участниками  чтений – студенты-первокурсники академии.

«Пред троном не сгибаться, стоять – и правду говорить»  – такое было кредо чиновника Державина. Убеждения, согласитесь, весьма опасные не только в те времена российской истории. Стоит ли удивляться, что карьера Державина-чиновника была не проста, а  часто терниста.

Каким он был, этот путь, а главное, каким чиновником был Державин, рассказали на чтениях директора двух музеев – Национального Карелии  Михаил Леонидович Гольденберг и Тамбовского краеведческого Андрей Игоревич Чиликин, который стал гостем наших Державинских чтений.

Как рассказали они во время интервью накануне чтений, познакомил их Гаврила Романович Державин – оба были участниками Державинских чтений летом этого года в Казани. Тогда же последовало приглашение приехать в Петрозаводск, который породнил с Тамбовом все тот же Державин, первый правитель Олонецкого наместничества, губернатор Тамбовский. Правда, Олонецким губернатором Гаврила Романович был всего год, от нас он и получил назначение в Тамбов, где правил губернией около трех лет.

Не такое уж большое время, согласитесь. Но везде губернатор Державин оставил по себе добрую память, как теперь выясняется, на века. Обязанности его, как и других чиновников такого ранга, были весьма обширны: контролировать соблюдение законов, нарушением которых часто грешила провинция, управлять полицией, следить за сбором податей, выполнением рекрутской повинности. Он занимался школами, богадельнями, сиротскими домами и больницами – первая больница в столице Олонецкой губернии была открыта при нем. Уделял он внимание городскому строительству и частной застройке.

По словам Михаила Гольденберга, Гаврила Романович воевал в Петрозаводске с так называемой точечной застройкой  города, так что мы сегодня продолжаем дело нашего первого губернатора. Переехав в Тамбов, он и там не забывал об этом. Единственным каменным строением города в то время, рассказал Андрей Чиликин, были присутственные места, частные дома в большинстве своем покрывались соломой и камышом. Державин распорядился выделять тамбовцам деньги на перекрытие крыш железом, что, естественно, позволило сократить число пожаров в городе. А еще он нарисовал план застройки Тамбова и требовал опять-таки  неукоснительного следования ему, что исключало беспорядочную, хаотичную застройку. Кстати, без соблюдения правил квартальной застройки Екатерина II не давала статус города ни одному населенному пункту.

Приезжая на новое место, Державин старался сразу же определить главные вопросы, которыми в первую очередь должен заниматься.  В Тамбовской губернии это была, конечно, земля, межеванием ее Державин и занялся. Тамбовщина – российская житница, русское Черноземье. А ведь во все времена земля была не только самым актуальным, но и самым острым вопросом. Надо ли говорить, какое противодействие это вызывало.

И вообще, как выясняется, проблемы, решением которых занимался Гаврила Романович Державин, живы и сегодня: земля, налоги, призыв в армию, здравоохранение и образование. Если в Петрозаводске он открыл первую больницу, то в Тамбове – первую типографию и газету, которая, правда, умерла сразу же после его отъезда из губернии.

Интересен еще  один момент в деятельности губернатора-поэта. О нет, чиновники его ведомства не начинали по примеру шефа писать стихи. Но вокруг Державина везде возникала облагораживающая людей культурная аура, хотя начальником он был не только строгим, но и крутым: не терпел разгильдяйства, пьянства, чем грешили провинциальные чиновники, неуважения к просителям.  Считал, что главная обязанность чиновников – оказывать  помощь людям.

Каким был Державин чиновником, управленцем, исследователи спорят до сих пор.  Одни считают, что он был передовым по тем временам и современным сегодня. Другие – что он не выбивался из общего строя. Но, согласитесь, тот факт, что в городах, в которых он губернаторствовал, поставили ему памятники, назвали в его честь улицы, говорит о многом. Он приезжал на новое место своей службы не просто что-то изменить, но изменить к лучшему.

Правда, когда Державин покидал Тамбов, за ним тянулось уголовное дело, по которому его в конце концов оправдали. Но сам поэт писал другу, что  не дай Бог, если в его жизни будет еще одна губерния. И зарекался: больше губерний в его жизни  не будет. При том, что исследователи считают: тот же Тамбов при Державине был западным городом в лучшем смысле этого слова, а после его отъезда – типичной российской провинцией, в худшем смысле.

Михаил Гольденберг и Андрей Чиликин говорили мне, что после Державинских чтений в Казани (а в этом году исполнилось 270 лет со дня рождения поэта) у них родилась идея создать Ассоциацию державинских городов России. Их не так много: в Казанской губернии он родился, в Петербурге, Петрозаводске и Тамбове служил, в Великом Новгороде похоронен. А еще было бы неплохо учредить Державинскую премию, которую вручать ежегодно самому культурному чиновнику.

Сегодня  поприще государственного чиновника весьма популярно среди молодежи, об этом свидетельствуют конкурсы в вузы, готовящие специалистов этого профиля, в том числе и в Карельском филиале Академии госслужбы. Для кого-то, увы, это мечта о будущем «доходном месте» (по А.Н. Островскому), и сегодняшняя действительность дает для этих надежд основания.  И менее популярно Державинское понимание обязанностей государственного чиновника. В своих «Записках из известных всем происшествиев и подлинных дел, заключающие в себе жизнь Гаврилы Романовича Державина»  он  писал, что отправился в Петербург, «оставя благополучно навсегда Олонецкую губернию, не сделав никого несчастливым и не заведя никакого дела…».

Так что, Державинские чтения стали своего рода напутствием тем, что только начинает свой путь  – к доходному месту или на Голгофу служения людям и государству. Выбор за каждым.

А я вот что подумала. Премия – это хорошо. Но вдруг когда-нибудь издадут, хотя бы у нас в Карелии, книгу о деятельности Державина-управленца. И при проведении конкурса на замещение вакантной должности государственного служащего члены комиссии  будут спрашивать соискателя, что он думает по поводу требований Гаврилы Романовича Державина к чиновникам и не считает ли он, что и сегодня стоит следовать им. В законе о госслужбе этого, конечно, не предусмотрено.  А вот для всех нас это было бы полезно.

Будущие карельские чиновники — сегодня первокурсники

 Урок этикета от губернаторши

Новые стихи о Державине и Петрозаводске — тема выступления поэта Марата Тарасова

Фото автора

  • Михаил Гольденберг

    Г.Р.Державин — подарок исторической судьбы для Карелии. Далеко не все сделано для того, чтобы это имя заняло свое достойное место в Пантеоне славы нашего края. Мне посчастливилось бывать на Державинских чтениях в Казани, С-Петербурге, Великом Новгороде. Могу сравнивать. В Татарии все проводится на очень высоком уровне: есть Державинская премия для чиновника и деятеля культуры и искусства, именная стипендия для студентов…
    Конечно, Державина надо знать управленцам. Но я сторонник системного обучения чиновников и тестирования по истории Карелии. Как же можно руководить, принимать решения на любом уровне, не зная традиций, исторических особенностей управляемой территории?