Родословная с Юлией Свинцовой

Попутная генеалогия

Сайт »Заклейменные властью»
Два сюжета об удивительных поисках Юлии Свинцовой, на сей раз в родословной родных и знакомых.

«Это немного из другой попутной истории…

Хотя почему другой?

 История у нас всегда была, есть и будет

 только в единственном числе».

 

С чужой странички в Интернете,

 автор мне неизвестен, но ведь он прав…

 

 

«В день её столетнего юбилея…»

 

Благодаря моему единственному брату у меня много родственников, например, три невестки. И их генеалогия мне тоже интересна, тем более она становится историей моих племянников.

Ещё лет двадцать назад составила для своей племянницы родословное дерево по линии её мамы. И только значительно позднее её бабушка Александра Алексеевна рассказала, что как-то записала воспоминания своего родного дяди Ёси, Иосифа. И в них оказалось много интересного, как полна удивительного любая жизнь и жизнь любой семьи, надо только захотеть это узнать. Например, близкое родство с известным семейством фотографов и литераторов Оцупов.

Предложив  помочь, перепечатывала эти небольшие отрывочные записи и, подустав от неизвестных мне имён и фамилий, решила отвлечься, проверить эти имена в базах всемогущего Интернета.

В записях значилось, что у бабушки Александры Алексеевны, а, значит, прапрабабушки моей племяшки Сашки, был брат Израиль, живший в Харькове. Его дочь, Анна, была замужем за засекреченным  авиаконструктором, у них были дочь и сыновья-близнецы.

 

Потрясение началось с первой же ссылки, в которой было сказано, что «3 июля 2009 года отметила своё 100-летие одна из старейших жительниц Сокола Анна Израилевна Эльхонес»! С чем её и поздравили представители управы района Сокол города Москвы. А далее был короткий рассказ о её нелёгкой судьбе и стойком характере. О том, что родилась в 1909 году в Вильно, в годы первой мировой оказалась в Харькове. Муж,  авиаконструктор, был репрессирован в 1938 году. Время для Анны, как и для других в такой ситуации, оказалось трудным, но она осталась такой же дружелюбной, готовой помочь, опорой для близких. В 1940 году её супруг был амнистирован за участие в создании стратегически важного бомбардировщика. Но с началом войны авиационное предприятие  было эвакуировано в Казань, где Анна работала на оборонном заводе. Сыновья родились в сорок пятом, с тех пор её жизнь была посвящена заботам о семействе.

Заканчивалась статья словами: «Анна Израилевна  всегда самостоятельно справлялась с проблемами, и сегодня, в день её столетнего юбилея, можно с уверенностью назвать эту женщину гордостью близких ей людей, а также примером для подражания современной молодёжи».

 

Однажды мне неслыханно повезло, я нашла родную бабушку, когда ей исполнилось 84 года. Но найти родственника, которому вчера исполнилось сто лет! Такого просто не бывает. В таком же потрясении от неожиданной находки оказались мама и бабушка моей племянницы. Интернет помог отыскать в своих недрах и адрес, и телефон долгожительницы.

Из базы удалось узнать и фамилию детей, а, значит, и их отца, сама Анна сохранила девичью фамилию. 

Оказалось, что сведений о муже Анны в Сети немного, и всё-таки, всё-таки они есть! Они в воспоминаниях сотрудника Государственного  космического  научно-производственного центра имени М. В. Хруничева!  Муж Анны был арестован во время работы в КБ Туполева, позднее при работе по дозвуковым самолетам он был руководителем отдела ведущих конструкторов. Ведущий конструктор на предприятии представляет собой значительную фигуру. Он разрабатывает графики работ по своей машине, контролирует ход его выполнения и решает все вопросы, возникающие на стыке этих подразделений. Там же было сказано, что он был человеком прекрасной   души…  

                                            

Александра  Алексеевна позвонила в Москву спустя несколько дней из Германии, где теперь живёт. Ответ был печален – Анна Израилевна умерла в декабре 2009 года, через полгода после своего юбилея, в светлом уме и здравом рассудке. Сколько интересного она могла бы рассказать! Не успели… 

Дочь Анны, взявшая трубку, тоже была потрясена. Оказалось, что обеим троюродным сёстрам скоро исполнится  по 75 лет, они ровесницы. И вот впервые слышат друг друга, узнают  друг о друге. Разговор был очень взволнованным, непростым. Решали обязательно встретиться, увидеться, верю, что они это сделают.

Плакали  в трубку Германия и Россия… Соединилась  ещё одна когда-то оборванная  нить.   

 

Маленький музыкант Дига

 

«Эдуард Эдуардович всегда требовал внятности звука.
Он говорил, что нужно допевать, дотягивать каждую ноту,
не глотая ее на полузвуке. Именно в этом я его наследник».
Б.И. Кипнис

Сайт «Заклеймённые властью» открылся в марте 2012 года и «представляет собой результаты многолетнего труда исследовательской группы НИПЦ «Мемориал» по обработке хранящегося в Государственном архиве Российской Федерации фондов Политического Красного Креста».

От чтения документов и писем на нём сердце переполняет скорбь и бесконечная людская боль.

Редко гнев, больше слёзы и мольбы, а чаще всего робкие надежды, невероятные и несбыточные. Так верят самые тяжёлые больные, которым нельзя помочь, верят до самого конца, до последнего своего вздоха. Видимо, это то, что дано человеку в утешение в минуты непереносимого горя.

Найдя там родную мне фамилию Майер, трижды повторённую, увидела ещё одно знакомое имя.

Ванда Карловна Зондеррэгер обращается к Екатерине Павловне Пешковой,  главе Помполита – комитета «Помощи политическим заключенным» – с материнской болью о судьбе и здоровье сына Диги, девятилетнего Эдуарда. Она и её муж-музыкант высланы в Саратов, маленький скрипач оторван от своего педагога, профессора Ленинградской консерватории Зелихмана. Грозит остановка в развитии исключительно одарённого ребёнка, и родители отправляют его обратно, устроив у знакомых. И занятия снова пошли в гору, с новой силой и старанием, с новыми успехами. Но легко ли маленькому ребёнку без матери? В письмах его «сквозит тоска», окружающие отмечают «повышенную нервозность» Диги, «нашего мальчика»… И бедное её сердце разрывается от неразрешимой проблемы – держать ребёнка рядом, поставив крест на развитии его уникальных способностей, или, дав возможность таланту цвести и набирать силу, погубить нервную систему мальчика и его здоровье.

Могу только представить, сколько слёз пролито, сколько ночей проведено в тяжёлых думах и страданиях. Мать просит вернуть её к сыну, чтобы сохранить для страны маленького виртуоза. Всё, о чём она просила,  «предоставление права» ей быть матерью.

Приложена справка экзаменационной комиссии. В ней отмечены необыкновенная зрелость исполнительской манеры мальчика, «развитая техника, четкость, уверенный ритм, прекрасный звук, выдающаяся музыкальность», «редкая для возраста исполнителя законченность», он назван «одним из наиболее даровитых детей Особой детской группы ЛГК» – Ленинградской консерватории.

И пока письмо писали, пока отправляли, пока ждали ответа, рядом была надежда. Есть надежда – есть жизнь, как кроха птенец, как малый росток, а вдруг случится, вдруг сбудется?  И жар сердца внезапный, и перебои его, и замирания в этом хрупком и трудном ожидании.

Не случилось.

Пройдёт полтора года, и будут расстреляны родители маленького скрипача. Как пишут в сказках, «и умерли они в один день…»  21 октября 1937 года в Саратове умерла  надежда на лучшее, замер птенец, не раскрылся росток, остановились сердца.

Слышали ли их души струившуюся к небу музыку выросшего сына? Ставшего замечательным скрипачом, заслуженным артистом России и Карелии, профессором, преподавателем консерватории моего родного города, создателем и первым руководителем камерного оркестра и, как пишут мои земляки в своих статьях, корифеем музыкального исполнительства. Если есть справедливость и вечность, знают и о внуке и правнуках-музыкантах. И в каждом поколении  всегда свой Эдуард, свой Дига. Уверена, каждый горячо любимый и бережно хранимый своей матерью ещё и за ту несчастную Ванду Карловну, за растерзанное материнское сердце, но никогда не убитую материнскую любовь.

Письмо на сайт: «А вы знаете, ведь Дига выжил, состоялся как музыкант, осуществил желание своих родителей – не сдался, не бросил и всегда звучал звуком высшей пробы».

Обращение к предполагаемым потомкам и сразу их горячий отклик, и сразу их звонок на пределе эмоций, на пике надежды и любви. Последняя весть из прошлого от родной бабушки и прабабушки получена ими спустя 76 лет.

Великой души человек, подвижник, член общества «Мемориал» и одна из организаторов и руководителей сайта «Заклеймённые властью» Ирина Ивановна Осипова даже без моей просьбы выслала копии этих документов с наказом передать сыну и внукам Диги, Эдуарда Эдуардовича Зондерегера.
 
И я их несу, передаю память из рук в руки, связываю новой нитью тех, кто любил, верил и надеялся, и тех, кто ищет и любит. Я живу с этими людьми в одном городе, наши сыновья вместе постигают тайны музыкального творчества, и я тоже мать, а это моя попутная генеалогия, такая трудная и такая счастливая.

.«Тысячи и тысячи жертв коммунизма с душевной признательностью произносили в России имя Е. П. Пешковой»
     Составители Л. Должанская, И. Осипова

Зайдите на сайт «Заклеймённые властью» http://pkk.memo.ru/index.html

Более двадцати лет подвижники разбирают фонды Помполита, возвращая нам правду о том времени нашей истории и имена. Огромное им спасибо!
Вы встретите много известных людей, и пострадавших, и имевших смелость заступаться за других.  А много совсем неизвестных и, казалось, ушедших навсегда. Проверьте, нет ли там письма ваших родных. Я своих нашла.

  • Марго

    Эльхонес Анна Израилевна — родная сестра моего деда.

    • Юлия Свинцова

      Уважаемая Марго, если верить моей схеме, Вашего деда звали Михаил Израилевич. А больше в тех материалах, которые были у Александры Алексеевны, о нём ничего нет, нет и продолжениz его рода. Обязательно расскажу ей о Вас! В ближайшее время она опять приедет в Петрозаводск, думаю, ей было бы очень важно и интересно с Вами пообщаться.
      Могу прислать Вам те сведения о Вашем Древе, что есть у меня.

      Моей невестке и её маме, моей племяннице хотелось бы найти потомков дяди Вашего деда, Абрама Моисеевича Эльхонеса, уехавшего ещё до революции в Америку. Знаете ли Вы что-либо о них?
      У Александры Алексеевны есть старинные фото, можно было бы обменяться сканами, спасибо интернету)
      Всего Вам доброго, спасибо за отклик!

  • Александра Вересена

    Как дорого мне то, что автор не закрывается от людей. Нет только своего и ничего больше. Находятся силы, время, такт, желание помочь, вдохновить, отыскать. Нет этих тесных рамок, когда только мое и ничье больше. Спасибо за историю про Дигу, от которой комок в горле и плакать хочется… От этих настоящих, проникновенных строк, в которых все-таки чувствуется, ощущается оптимизм и обращенность к будущему. Важен это вектор, это стремление и эти истории, которые бередят, помогают и, несмотря на всю их трагичность, помогают жить и идти дальше, становясь сильнее.

  • Елена Ициксон

    Юля, большое спасибо за материал!