Конкурс короткого рассказа «Сестра таланта»

Эхо

sestra_ logotipЛотта-Ру делала вид, что поглощена плетением корзины из все еще мягких ивовых прутьев; на самом деле она украдкой разглядывала тетушку.

 

Конечно, Эльнур постарела, но неудивительно – ведь дело шло к зиме. Эта женщина каким-то непостижимым образом была связана с Белыми горами: даже ее морщины напоминали горные рельефы, а когда поздней осенью на вершинах выпадал снег, по волосам тетки тоже расползалась седина. Но весной все менялось, как по волшебству: морщины разглаживались, словно покрывались лилейным туманом; седая корка на волосах таяла, уступая место червонному золоту. И тогда Эльнур становилась совсем молодой – почти такой же, как ее племянница. Почему так происходило? В их семье это никогда не обсуждалось, даже при жизни дяди. Лет до двенадцати Лотта-Ру думала, что все женщины такие, и ждала того, как она сама вот-вот начнет меняться вместе с порой года. Но потом оказалось, что Эльнур – это Эльнур, она другая, а у остальных после зимы никогда не наступает весна.

После смерти дядюшки Лотрида Лотта-Ру не гостила в горном домике два года. Она знала: тетя не особо ее любит и вряд ли когда-нибудь пригласит. Тем более на такую прорву времени – с листьепада до соковниц, как раньше. Письмо от Эльнур, полное холодной вежливости, застало девушку врасплох; она долго думала, стоит ли ехать или приличнее будет отказаться. Но в низине были угарные болота и тяжелая работа на господской кухне, и кроме того, собирались ударить колючие, безжалостные морозы. А в Белых горах, вопреки всем домыслам, царили уют и тепло – нет, наверное, не во всех горах, а только на этой поляне, словно кто-то накрыл дом дяди и тети незримым колпаком.

За раздумьями Лотта-Ру заметила, что Эльнур тоже кидает на нее взгляды, но не быстрые, а пристальные, тянущие, потом вздыхает и вновь возвращается к своим ягодам. Девушка почувствовала, что должна спросить. Все-таки должна.

– Тетушка, зачем вы меня позвали? Вы же не хотели, верно?

– Не хотела, – глухо отозвалась та. Она не умела прикидываться, юлить. – Но это все горы – они меня наказывают. Когда я ушла от них к Лотриду, с меня как будто взяли обещание: любить людей, раз уж я их выбрала. Но я не желала любить их всех, только одного. Мне не нужны были остальные. А теперь Лотрида нет, и я забываю его голос, представляешь? Пытаюсь удержать в памяти, но он утекает, как вода между пальцев. Поэтому я позвала тебя обратно, Лотта-Ру. Дядя всегда пел тебе ту колыбельную про лунного странника, даже когда ты выросла, каждый вечер. И когда я смотрю на тебя, то вспоминаю, как он поет. Словно ты – его эхо. Да, горы это умеют…

Эльнур переложила последние ягоды синими листьями, название которых не знали даже бывалые охотники и зельеведы, и плотно накрыла горшок крышкой, замуровав там терпкую пряность последних теплых дней.

– Вот теперь, – объявила она, – на самом деле пришла зима.

 

  • Начинается так, как будто впереди целый роман из тысячи страниц. Такое неспешное описание.
    И заканчивается внезапно.
    Есть бестолковая загадка, женщина то стареет, то молодеет. Сверхъестественная особа, которая зачем-то вызвала к себе племянницу. Ну и все, собственно.
    Искусные описания вроде бы привлекают к себе внимание, но зачем они нужны?
    Назовем это портретом или картиной:
    «Встреча в горах».
    Вполне возможно, что мы не знаем какого-то первоисточника. Все эти Лотриды и Лотты, не сомневаюсь, участники какой-то более значительной и продолжительной истории.
    Скорее всего, именно это и есть основное достоинство этих нескольких строчек текста. Они оставляют впечатление, что есть еще продолжение.
    Будто это первые абзацы романа.

  • Анна Сергеевна

    Вроде и ни о чем рассказ. А почему-то хочется перечитать.Зацепил, значит… Загадка в нем что ли какая-то…