Конкурс короткого рассказа «Сестра таланта»

Ангел

sestra_ logotipМотоцикл протрещал по улице и остановился около церкви. Отец Илья соскочил с седла и подошел к ограде, где уже сидели двое. При появлении отца Ильи они не удивились – он считался прогрессивным.

Первый из сидевших у ограды был Васька, молодой, недавно вернувшийся из армии парень, при виде которого старики всегда думали, что и сейчас была бы не лишней статья за тунеядство. Временами на Ваську нападали приступы трудолюбия. Вот и теперь, узнав, что отец Илья позвал Палыча поговорить насчет ремонта в церкви, он набился тому в компанию в надежде подзаработать. Палыч же, немолодой уже дядька, был известен в селе как человек, способный нарисовать кого угодно где угодно. Детский сад, школа, администрация и контора леспромхоза были украшены творениями Палыча, которые он выполнял охотно и радостно.

 

Палыч поднял взгляд на крышу церкви. После недавнего урагана одна из луковок покосилась, отчего воздушная легкая церковь сразу же приобрела залихватский вид.

 

– Нет, – сказал отец Илья, перехватив взгляд Палыча. – Это стройбригада из райцентра приедет поправлять. Я насчет другого звонил. Внутри там…

 

Васька насупился. Большие деньги ухнули.

 

Прошли в храм. Как и многие сельские храмы, долгие годы стоявшие без дела, отреставрирован он был быстро, и внутреннее убранство было скромным – оштукатуренные стены и несколько икон. Правда, Колька Леший, уехавший в девяностые в город, приехал как-то в малиновом пиджаке и пообещал, что храм распишут. И правда, приехали мастера, начали что-то делать, да только грохнули Кольку в городе, деньги поступать перестали, и роспись осталась недоконченной.

 

– Вот, – озабоченно показал отец Илья. – Не знаю, как свалилось. Во время урагана, наверное.

 

Кусок штукатурки, где была роспись, действительно упал вниз, и на месте ангельских ликов теперь безобразно зияла кирпичная кладка.

 

– Замазать надо, и ангела заново изобразить.

 

Палыч молчал. Отец Илья подъехал с другой стороны:

 

– Вот медведь в школе, которого вы рисовали  – прямо натуральный. И лесорубы…

 

– Во-во, – сказал Палыч мрачно. – Медведя все нарисовать смогут. А ангела как? Кто его видел, ангела-то?

 

– Чё ты, Палыч, – изумился Васька. – Они такие в белом все, с крыльями.

 

– Правильно, Василий, – сказал отец Илья. – И вознаграждение за труды-то будет…

 

При слове «вознаграждение» Васька оживился и ткнул Палыча в бок.

 

– Пошли, материал посмотрим.

 

Пока смотрели материал, Палыч бубнил о том, что рисовать то, чего не видел, – стыд и срам. Отец Илья всем видом являл ангельское терпение, а Васька думал, много ли дадут за труды.

 

Когда они снова входили в храм, отец Илья вдруг сказал:

 

– Пахнет чем-то. Сырость, что ли.

 

– Какая же это сырость. Булками свежими пахнет, да так славно, – ответил Палыч.

 

И тут все оторопели.

 

Посреди храма было существо. Не высокое, и не низкое, оно было какого-то переливчатого цвета. Крылья у существа были на голове и на руках – одной тонкой, а другой толстой. Глаза, темно-синие, были один над другим.

 

– Что? Кто?– забормотал отец Илья.

 

– Ангел, – ответствовало существо голосом, от которого у священника мурашки пошли по коже. Палычу же голос напомнил звонкое пение, и на сердце стало радостно и спокойно.

 

– Мастер ваш сомневался, вот я и был послан, дабы узрели вы лик ангельский. Пусть рисует.

 

– Это? Рисовать в церкви такое? – возопил отец Илья. – Ангелы не такие! Они…э…

 

– В белом все. С крыльями и арфами, – подсказал Васька, и отец Илья подсознательно удивился, что Васька знает слово «арфа».

 

– Ну-ну, – хмыкнул ангел.

– Это черт знает что! – выкрикнул отец Илья, забыв, что он в храме, и упоминание черта священнику не к лицу.

 

– Он, конечно, знает, он же был один из нас, – спокойно ответил ангел. – Так будем рисовать?

 

– Не позволю! Ангелов таких не бы-ва-ет!

 

Ангел перевел взгляд на Палыча. Тот стоял с сияющим лицом, глядя в синие-синие глаза, и в душе его был восторг.

 

– Иван Павлович! Куда такое страшилище? Что в епархии скажут?  Не бывает таких ангелов! – закричал красный от гнева специалист по ангелам и дернул Палыча за рукав.

 

Палыч медленно повернулся. Увидел багровое лицо отца Ильи и ухмыляющееся лицо Васьки. Помолчал. Снова повернулся, посмотрел на ангела и сказал:

 

– Что ж, может и не бывает…

 

Воздух в церкви сгустился и потемнел. Ангел поднял руку с зажатым в ней подобием горна. И вострубил. Тьма в глазах Палыча рассыпалась белыми сверкающими звездами.

 

Первым очнулся отец Илья.

 

– Голова что-то кругом…

 

– Воздух спертый, – неуверенно сказал  Васька.

 

Они вышли из храма. Был вечер. Им казалось, что недавно произошло что-то важное, но даже дотошный участковый Федор не смог бы выпытать у них, что именно.

 

Отец Илья остался закрывать двери, Васька улизнул дворами. Палыч пошел к дому. Ему чудилось хлопанье крыльев и аромат булок. У самой калитки он обернулся.

 

Над храмом висела яркая точка, озарявшая храм. Но на глазах храм серел, а точка разгоралась все ярче. Наконец, собрав весь свет, она быстро поплыла прочь.

 

– Дед! Смотри, самолет! – крикнул  с крыльца внук.

 

Палыч посмотрел на точку, на внука, снова на точку. Кто его знает. Может, и правда самолет.