Конкурс короткого рассказа «Сестра таланта»

Метаморфозы

sestra_ logotipВ молодости я с друзьями частенько колесил по нашей стране. Остановились как-то переночевать недалеко от Таллина, разбили палатку на берегу вялотекущей реки. Вязкая, тягучая как многолетнее вино, тёмная вода лениво облизывала песчаные бока обрывистых  берегов. Солнце спелым апельсином скатывалось за горизонт. Сгущался вечер. Уходящие белые ночи блёклым киселём пропитали невнятные июльские сумерки. Недалеко,  в ста шагах от нашего лагеря, пестрела одинокая палатка.

Костёр собрался скоро. Валежник, затрещав, взялся дружно и основательно. Друзья подобрали сухих дровишек, и вскоре бивачный костерок зарделся жародышащими углями. Настроение – шашлыковое, и вот наконец дурманящий  запах жареного мяса аппетитным  облаком накрыл  засыпающую округу.

Из соседней палатки вылез человек, осмотрелся и, увидев огонь, направился в нашу сторону. Чем ближе он подходил, тем больше мы поражались его размерам. Огромного роста атлетическая фигура довольно быстро приближалась.

– Tervist, – поздоровался хмурый гигант, протягивая здоровенную ручищу, и только тут мы заметили, что левый рукав дорогого спортивного костюма был  безжизненно пуст.

– Привет! – моя кисть утонула в его ладони. – Давай к столу, – дружелюбно пригласил я.

За шашлыком разговорились. Бывший спортсмен, метал молот. В прошлом году выиграл крупный турнир, на радостях выпил, много и неумело.  Проспал, не шевелясь, шестнадцать часов, придавив могучим телом левую руку. Отекла она, задохнулась, омертвела.  Ампутировали. Вместе с рукой потерял спорт,  друзей. Ушла подруга. Остался один. Второй месяц живет в палатке,  жалеет себя, печалится.

– Утроом, ко мне, на чаай, –  пригласил  и ушёл, чуть сгорбившись.

Парни  уснули. Мне не спалось. Я думал об огромном эстонце, ещё недавно  успешном  спортсмене, а ныне покинутом и подавленном, запертом своим сознанием в этом тихом местечке. Нестерпимо захотелось чая. Я спустился к реке, зачерпнул  котелком воды. В полуметре от меня из воды торчал старый древесный корень. Мрачная личинка подёнки медленно  выползла на него из воды, остановилась, будто задумалась  на мгновение, затем дрогнул, лопнул старый ужасный покров,  появилась головка, спинка, и что-то скомканное за спиной. Прямо на глазах, мелко дрожа, это что-то крепло, расправлялось, превращаясь в чудесные белоснежные крылья – рождалась эфемерная прелестная бабочка. Ещё миг, и она,  взлетая, в  первом полёте сбрасывала надоевшую за долгое подводное время оболочку. Казалось, вся река превратилась в космическую стартовую площадку. Нимфы поднимались на поверхность воды тысячами, перерождались и взлетали, образуя снежнокрылую круговерть. Живое облако росло, множилось, поминутно превращаясь  в  многоликие фантастические фигуры.

Я, зачарованный, замер… Непонятный звук заставил меня оглянуться. Я увидел стоящего у своей палатки эстонца. Скомканные невнятные звуки,  пробиваясь сквозь  шелест крыльев, едва доносились до меня. Он пел! Сначала голос неуверенно дрожал в ночи. Казалось, зависло, остановилось время. Лишь крепчал, набирая полную силу, голос. И тут началось! Река вскипела от обилия кормящейся рыбы. Высокими сильными нотами выпрыгивала рыбная мелочь. Тяжело, низко бухала, поедая павших мотыльков, крупная рыба. А он пел всё сильнее, лучше и, помогая себе, дирижировал здоровой рукой. Культя предплечья, стараясь догнать полновесную руку, отчаянно билась в пустоте рукава…

Когда его пение смолкло, кружевная метель рассыпалась. Одна часть – белым шелестящим шарфом скрылась за поворотом реки, другая – рухнула в воду, копошась слабеющими в тяжёлой воде крыльями, и уже  сытые, ленивые  рыбные рты вяло шамкали белоснежное покрывало…

Я не заметил, как подошёл к нему.

– Я никкогдаа не пел! – воскликнул эстонец. – Что этто? – спросил он, глядя на улетающих вдаль мотыльков.

И тут я вспомнил: отец рассказывал мне про это необычное  явление – массовый вылет бабочек-однодневок.

– Это метелица, так у нас говорят.

– Меттээлица, меттээлица – этто я никкогдаа не забуду, – повторял потрясённый эстонец…

***

Один большой двадцатилетний  глоток жизни, и вот я, уже зрелый мужчина,  гуляя по зимнему Стокгольму, натыкаюсь на афишу. Лицо с афиши показалось знакомым. Я, несомненно, встречался с этим человеком. Заметив мой интерес, Роланд, шведский партнёр с русскими корнями, произнёс:

– Я знаю его. Это известный певец из Эстонии. Уже лет десять, каждую зиму, приезжает на гастроли. Потрясающий голос.

Мы ещё долго бродили по Стокгольму. Неожиданно завьюжило, замело, и мы спрятались от непогоды под крышей  торгового павильона. Народу было немного, но один человек, изучающий  рекламу и стоящий ко мне спиной, выделялся огромным ростом.

– Метель, такая же как дома, – задумчиво,  почему-то вслух произнёс  я.

– Нээт, не меттээль, мне одиин русский сказал, этта – меттээлица, –  медленно поворачиваясь, произнёс улыбающийся гигант…

  • Тамара

    Это самый простой рассказ. Если бы была показана сила духа, как человек преодолевает свое уныние, препятствия и т. д., тогда это — интересно.

  • Светлана

    Очень красиво всё. Романтично.

  • Нина Писарчик

    Думается, это рассказ, претендующий на лидерство. В нём есть всё, что нужно: богатые описания, классический язык и правильная идея.

  • Артём

    Переборщил автор с красивостями и метафорами в начале это как пить дать)

  • Понятный внятный рассказ. Что очень приятно.
    О том, как человек потерял смысл жизни, а потом обрел новый и достиг там успеха.
    Нет никакой интриги. Потому что намеки автора с личинкой слишком нарочиты.
    У каждого из нас есть друзья, которые достигли большого успеха в карьере.
    Вот у меня был учитель — руководитель оркестра муз. училища. Теперь стал главным дирижёром Президентского оркестра. Таких историй сотни, они банальны до боли в скулах.
    Детка, а что еще могло быть? Мы увидели чела без руки, потом толстый намек с рождением бабочки (или другой твари), а потом бац — эстонец тоже вылупился из кокона. Неужели не тривиальное построение рассказа?
    Я согласен, что могло быть хуже. И что рассказ во всяком случае — рассказ.
    Я как-то служил с одним челом. Был он простым работником КГБ.
    А потом бац — смотрю, он уже в телеке и президент России.
    По большому счету это не рассказ, а обычная биография.
    Вы понимаете? Биография — это не рассказ. Это ЖЗЛ.
    Но если это ЖЗЛ — я требую предоставить нам прототип. Мне даже интересно — такой человек действительно существует?
    Если нет, то зачем рассказ? О силе человеческого духа написано столько книг, что можно застрелиться, чем все их прочитать. Повесть о настоящем человеке имеет реальный прототип, потому так нам всем вставляет. Ты понимаешь, что читаешь не сказочный вымысел, а историю про реального чела, который летал без ног, пусть и приукрашенную.
    А тут, есть такой человек? Покажите нам его аккаунт в фейсбуке.
    А если такого человека нет, то и рассказа этого нет, уж простите.

  • Лидия

    Понравилось. Хочется подумать, картинки увиденного не уходят, яркие. Немного прямолинейно, а начало всё-таки слишком избито «красивое», на мой слух.

  • Владимир

    Очень интересно! Рассказ пропущен через себя, переосмысленный взляд на прошедшие жизненные события.

  • Стен

    Классный рассказ! Автор тонко чувствует грань, перейдя которую мог бы сделать эту историю по-голливудски слащавой. И он ее не переходит. Может, тот самый эстонец, а, может, и нет. Есть простор для воображения читателя. Не переходит грань и в использовании метафор — их ровно столько, сколько надо, чтобы создать образ. В общем, впечатляет!