Конкурс короткого рассказа «Сестра таланта»

Вокруг кошки

sestra_ logotipКошка осторожно перебежала через участок и скрылась под крыльцом. Тут же она вынырнула с другой стороны и проскользнула в дверь. Запрыгнув на стол, а затем на подоконник, она в напряжении, словно мышь, готовая в любой момент при опасности дать деру, стала есть.

Дом пуст. Дети играют в песочнице. Но песочные дороги и замки стремительно могут оказаться забытыми, дети могут вспомнить про кошку, вновь поймать ее. Но стоит им зазеваться, как в мгновение она уже удирает к соседям.

 

Воздух дрожит от зноя. Поселок в оцепенении. Вдалеке слышно, как монотонно постукивают колесами грузовые вагоны. Радио то тише, то громче бормочет новости.

 

«В результате артиллерийского обстрела жилых районов погиб ребенок и пять местных жителей, правительственные войска отрицают факт применения артиллерии, обвиняя в этом противника…»

 

Но новости быстро заканчиваются, вновь играет музыка.

 

Мысли медленные, едва ворочаются, неповоротливые, как земляные пчелы. «Потому что шмель живет в норах» — говорит сестре мальчик.

 

Кошка сидит на подоконнике. Она смотрит через окно. Насекомое ползет по стеклу, и кошка внимательно наблюдает. Солнце припекает, и насекомое выползает из поля внимания, глаза заволакивает то ли от сонливости, то ли от тепла, наполнившем  кошку, словно бурдюк.

 

Но вдруг глаза ее расширяются, она в одно мгновение вскакивает и стоит вздыбившись. Где-то рядом большая опасность. Чувствуя своей маленькой душой, что-то стремительно приближается. Прячется под стул и ждет, но в доме тишина, от легкого сквозняка шевелится занавеска и слышно, как снаружи шелестят кроны, и чирикает какая-то небольшая птица.

 

В дом входит мужчина. Он шагает тяжело. Следом за ним, как бы догоняя, но, не приближаясь, появляется женщина. Кошка теперь видит, как сгустился вокруг женщины воздух.

 

— Я прошу тебя, — еле слышно говорит женщина.

 

— Я иначе не могу, — не поворачиваясь, застыв у окна, отвечает мужчина.

 

Кошка прошмыгивает сквозь ноги людей через открытую дверь. Снаружи мир сразу светлеет.

 

Кошка не может понять, как и зачем она ловит птиц. Стремительные и юркие, в определенный момент они становятся медленными, они, словно зная, что им не уйти, лишаются воли и застывают на земле или уже в воздухе. Кошке только и остается, что прижать их хвост лапой. И даже отбиваясь от нее, теряя перья, и отчаянно щебеча, они ей полностью покорны. Их держит уже не кошка, а прирожденный страх. Смерть с безудержной прытью, судорогами, распыляет себя в их крови.

 

Дети уже спят. Женщина плачет, но бесшумно, только слезы капают с подбородка. Она складывает вещи в сумку, мужчина сидит, хмуро, чуть ли не со злостью смотрит куда-то вбок.

 

— Это быстро закончится, — то ли ей, то ли себе говорит он.

 

Когда вещи собраны, женщина садится по другую сторону стола. Они сидят молча, только слышно, как тикают часы. Кошка прыгает на стол и ласкается. Но никто словно не замечает ее. Мужчина поднимается, идет в комнату, где спят дети, поправляет одеяла и целует жаркие со сна лбы.

 

Дверь наружу открыта. Снаружи непроглядно темно и голосят в лесу птицы. Единый силуэт на фоне прямоугольника дверного проема разделяется, мужчина вытирает с щек женщины слезы.

 

Кошка следует одно время за ним по дороге вдоль поселка, но он идет дальше, и она останавливается, смотрит, как в темноте растворяется его запах. Далеко за полем что-то вспыхивает, быть может, это всего лишь зарницы.

 

Стоит жара, с кустов черничника осыпаются листки и ягоды. Губы, языки и пальцы у детей синие. Кошка где-то в траве, ее не видно, только время от времени она мяучит то там, то тут, то ли зовет куда-то, то ли ищет чего. Женщина бледна и насторожена, она смотрит то на детей, то на небо. Там гудит, словно это фильм про немцев, самолет. Гул удаляется и постепенно растворяется в шелесте крон. Кошка не дается на руки, но все время тут, рядом.

 

Но воздух все больше и больше разбавляется опасностью. Она идет волнами, все мощнее и мощнее, позванивают стекла в окнах, и слышны далекие раскаты. Небо у горизонта вспыхивает и по своду ползет пелена, то ли чьи-то души, то ли дым. Женщина переносит теплые вещи и одеяла в погреб. Лицо ее каменное. Дети притихшие.

 

— Это люди убивают друг друга, — говорит мальчик девочке.

 

— И папу? — спрашивает девочка.

 

Женщина шикает на них. Кошка заглядывает в погреб, из него тянет холодом и сыростью. Но что-то там тихо скребется. Глаза у кошки разгорается, кончик хвоста подергивается. Уже совсем скоро она возвращается из погреба с полудохлой мышью в зубах. Кладет на порог. Кошка всегда кошка.

 

Страшно ночью. Дети беспокойно спят. Взрывы раздаются совсем близко. В свисте, с каким снаряды рассекают воздух — сковывающий волю, животный потный страх. Кошка вырывается и убегает, когда женщина пытается ее, как и плачущих спросонья детей, спустить в погреб. Ударной волной выбивает стекла. Кошка воет и шипит. Она вздыбилась перед домом. Она готова сцепиться с этим непонятным страшным невидимым зверем, что стремительно несется на нее. Она прыгает навстречу, но движения ее медленные, чужие, словно она какая-то глупая птица.

  • Илья Горшков

    Ухты! А вот это, на мой взгляд, самое что ни на есть то, что нужно сегодня и сейчас. Вот она — литература в действии! Это высший класс!!! Так здорово, что и проблема поднята, и в частности не впухли, и трагедия обрисована оооочень даже убедительно, и главное — поймана общечеловеческая значимость!!! Я ЗА ЭТО ПРОИЗВЕДЕНИЕ!!! Однозначно!!!

  • Нина Писарчик

    Человеческая трагедия — со стороны. Не важно — кошка, не кошка… Животное ведёт свою жизнь, оно лишь чувствует опасность тоньше, чем люди — инстинктом. Этот отстранённый — авторский взгляд на войну, не понятную ни автору, ни читателю. Как понять? Та воюющая сторона говорит: «у вас пропагнда против нас», эта сторона отвечает: «это ваша пропаганда против нас». Каждый день гибнут люди — обычные люди, только потому, что живут на территории, подлежащей освобождению. Освобождению от гордов, деревень и от людей — для чего, с какой целью? Или уезжайте, или погибайте — выбор небольшой. Но автор, мне кажется, пишет, чтобы поднять тему.

  • Мне больше всего в рассказе понравилось то, что я не понял сразу, про что автор будет говорить, а потом обрадовался как ребенок, осознав, что это про Донбасс)))
    Потому что история обычной кошки мне не интересна, я уныло читал абзац, где автор уподобил кошку и мышь, и подумал даже поругать автора за то, что он сравнивает животное с животным.
    А потом вдруг услышал новости по радио и обрадовался.
    Я много (даже очень много) гляжу видео про военных Новороссии, но стараюсь не смотреть ролики, снятые про жизнь ее мирных жителей. Это достаточно отвратительное и психологически изматывающее зрелище, которое мне ничего не принесет, кроме страданий.
    И я благодарен автору за то, что он в лапидарной форме нарисовал нам абрис подобной жизни. Потому что глядеть на страдания людей слишком долго невозможно, а прочитать несколько строк короткого рассказа вполне достаточно для того, чтобы спешно разыскать счета волонтерских и гуманитарных организаций и перевести свои кровно заработанные деньги жителям Донбасса.
    Впрочем, проблема художественной литературы в том, что она очень осторожна в своих высказываниях. Автор старался обойти стороной все острые углы, чтобы не сказать чего лишнего, такого, за что его рассказ посчитали бы политическим и, как следствие, оставили бы за бортом конкурса.
    В результате главным персонажем становится аполитичная кошка. Потому что кошка просто животное, которое не имеет своего мнения.
    С одной стороны, это понятный легальный литературный прием, с другой стороны, уход от ответственности перед читателем. Автор всегда может сказать, что описывает страдания вообще, и не принимает чью-либо сторону.
    В конце концов, этот рассказ напоминает мне мираж, где все зыбко и неясно. Остается только образ мужчины, собирающегося вступить в ополчение Новороссии, точнее, в Вооруженные Силы Новороссии (ВСН). Даже тут не все ясно. Автор ведь не говорит нам, куда точно уходит мужчина.
    Вполне возможно, что мужчина уходит в территориальные батальоны украинской армии. Такие личности на Донбассе тоже проживают, хоть и очень недолго. Мы сомневаемся во всем, ведь автор фокусирует свое внимание на страданиях вообще, на том, как кошка ловит мышей и птиц. Мы ничего не знаем.
    А еще мы слышим довольно неудачную, специально вставленную постановочную фразу мальчика в духе голливуда:
    «- Это люди убивают друг друга.
    — И папу?»
    Люди убивают друг друга давно, и не только на украине. Здесь нет ничего нового. Это довольно банально и обычно для людей. Проблема не в том, что люди убивают друг друга не где-то, а в сотне километрах от российской границы, не когда-то, а в начале 21 века, не просто люди, а русские люди.
    Для нас важно, что убивают именно русских людей, наших братьев по крови и вере.
    И этот аспект трагедии автор не показывает, потому что боится привнести в рассказ политику.
    В результате рассказ превращается в обычный антивоенный гуманистический опус, каких квадрильоны на всем свете.
    Конфликт на украине превращается просто в «конфликт-где-погибают-люди-и-страдают-кошки».
    Но ведь конфликт на украине совсем иной метафизики. Это не просто конфликт, где страдают кошки и умирают люди. Это конфликт, где убивают РУССКИХ ЛЮДЕЙ. В паре сотен километров от наших границ.
    На наших глазах.
    Мы смотрим новости, и ничего не можем сделать. Точнее, мы НИЧЕГО и не делаем.
    И мы не делаем именно потому, что относимся к конфликту так, как относится к нему автор: отстраненно, буднечно, будто в наркотическом сне, словно описываем какую-то виртуальную реальность или зазеркалье.
    Мы будто ловим глюки: рядом проносятся кошки, похожие на мышей, какой-то мужчина куда-то собирается с кем-то воевать, не важно с кем, женщина плачет, а по новостям показывают очередную порцию терапевтической пропаганды, которая уверяет нас, что вроде бы все хорошо. Русских, конечно, убивают, но это нормально, и мы ничего не должны делать, а только выражать глубокую озабоченность.
    Да, я уже примерно полгода живу в наркотическом трансе, как и автор этого рассказа.
    С самого 2-го апреля, когда заживо сожгли людей в Доме профсоюзов.

    С тех пор рядом проносятся кошки и птицы, и все происходящее так и не меняется. Автор имеет право писать именно так, как написал, потому что официальная позиция России такая же, как и позиция автора:
    птичек, кошечек, детишек и женщин жалко. И все. Просто жалко.

    Есть все же одно но. Военторг работает, и это вселяет уверенность в завтрашнем дне.
    У автора нет этого оптимизма, он описывает все так, словно сейчас 41 год и Красная армия отступает под натиском фашистов.
    Но в действительности Красная армия боится экономических санкций, а не фашистов, и ждет, когда же генералы от экономики решат свои проблемы и позволят Красной армии очередной раз взять берлин.
    В итоге, я резюмирую: рассказ слишком простой и не отражает подлинную реальность Донбасса.
    Потому что такой рассказ можно написать без изменений про любую горячую точку планеты.
    Но ведь мы понимаем, про ЧТО этот рассказ. Значит автор лицемерно пытается спрятаться за всеобщностью и абстрактностью, не называя имен.
    Это печально.
    Ведь интерес к рассказу вызывают именно события на украине, а не гражданская война в Судане или Ливии. В иных условиях каждый из нас прошел бы этот рассказ стороной. Но не сегодня.
    Получается, что автор опирается на актуальные события дня, но не говорит о них, а пишет нечто аморфное и всеобщее, такое, что можно написать про любую войну.
    Лично мне это не по душе. Если уж пишешь про Донбасс — то пиши про Донбасс.
    С другой стороны, автор имеет право писать такие абстрактные вещи. Он хотел дистанцироваться от конкретных ярлыков и имен, и у него это получилось.
    Не знаю, винить ли его за это, или похвалить…

    • Алексей Жидков

      Это не рапсодия Листа. Это 24 каприс Паганини :))) И серьёзно. Автор не называет Донбасс и проч. И правильно делает. Игорь называет Донбасс. И делает не правильно (хотя в конце своего комментария справедливо сомневается в своей правоте). Это рассказ — о Войне. Да — «это антивоенный гуманистический опус, каких квадрильоны на всем свете». И что? Есть иные темы, кроме «любви и смерти»?! Квадрильоны поэтов срифмуют любовь и кровь, сочиняя очередное графоманское произведение. А квадрильон первый, возможно, напишет гениальный стих, причём, используя туже самую рифму.

    • Николай Донбасс

      «Борьба за свободу Юго-востока» это вы пишете на своей странице в вк. Возникает вопрос, что ж ты умник здесь пишешь свои гадости, а не на фронте сражаешся, раз столь сильно переживаешь военную трагедию Юго-Востока? Почему тебя нет среди войнов Донецкого и Луганского государства?

  • Алексей Жидков

    Вот вам и пожалуйста! «Последний солдат … » и «Вокруг кошки». Вроде и из одной «корзины». А такие разные. В «Кошке» — и стиль, и слог, и чувства. И «шмель» и «черника» и «кошка не может понять как и зачем она ловит птиц» — всё очень к месту. Мне так кажется … Вадим, спасибо. А я с нетерпением жду комментария от Игоря Усимова :)

    • Вы внезапно разбили мое желание писать комментарий)))
      Я почувствовал себя так, словно вышел на сцену и должен исполнять рапсодию Листа)))

  • Настя

    Мне понравилось. Очень здоровско сделан конец.