Конкурс короткого рассказа «Сестра таланта»

Л – Люди

sestra_ logotip– Как будто позеленели.

Она прищурила правый глаз, как всегда, когда он вдруг говорил что-то после долгого молчания. В такие моменты его голос безвозвратно терял свою звонкость: словно кто-то обнимал за талию его внутренний колокол, сводя на нет все старания языка, бьющего по стенкам.

– Верно, позеленели.  Как в две весны гляжу, в твою и свою.

В то утро она, вся в белом, стояла перед ним в тени седоголовой яблони и двумя чёрными жемчужинами, навсегда утонувшими в голубом молоке, выжигала на его лице узоры.

– Я приглашаю вас на танец, — услышал он голос.

– Не слишком ли много белого для  земного утра? – подумалось ему, не привыкшему быть приглашённым  дамой. Но она уже схватила его за руку.

На взбитой в масло кровати пшеничными полями лежали её волосы.  А над ними – рассветом её вечно раздетые зубы, которые она никогда не прятала за черничными губами. И глядя на всё это, он клялся, что рассвет за окном, жалкий двойник, лишь воспроизводил своей кистью подсмотренное в комнате.

А он не спускал глаз с её зрачков, этих воронов, и думал, что вечно сможет смотреть вслед  далёким птицам, улетавшим чёрными точками на край света. Он думал, что день прощания с ними не наступит.

– Не много ли нам вёсен на двоих? – прошептала она.

Переняв у яблони седины, она с прежней виртуозностью выжигала на его лице узоры, которые теперь навсегда застыли морщинами.

Пробило восемь. Она улыбнулась ему.

Но не наступил рассвет. Над припорошенными снегом пшеничными полями взошла луна.

 

***

 

Она одёрнула короткий халат и, взяв с тумбочки недоеденное яблоко, протянула:

– Не здесь, не при пациентах же, Альберт Яковлевич.

– Да какие уж это пациенты, Лена, – нахмурился доктор, – невозвращенцы. Не двигаются, не слышат, не говорят, не понимают ничего. Через пару-тройку дней, не позже, выпишем билет в один конец.

Сожалея о неслучившемся, он, сутулый и наказанный, вышел.

В этой палате, чересчур светлой и чистой (не слишком ли много белого для земного утра?), лежали двое. Она, два малахита под шапкой инея, и он, провожающий в последний путь двух воронов.

 

 

  • Тамара

    Что за ерунда?

  • Нина Писарчик

    Много ложной многозначительности, за которой автор прячет своё бессилие выразить себя — через чувства и действия героев.

  • Не совсем понял, про что рассказ.
    В любом случае, я как и конферансье из «Мастера и Маргариты» люблю, когда фокусы и тайны в конце повествования разоблачают.
    Та маленькая приписка после трех звездочек ничего мне не объяснила.
    Я тупой, видимо.
    Я понял только, что врач хотел перепихнуться с медсестрой, а что там за «малахиты под шапкой» — черт меня задери! — не понял. Не знаю.
    Короче, нет предмета для обсуждения, потому что нет рассказа.

    • Алексей Жидков

      Радуюсь тому, что в конкурсе есть всё-таки пара-тройка рассказов, которые Игорь, признаваясь, «не совсем понял». И слава Богу.

      • Вы так говорите, будто это у меня работа разбираться, что написал тот или иной автор.
        Я оценивал работы как простой читатель, который пришел с работы и пробежался глазами, а что там написал еще один графоман.
        Это ваша работа выяснять, кто чего стоит.
        Я свой рейтинг и даже «лонглист» составил.
        У меня есть свой критерий отбора. Он очень прост.
        В рассказе должно быть поменьше литературы, а больше интересной истории. Короткий рассказ — это публицистика и ничто иное. Вот так.