Конкурс короткого рассказа «Сестра таланта»

Тяга

Наталье Мелёхиной 32 года, живет в Вологде, обозреватель местной газеты. Пишет тексты для рок-группы "Имаго".

 

Моему отцу

Каждую весну старый охотник дядя Гриша давал себе зарок больше не ходить на вальдшнепиную тягу. «Уши не слышат, глаза не видят — свое отохотился», — убеждал он себя.

Но апрель шлепал губами мокрого ветра по всем щекам, невзирая на пол и возраст. И лайки, греясь на солнышке, часто беспокойно зевали и без причины поскуливали. Сыновья дяди Гриши доставали из сейфов ружья, протирали сухими тряпочками… Оружейная сталь страстно ластилась к широким ладоням, и стволы, подобно птенцам, жадно открывали черные пустоты ртов, выпрашивая личинки патронов. Мужики лили дробь, рубили пыжи.

Дядя Гриша старался не замечать этих приготовлений.

Но потом пацанка-весна подкладывала «поджиги» под зеленый подол каждого леса и перелеска, куста и поляны, и дружно взрывалась деревенская округа оглушительным птичьим ором под канонаду капели. И запевали звонкую строевую новобранцы-ручьи. И  каждый год младший сын Игнаха лукаво подмигивал: «Отец, на тебя-то сколько патронов заряжать?»

И дядя Гриша не выдерживал искушения: «Десятка два заряди «семерочки», да «пятеры» штук шесть».

В семье дяди Гриши сложилась традиция: на открытие весенней охоты все мужчины от мала до велика вечером выходили на тягу за деревню на огромные поляны у реки. Когда-то старый охотник сам же эту традицию и завел. Теперь старший сын Саня каждый год нес для отца складной табурет: родоначальник постарел и часто присаживался отдохнуть. Дядя Гриша мог бы, конечно, и на валежнике каком примоститься, но сыновья посмеивались: «Не может пенек на пеньке сидеть! Пирамидка получится!» Прикрывая грубым щитом хрупкий подснежник нежности, они, как на трон, каждую весну возводили отца на табурет, коронуя потрепанной кепкой.

На полянах охотники разбредались кто куда, потому что вальдшнепа в этом месте совершали перелет сразу в нескольких направлениях. Рядом с дядей Гришей нынче остался внук — 12-летний Гришка. Мальчугану своего ружья еще не полагалось: стрелял из дедовой одностволки 16-го калибра по очереди с Григорием-старшим.

Погода выдалась как раз для тяги — тепло, пасмурно. Вальдшнепа начали свой перелет рано. Только за первый час Гриши, старый и малый, насчитали восемь птиц, причем шесть из них вышли на выстрел. Внуку везло больше, чем деду: двух вальдшнепов подросток спрятал в рюкзак.

Гришка-младший был глазами и ушами Гриши-старшего. Мальчик вслушивался в птичью ораторию, и, словно спаниель, делал стойку, замирал, а потом, по-щенячьи поскуливая от азарта, громко шептал: «Деда, деда! Близко, слышь, хоркает? Готовься! Сейчас покажется! Дед, стреляй! Да вот же он, дедон!» Но «дедон» слышал хорканье и цвирканье только тогда, когда вальдшнеп уже проносился у него над головой, к тому же часто путал ценную птицу с дурой-трещоткой, перелетевшей из ивняка на елку.

Когда пришла пора идти домой, у дяди Гриши еще и поясница разболелась. Все семейство возвращалось в деревню через недавно вспаханное поле. Совсем стемнело, пошел дождь. Огромные комья пашни липли на сапоги, так что охотники еле выдирали ноги из беззубой грязной пасти старухи-земли. Дядя Гриша, превозмогая боль, борясь с пашней, ругал себя за то, что вновь не выдержал и поперся на эту тягу…

И вдруг Гришка-внук, указывая куда-то влево в сторону полян, схватил деда за рукав: «Вальдшнеп! Хоркает! Дед, стреляй!» Ориентируясь только на жест внука и свой слабый слух, дядя Гриша взмолился: «Господи! Матушка Богородица, помоги перед сынами не опозориться!» Грянул выстрел, и земля подхватила птицу в мокрую ладонь. Гришка-младший кинулся подбирать.

— Ай да, отец! Всем нам нос утер! В такой темнотище, а вальдшнепа взял! — ликовал Саня, старший, и поддакивал младший Игнаха, и смеялись средние сыны Димка и Женька, и сыны сынов радовались за деда. Дядя Гриша, пряча улыбку, плелся впереди, а за его спиной вязла в пашне вереница потомков. Они тянулись за отцом и дедом, как птичий клин за вожаком, и в темноте дядя Гриша слышал их молодой, похожий на хорканье вальдшнепов, говор и смех.

 

 

  • Aлексей Kонкка

    Я думал, что только подростки ругаются друг с другом в интернете (причем, на пустом месте — кровь играет), но, видимо, интернет такое место, где «законы жанра» для всех одинаковы)). Хороший рассказ, цельный и правдивый. И, действительно, откуда нынешним горожанам и «сетевым хомячкам» знать маленькие радости сельчан, так, чтобы со знанием дела их описать? Отсюда и отсутствие темы. А ведь совсем еще недавно какой-нибудь Бианки был одним из самых читаемых детских писателей. Да и Пришвин с Паустовским не за горами. Дай Бог, может восстановят и они свое место в русской литературе, ведь несут они читателю самое главное — добро, которого так не хватает в современном урбанизированном мире… Спасибо, Наталья!

  • Александр

    Когда читаешь этот рассказ, понимаешь, что поиск новых форм не главное, когда автор хорош в реализме. Содержание важнее формы. Сюрреалистический бред впечатляет куда меньше, чем жизненные чистые образы, которые заставляют любить их.

  • Николай

    Я не литератор, а обыкновенный читатель. Но мне особенно понравилась концовка рассказа «…ликовал Саня, старший, и поддакивал младший Игнаха, и смеялись средние сыны Димка и Женька, и сыны сынов радовались за деда». Слова как красивые камешки на ладонях.

  • Ольга

    А мне, кстати, глицин очень помог в умственных и эмоциональных усилиях… Как бы там ни было, Казимир, поле брани вам придется захватить с собой — ведь если вы уйдете, брань исчезнет…
    Если серьезно, то жаль, что обсуждение рассказа перешло, как вы гениально выразились, в поле брани. Поля мало, брани много. Если вы считаете себя экспертом — там и будьте им, не дожидаясь, когда при вашем появлении люди начнут вставать и кланяться, априори признав ваш авторитет.

  • Казимир

    «и если авторы рассказов будут считаться с мнением вообще какого-то «левого паренька» вроде тебя, а не с мнением людей для них авторитетных,»
    Ольга, это по-вашему, никто не тыкает? Обманывать-то зачем? А ваше предложение по-Вашему — в пределах вежливости? Лучше попытайтесь понять то, что я написал. Для этого не нужны слишком большие умственные усилия. Повторяться не буду. Оставляю Вам поле брани. Командуйте, распоряжайтесь, советуйте людям на ночь принимать глицин. Прощайте!

  • Наталья Мелехина

    Дорогие друзья, спасибо всем за внимание и теплые отзывы. Сразу к делу :) «Вальдшнепа», а не «вальдшнепы» появились не случайно. Литературная норма, робко поправляя очочки, говорла мне «ы», а охотник и автор горланили «а-а-а-а!». Их было двое, оба вооружены, они победили :) В дальнейшем при публикации буду делать сноску на этот счет, извинившись за такое прегрешение))

    Сравнение с Шолоховым не удивляет, а радует, но не из-за самомнения, а потому что мой дядя Гриша, как и его реальный прототип (мой отец) наполовину казак.

  • Ольга

    Казимир, вы очень любите поговорить о себе? И сами с собой, очевидно, поскольку тут никто вам не тыкает и на ваш горшок не претендует. И никто, кстати, не выпячивает свой опыт в сфере теории или практики литературы. Глицин на ночь очень рекомендую, уж не сочтите за вольность.
    P.S.: считаю дурным тоном саркастические замечания типа «героического дяди Гриши». Надеюсь, это был ваш временный срыв.

  • Казимир

    Пишите вы, друзья, что угодно, хоть «протоколá», хоть танки и хокку, да только мне прошу не тыкать, на одном горшке не сидели. Удивляет меня самомнение здешних авторов – ну совершенно не способны выслушать пустяковое замечание. Кроме того, странно, что действительно стоящие рассказы («Стоянка поезда две минуты» Андрея Шведова, «Соседи» Кристины Коротких, «Паек» Юрия Чичина, эпатажный Usimov’a), в которых найдется не только о чем поговорить, но и чему поучиться, почти не комментируются, в отличие от обреченного на успех «Отцовского кителя» или повествования о поэтически мыслящем дяде Грише, который героически, впотьмах и навскидку, взял да и убил малую птицу, ничем перед ним не провинившуюся. Разве такое качество обсуждения не характеризует – и не лучшим образом – уровень литературной грамотности читателей журнала? И вот что еще меня беспокоит. И сам я поучаствовал в конкурсах, и председателем жюри сетевого конкурса довелось помучиться, но только нигде такого не встречал, чтобы члены жюри участвовали в предварительном, открытом обсуждении вместе с читателями. А вот Александр Бушковский и Новиков это делают. Обычно же принято, что члены жюри, когда все тексты собраны, в условленный с участниками срок выставляют баллы или обсуждают результаты в своем кругу. Вот когда премии распределены, очень полезно, чтобы каждый из членов жюри написал свой обзор текстов, поступивших на конкурс или, как в данном случае, вывешенных в газете. Успехов!

  • Ольга

    Казимир, вы обидите дядю Гришу, если решите, что ему недоступно сравнение стволов с птичьими клювами. Разве должен человек, если он из деревни, думать только по типу «инда взопрели озимые»? Только он может не мочь самостоятельно выразить свои переживания в таких образах, как автор, который помогает своему герою раскрыться. Мне вообще не вполне понятно, отчего вы так прицепились к этому слову «вальдшнепа» — такое же жаргонное охотничье слово, как «семера», «пятера». Как будто об этом рассказе больше нечего сказать. Точно так же, как если бы писали про правоохранительные органы, надо было бы употреблять словоформу «протоколА» — неправильную с точки зрения русского языка, но не говорят представители силовых структур иначе и все тут. Это слова, которые перестают быть неправильными в контексте, а становятся жаргонными, имхо.

  • Нет смысла

    Казимир, во-первых, «бесталантного»; во-вторых, точки после «а если конкретно о рассказе» быть не должно, это не предложение, а его часть, вводная конструкция, если быть точным; в-третьих, «эклектика», согласованность зависимого прилагательного-определения с существительным никто не отменял; в-четвертых, все, что вы пишете — бессмысленно, как и то, что написал выше я, всем угодить невозможно, и если авторы рассказов будут считаться с мнением вообще какого-то «левого паренька» вроде тебя, а не с мнением людей для них авторитетных, не с мнением друзей, близких, если будут пытаться угодить таким как ты, угодить всем, то творчество лишиться всякого смысла, потому как будет зависеть от многих внешних факторов, зависимость от которых лишняя, ненужная вообще, равно как и зависимость творчества от денег, славы, etc.

  • Казимир

    Не нужно из меня дурака делать, де еще бесталанного. Какое вам дело до моих талантов? А если конкретно о рассказе. Должно быть что-либо одно, либо везде «стволы, подобно птенцам, жадно открывали черные пустоты ртов, выпрашивая личинки патронов» (это дяди Гриши переживания?) либо уж везде «вальдшнепа». То же, что вышло, есть стилистическая эклектике. Надеюсь, понятно объяснил?

  • Ольга Ильинская

    Хотелось бы ответить и Казимиру, и Николаю одновременно. Сначала Николаю: знание дамой охотничьего сленга не удивительно, так как она сама с 10 лет заряжала патроны старшим братьям, а с 12 ходила на охоту, в том числе на зверя. На тягу и сейчас ходит ))) А Казимиру хочу сказать, что в данном случае «вальдшнепы» (правильная словоформа, о чем автор, филолог по образованию, знает, конечно же) прозвучали бы фальшиво, так как настоящие охотники говорят только «вальдшнепа». Если обратить внимание, что внутренний мир данного произведения заполнен переживаниями именно дяди Гриши, то он, бывалый охотник, не мог назвать этих птиц иначе.

  • Николай

    В творчестве всем всё дозволено. Да и сравнения не было никакого. Я лишь привел пример… Да и Вы, Казимир, не есть последняя инстанция. Знание русского языка это еще не талант.

  • Казимир

    Вот, небось, автор удивилась, когда её сравнили с Шолоховым… А вообще-то, что дозволено Юпитеру, не дозволено волу.

  • Николай

    Хороший рассказ… Немного удивило знание дамой охотничьего сленга — «семерочка», «пятера». Но это только украсило рассказ. С Казимиром на этот раз на согласен: ВальдшнепА, а не вальдшнепы, именно так очень часто говорят на вологодчине. Если «текст от автора» в «Тихом доне», например, изменить, иключив яркий, даже смачный донской говор, что в результате получится…?

  • ИЛ

    Замечательный рассказ! вспомнилась весна в Вологодском крае, на реке Сухоне.. Так написано, что чувствуешь весну.. Спасибо!!

  • Ольга Ильинская

    Уж если идет речь о теме «человек-природа» (а это такая теперь редкость — типа, немодно, неактуально), то обязательно с глубоким символизмом — природа вторична, она только отражает, что думает и чувствует человек, во что верит. А у Натальи тема «любви к родному» выписана очень тонко, без пафоса, без нравоучений, без шума. У нее взгляд на такие вещи особенный, небанальный. Видно, что прочувствовано все, потрогано руками, губами; впитаны с молоком матери все эти запахи и звуки и кепка эта потрепанная — не просто образ подходящий, а настоящее, свое собственное «имущество» в рассказе.

  • Александр Бушковский

    Добрый рассказ, весна чувствуется. Тепло читать.

  • Галина Щекина

    Рассказ-то хороший, потому что человек показан добрее чем на самом деле. Молодежь чаше гавкает на дедов, чем балует.
    И слова есть новые, удачные — пацанка-весна, дедон. только слишком уж все просто :)

  • Казимир

    Добротная зарисовка. Вот только в тексте от автора стоило писать «вальдшнепы». Есть излишние красивости.