Конкурс короткого рассказа «Сестра таланта»

Бездна-ночь. История настроения

На конкурс короткого рассказа «Сестра таланта» поступило 846 рассказов. Отбор  в жюри прошел еще один. Автор из Москвы публикуется под псевдонимом.
 
Ночь, глухая, безразличная ночь за тонким оконным стеклом, далеко внизу припаркованные иномарки в ряд, почти крыша, последний этаж. Идет дождь, проливной, настоящий, умывает город, стирает с него пыль, стирает грязь, ложь, фальшь. Гремит гром, где-то вдалеке теперь, гроза отступила, не в силах отвлечь, порой темное небо рассекает надвое яркая молния, страшно красиво. Легкая никотиновая дымка, завеса грустных мыслей, пальцы, обожженные кружкой с горячим чаем, тянутся сами собой к фотоаппарату — дурацкая привычка снимать Москву чистой.
 
И давняя цель — поймать молнию. Все мы немного ученые, немного первооткрыватели. Вот и я немного Тесла, манит электричество, притягивает как разряд. Да и потом, я, как и он, сплю не больше двух часов. Только вот ничего не изобретаю, куда мне. Я всего лишь я. Не кто-то другой. А хотелось быть кем-то. Мечтал в детстве стать Есениным, стать Циолковским, стать Менделеевым или Ньютоном, но я это я, грустно это или смешно.
 
Я сижу у окна, на подоконнике, и думаю, что был бы рад не писать стихов… Я выбираю странные рифмы, размываю значение слов, только отвлекаю тебя лишний раз. Ни к чему.
 
А они, стихи, точнее даже тексты лезут сами собой в мою голову, проникают куда-то глубоко. В душу, быть может?
К этим текстам тут же… Впрочем, иногда это «тут же» растягивается на месяц-другой… звучит музыка в моей голове, вечно забитой не тем. Музыка? Нет, всего лишь шумовой фон. Это следует называть так. Я хотел бы закрыть уши, хотел бы не слышать этих «шумов», но ничего не выходит, я беру гитару, которой так не повезло с хозяином, которая ведь могла достаться кому-то достойнее, талантливее меня, зажимаю аккорды, пробую струны, и то, что звучало в голове выходит наружу, и текст хриплым, вечно простуженным и неприятным голосом как-то неумело, странно.
 
Я смел называть это песней, как глупо. Это текст и шумовой фон, не более того. У других — да, у других песни. А я… Махнуть на себя рукой и… быть может, с последнего этажа никчемной головой вниз о мокрый асфальт? Нет, не красиво.
 
Почему-то до боли грустно, чай остыл, так и не согрев меня, сигарета догорела до фильтра, потухла, и только шум дождя остался со мной, мой верный друг.
 
Я бы хотел спеть с ним, с дождем… Но, черт побери, я не умею петь. Я хотел бы другой голос. Хотел бы голос Челентано, Высоцкого или даже Кобзона, но я это я.
 
В тонком стекле мое отражение. Что за чудовище смотрит на меня из окна, как из зеркала? Вытаращенные черные глазки, растрепанные никчемные волосы, темные, тусклые, жесткие, худое, беспомощное тело. Некрасиво торчат кости: плечи, суставы, ключицы и скулы. Все некрасиво, никчемно, безнадежно. Я хотел бы выглядеть иначе. Но ведь я это я. И только.
 
В свете фар очередного авто не разобрать черной дороги, городская грязь в водосток, не видно птиц, звезд или луны, будто они тоже исчезли, будто исчезло все. Кроме меня и дождя. Впрочем, я плохой для него собеседник, и хорошо бы исчезнуть тоже, убежать, раствориться во мраке, просто не дышать, затаив дыхание на вечность. Что мешает? Не знаю, может быть все те же нелепые рифмы, тексты и шум. Кто я такой? Я это я. Другими словами, пустое место, никто, ничто, не примечательный обыватель без знаков отличия, ничем не занимательный, не действительный, не состоятельный. Мог быть кем-то другим? Нет, не мог, ведь я это я.
 
Урод и неудачник, идиот и бездарность. Пора бы смириться за 22 года. Никто. Ничтожество. Пустое место.
 
Хочется спать. Открываю окно, душно, ветер теребит легкие занавески и шелк моей серой рубашки. Медленно испаряется чай. Такое бывает. Вот бы и мне испариться подобно ему. Вот бы и мне улететь с этим ветром назло своим мыслям. Вот бы и мне покинуть этот мир, в котором нет места для меня, в котором не может быть для меня места, ведь я это всего лишь я.
 
Или стать кем-то другим. По волшебству. По мановению волшебной палочки, загадать на падающую звезду, попросить у золотой рыбки.
 
Или не проснуться вовсе, или проснуться не собой.
  • Галина

    Зря вы так,ребята. А вот я ему поверила. Автор, как всякая творческая личность ищет, сомневается, даже придирается к себе. Это нормально.
    Желаю успехов этому юному созданию.

  • Казимир

    Я с Вами, Николай, согласен от всей души. Чем спорить между собою, давайте анализировать тексты, тем самым стараясь помочь авторам. А если дама называет нас завистниками и занудами, то из милых уст и пустячок приятен. Тем более, что молодости автора я готов позавидовать, да и Вы, возможно, тоже. Успехов Вам во всех Ваших делах!

  • Николай

    Я предлагаю, Казимир, заключить перемирие. Тем более, что «весовые» категории у нас с Вами, по всему видно, разные. Я повторяю не литератор. Экономист по образованию я. Но из своего личного опыта знаю, что проверять что-либо, критиковать всегда много легче, чем делать самому. И, напоследок, я конечно же воздержусь от колкостей в Ваш адрес по поводу Белинского. Всех благ Вам, и конечно же успехов!

  • Казимир

    А не нравится вам, Николай, мой русский, так и не ешьте. Прошу прощения за то, что процитировал по памяти, но смысл ведь сохранен был, не так ли? Я вставил «в мир», а в предшествующем предложении было «на землю», явно в том же значении. И уж совсем не понял, к чему Ваш пассаж о переводах НЗ и об ИСТИНЕ. Этот фрагмент (Мф.10.34) есть в трех синоптических Евангелиях и, судя по всему, такой же смысл имел уже в древнегреческом архетипе. Во всяком случае, так и в издании древнегреческого текста Нового завета, что у меня под рукой: Novum Testamentum Graece curavit Eberhard Nestle. – Stutgart, 1904. – S. 25. А что Иисус здесь парадоксалист, так кто же этого не знает?
    О добре же недаром в народе говорят, что бывает доброта хуже воровства. Если читатель может позволить себе быть добрым, то критик едва ли. Не назовешь ведь добрым ни Белинского, ни К. Чуковского. А в наше время доброта (точнее же, взаимозахваливание) загубила русскую сетевую литературу, и она не стала тем резервуаром и школой писателей для бумажной литературы, которой могла бы стать. С того же портала «Проза.ру» пробился в бумажные издания ничтожный процент публиковавшихся.

  • Николай

    И еще раз о рассказе. Мне, как обыкновенному читателю, рассказ понравился. И это, я считаю, для автора главная оценка. Ведь он пишет для ЧИТАТЕЛЯ

  • Николай

    Спасибо, Казимир, за правки моих комментариев. Я действительно в русском не силен. Но где Вы видели мои поучения? Я лишь посоветовал Вам быть добрее… Хотя и в Ваших комментариях (при желании) можно найти ошибочки в Вашем РУССКОМ.
    Теперь о вечном. Если уж цитируете что-либо, то попытайтесь быть точным. В том варианте перевода НЗ, из которого Вы привели «цитату» сказано буквально следующее: «…не мир пришел Я принести, но меч.» И здесь же сказано: «И враги человеку – домашние его.» Если Вы с этим согласны, тогда Вас и Ваши комментарии можно понять. Сегодня много вариантов переводов НЗ «путешествует» по миру, но это не значит, что каждый из них ИСТИНА.
    Теперь о добре. (для Юджина)
    Я не знаток индуизма, потому не буду спорить о том, что и когда сказал Кришна. А то, что христианство проповедует любовь и доброту человеческую, в этом сомнения нет. Ибо сказано в НЗ: «… как хотите, что бы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними,…»

  • Илона

    Замечательный господин Невермор! В такие лета лирический герой как раз и должен быть, на мой взгляд, сомневающимся, страдающим, живым, трогательным и главное – честным. Если вы останетесь таким же честным, вырастив в себе настоящего писателя, тогда через много-много лет, в свои пятьдесят, вы не превратитесь в завистника или зануду с кучей орфографических ошибок, который все живое пытается поучать. Так что все у вас хорошо! Вы сумели разбередить тутошных «мэтров» – это чего-нибудь да стоит! Дерзайте

  • Гаврилин /не тот/

    Ну, что-то вроде…

  • Казимир

    Согласен, что российского разлива. А прототип — юнкер Шмидт у Козьмы Пруткова.

  • Гаврилин /не тот/

    …В переводе Зенкевича (англотекстом), не Бальмонта, но не в этом суть. Кроме псевдонима и упоминания о стихотворстве, в персонаже от По и его героев вряд ли что можно усмотреть, да и от Цвейга с Лондоном, пожалуй (кроме аллюзии на суициды). Вообще-то — сугубо российского тиражного розлива лирический герой, вроде «московских гамлетов» былых псевдо-чеховых: «тащите меня на Ваганьково»…

  • Ольга

    Казимир, а я, кстати, нашла влияние Стефана Цвейга на г-на Невермора (кажется, так?) На мой взгляд, оно выражается в обострении своего эмоционального состояния до болезненного предела — Цвейг ведь это обожал и с удовольствием копался в эмоциях. Предположу, что автор очень молод, в районе 20, — в юности всем хочется если уж чувствовать — то на пределе. Или делать вид, что так чувствуешь. А опыта и индивидуальности при этом — ноль целых, ноль десятых. Если же автор не так юн, но по-прежнему хочет упиваться собой — боюсь, это его совсем не красит. Слабый рассказ, не знаю, зачем его взяли на конкурс. Не за что похвалить.

  • Казимир

    Боюсь, что с Дж. Лондоном все же произошло недоразумение, вызванное участием Алексия Конкка в параллельной политической дискуссии. На самом деле в «Бездне-ночи» нет ни олигархов, ни восстания против них,никакой вообще общественной тематики, повествователь – индивидуалист и кокетка. И самоубийство Мартина Идена едва ли не притянуто за уши. На Эдгара По указывает псевдоним (Д. С. Невермор): использован рефрен из «Ворона» в переводе, если не ошибаюсь, К. Бальмонта. А вот влияния С. Цвейга, кстати, в СССР широко издававшегося, я не сумел обнаружить. Заодно хотел бы поставить вопрос для обсуждения: почему так раздражает читателя, когда автор-прозаик приводит в тексте свои стихи или говорит о своей стихотворной деятельности? Ведь этим грешили и довольно известные писатели, М. Анчаров, например.

  • Aлексей Kонкка

    Ну-ка, ну-ка вспомним, что Джек Лондон про олигархию-то писал? И про общество под олигархами? Чего-то у меня не больно-то жизнеутверждающее впечатление осталось. Особенно сцена самоубийства главного героя. Кстати, впечатление актуальное как никогда… Или все-таки Джек Лондон — он разный? Оставим Эдгара По, а вот, к примеру Стефан Цвейг — он тоже жизнеутверждающий? Может, рассказать почему в СССР Джек Лондон был популярен, а Цвейг нет? Все мы жертвы пропаганды, это — да…))

  • Казимир

    [quote name=»Ольга»]Как разочаровывает, когда автор так неизбирателен с эпитетами. Если ночь — то глухая, если стекло — тонкое, занавески легкие, молния яркая, привычка дурацкая… [/quote]
    На этот раз полностью согласен с Ольгой. Хотя в принципе возможна тонкая литературная игра с банальными и самоочевидными эпитетами (или определениями?), боюсь, что перед нами не тот случай. Просто текст недостаточно совершенен — недаром же он хоть чем-нибудь, да не устроил каждого, кто о нем написал.

  • Юджин

    [quote name=»Николай»]Добрее нужно быть, Казимир. Добрее… Об этом еще Иисус говорил…[/quote]

    «Добрый для тебя будет тот, кто подчинит свои интересы твоим, злой наоборот, твои своим».Харе Кришна!
    «Добрый — это человек которым можно воспользоваться бесплатно, в наше время его называют лох».
    Хитро задумано, Николай, но, увы — авторство чужое.

  • Казимир

    [quote name=»Николай»]У многих, в том числе и талантливых, случаются подобные периоды. Пройдет время и все станет прошлым. Может автору стоит продолжить рассказ через…. какое-то время.[/quote]
    Три стилистические ошибки и две пропущенные запятые. Сами о себе пùшите, что просто читатель, не литератор. Так, может быть, Вам стоит осторожнее поучать других? А Иисус Христос, он судя по Евангелию, много чего говорил. И между прочим: «Не мир я принес в мир, а меч».

  • Ольга

    Как разочаровывает, когда автор так неизбирателен с эпитетами. Если ночь — то глухая, если стекло — тонкое, занавески легкие, молния яркая, привычка дурацкая… Неужели начинающие писатели не в состоянии быть более чуткими к своим образам, увидеть в них не банальность, а нечто большее, чем то, что увидит 99 из 100 обывателей?
    В целом не понимаю, как рассказ прошел отбор — в нем так слабо проработан сюжет. Не могу похвалить за что-либо.

  • Николай

    Добрее нужно быть, Казимир. Добрее… Об этом еще Иисус говорил…

  • Казимир

    Браво, Юджин! Только лирическому повествователю и секс по телефону не поможет. Он же кокетничает и своими неудачами (вот-де я какой необычно-неудачный!), и возрастом. И не похоже «Альтер-эго» нашего поклонника Эдгара По на героев Дж. Лондона (тут почтенный этнограф ошибся), а скорее пародирует «лишнего человека» пушкинских времен. Да и название до того претенциозное, что походит скорее на пародию. Продолжать это лирическое излияние в прозе бессмысленно, другое дело, что со временем можно кардинально переписать. Там в середине вдруг всплывает обращение «тебе», сейчас глухое. Может быть, стоит развернуть образ этого протагониста (-нистки). Пока же предлагаю задуматься вот над чем. (Хватайте кость, Николай! А лучше почитайте Шкловского). Это единственный из 56-ти последних рассказов, отобранных жюри. Каков же тогда уровень остальных пятидесяти пяти? Успехов!

  • Юджин

    Нда… Парню надо срочно помочь.
    Может, секс по телефону?

  • Николай

    У многих, в том числе и талантливых, случаются подобные периоды. Пройдет время и все станет прошлым. Может автору стоит продолжить рассказ через…. какое-то время.

  • Ксения

    Герои Джека Лондона были деятельными….

  • Aлексей Kонкка

    Рефлексирующий, раздавленный огромным городом серый человечек. Герой Джека Лондона?