Конкурс короткого рассказа «Сестра таланта»

Друг дважды

Дмитрий Сидоров живет в Москве, пишет в основном фантастику. Его рассказ — 41-й из прошедших отбор в жюри нашего конкурса. Всего поступило 885 рассказов.

 

— Заполняйте декларацию, чего вы ждёте? — говорит таможенник.

Чёрная форма сидит безукоризненно, лицо хмурое. Не поймёшь, то ли сейчас арестует за контрабанду, то ли устало пожелает счастливого пути. Почему я вообще прохожу контроль? Тут какая-то неразбериха…

То, что я в аэропорту, это нормально. Помню, утром вернул Костика мегере. Как всегда была свара, аж сердце защемило. Костик в слёзы, я, конечно, виноват. Когда же это закончится! Я от переживаний сам не свой становлюсь, даже за руль садиться страшно… Как отдал сына, помчался в аэропорт, встречать шефа из командировки. С этими скандалами, естественно, опаздывал… Не пойму только, где шеф, и почему я куда-то лечу?

В голове туман, мысли разбегаются.

— Ну, пишите, — торопит таможенник. — Я, раб Божий такой-то…

— Раб Божий?

— Да как хотите, так и пишите, мне-то что, только скорее…

— Простите, а вот здесь насчёт ходатайства, это что?

— Ходатайство подавать будете?

— Не знаю, сложно так вот сразу решить… Другие подают?

— Подают. Но учтите, скорее всего, откажут. Прецедентов не было.

— Ну, если откажут, тогда, наверное, не имеет смысла, как вы думаете? Хотя, нет… То есть, да — буду подавать. Образец есть?

— Стандартный бланк, — говорит таможенник сквозь зубы и кидает на стойку лист. — Внизу распишитесь.

— Извините, а вот здесь написано: «каюсь во грехах», это обязательно?

— Вы что, ходатайство подаёте и не раскаиваетесь?

— Знаете, так всё странно… Формы документов необычные… Я сейчас себя плохо чувствую, никак не могу сориентироваться. У меня такое ощущение, что это ошибка, и лететь должен совсем не я. Это «каюсь во грехах» меня очень настораживает. Вот моя бывшая, например… Я про себя зову её мегерой… Только попробуй, скажись перед ней виноватым. Она со свету сживёт и на том свете достанет. Вы уточните, в каких грехах? На чьё имя ходатайство?

— Ну, люди! — восклицает таможенник. — Каждый раз одно и то же! Надо готовиться как-то! Литературу читайте, консультируйтесь… В одних грехах он кается, в других нет! Ходатайство подаёт! — он протягивает руку и хочет забрать документ.

— Подождите, — бормочу я, не выпуская бумагу.

— На чьё имя писать! — продолжает сокрушаться таможенник. — Сказано: «Не упоминай всуе»… Не он, видите ли, должен лететь. А то кто же?

Мне становится страшно. Вспоминается мама, капающая в стакан корвалол: «Серёжа, себя не бережешь, меня хоть пожалей». Мегера что-то яростно доказывает, Костик, зажмурившись, прикрывает уши руками.

— Простите, ради Бо… Простите, можно я позже заполню? — умоляю таможенника. — Я сразу не сообразил, где я. То есть, я, конечно, и сейчас не совсем… Так всё неожиданно… Абсурд какой-то!

— Можете, вернуться в зал ожидания, — вздыхает таможенник. —  Потом подойдёте, если, конечно, вас не заберут в другой терминал.

Через плечо окидываю взглядом зал ожидания. Освещение тусклое, несколько пассажиров томятся на скамьях. Возле колонны двое в масках стоят и смотрят на меня. Прорези в масках там, где должны быть глаза, тлеют красным. Поспешно хватаю документы и ставлю подписи везде, где нужно.

— Правильно, — говорит таможенник. — Вон в тех клеточках, печатными буквами пишите вывод.

— Вывод? — не понимаю я.

— Ну да, вывод. Что вы извлекли из жизни… Ваше пожелание идущим следом.

— И на что это повлияет?

— Не могу сказать точно… Мы сведения передаём наверх, а что уж там дальше…

Неужели всё по-настоящему? Быть такого не может. Но я же здесь? Что писать? Таможенник барабанит пальцами по стойке. И клеток так мало… Ладно, пишу.

— Почему у вас слово «друг» дважды?

— Не рассчитал, одна буква не поместилась. Переписать?

— Не положено, давайте так.

— А как же — идущие следом? Вдруг, не поймут?

— Не тяните время. Видите дверь? За ней тоннель. Как войдёте, двигайтесь к свету. Счастливого пути.

— Последний вопрос! Как я сюда попал?

— Автокатастрофа, — говорит таможенник.

Дверь захлопывается, я оказываюсь в темноте. Вдали брезжит свет.

«Люди, берегите друг друг, — слышится ворчание таможенника. — Грамотей!»

  • Валентина

    Мне очень понравился рассказ Дмитрия Сидорова «Друг дважды». Читается с интересом. Переплетение бытовой и фантазийной линий сюжета мобилизует внимание читателя, будоражит мысль. Каждое слово, каждое предложение работает на общую идею рассказа.
    Первое открытие делаешь в середине текста, когда в отчаянии произнесённое героем «когда же это закончится!» становится реальностью – заканчивается земная жизнь человека, полная чувства вины, скандалов, свары, сердечной боли, слёз сына, яростных доказательств бывшей жены…
    У подобных событий своя логика: неразбериха, скандал, абсурд, автокатастрофа.
    Читатель уже готов переложить вину за происходящее на бывшую жену – грымзу… Но…
    Главное открытие — в последних строках рассказа, когда мы узнаём, как герой формулирует вывод из прожитого: «Люди, берегите друг друга». Автор, тонко чувствующий слово, показывает нам, что происходит с мыслью, когда теряется малость – одна буква в этой фразе.
    Ему не хватило количества клеточек в стандартном бланке, чтобы правильно передать свою мысль. «Не рассчитал, одна буква не поместилась. Переписать?» Он не смеет выйти за предел стандарта, и фраза «Люди, берегите друг друга» – главный вывод жизни – теряет смысл. Мы видим человека, подчинившегося обстоятельствам – в данном случае стандартному бланку. Он и в личной жизни ведёт себя так же — не управляет ситуацией, а беспомощно злится на жену. Он понимает, что надо беречь друг друга, но как это делать – не знает, не умеет.
    Первая же фраза таможенника «Заполняйте декларацию» задала тон рассказу: героем управляют. Каждый из нас не раз был вовлечён в подобные обстоятельства. И мы привыкаем следовать стандартам, часто не успевая задуматься, вникнуть в суть. (Вспоминаются и стандарты образования…) Звучное слово «декларация» открывает лексический ряд: таможенник, ходатайство, прецедент, терминал, образец, стандартный бланк. Наверное, не случайно эти слова всплывают в памяти героя – в последние минуты жизни.
    Что же произошло с фразой при потере окончания в слове «друг»? Утратилось согласование слов в предложении, и мысль распалась, не состоялась. Так и в жизни незаметно теряем … Чтобы семейная и личная жизнь не распалась, а состоялась, нужен душевный труд соотнесения и согласования своих желаний, вкусов, интересов, ценностей с другим, близким человеком!
    В русском языке немало слов-подсказок. Автор обратил наше внимание на одно из них – друг. Умеешь быть другом – сможешь организовать и человеческое общение.
    Даже если дважды употребить слово друг, проблема не решится — развития не будет. Необходимо согласование, а значит изменение одного из «друзей». В языке меняется форма слова «друг», а в жизни меняется сам человек.
    Мне нравится, что рассказ написан в форме диалога – внешнего (разговор с таможенником) и внутреннего (с самим собой). Мы острее, точнее чувствуем и понимаем проблему героя – не в пересказе, а непосредственно от первого лица. Прямая речь подчёркивает и личную ответственность человека за всё происходящее с ним.

    Валентина Хорош
    Петрозаводск.
    2 мая 2012.

  • Галина

    И мне понравилось. Все очень реалистично.

  • катерина

    Добрый рассказ)))
    Молодец, Дмитрий!

  • Казимир

    Понял я, что все же цепляет в хорошем рассказе, если, как оказывается, и характеры созданы. «Таможенник» не свою функцию выполняет (контроль товаров, пересекающих границу), а пограничника. И за этим образом нет ясной, всем понятной традиции. Ведь даже архангел Михаил не только забирает душу у умирающего, но и решает, в ад или рай её отправить. У Харона или апостола Петра обязанности еще больше отличаются. вот здесь-то и возникает подтекстное напряжение. Успехов!

  • Ангелина

    Очень даже характер выписан!Всего лишь небольшой диалог, за которым целая жизнь! И жена-мегера, и любящая мама, и сынишка, и семейная история.. Замечательный рассказ,задел- защемило!
    Хм, «»консультируйтесь»…Лучше не скажешь!

  • Аризона

    Классно. Очень. Только, вправду, узнать бы чуть позже сногсшибательную правду, потянуть бы интригу, чтобы оно, как обухом по голове, ударило в кульминации миниатюры. Хотя… чего там… и так прочла с удовольствием.
    Вот это: «Надо готовиться как-то! Литературу читайте, консультируйтесь…» — убило наповал. Смешно и горько, наверное, так и надо)

  • Александра

    Мне понравилось. Спасибо автору) На сон грядущий само то)

  • Сидоров Дмитрий

    [quote name=»Ирина»]Может, я слишком сентиментальное создание, но тронуло меня это «берегите друг друг»…по настоящему тронуло. Пошла, потрепала сыновью вихрастую головёнку. Маме позвонила. Люди, берегите друг друг..[/quote]
    Ирина, побольше бы таких сентиментальных созданий, как Вы… Всего Вам доброго! И Вашей семье — тоже.

  • Сидоров Дмитрий

    [quote name=»Галчонок»]Вот только непонятно,он насчет «мегеры» так ничего и не понял?Не только беречь нужно,но и прощать[/quote]
    Вы правы, и мегера заслуживает прощения. Особенно, если уже угодил в «аэропорт». Ценное замечание!

  • Галчонок

    Мне понравилось.Очень необычный поворот.Действительно,вернулась ,еще раз перечитала.Вот только непонятно,он насчет «мегеры» так ничего и не понял?Не только беречь нужно,но и прощать

  • Ирина

    Дамам, во всяком случае мне — тоже симпатичен главный герой. Разные мы, дамы, бываем, потому он и разведён. Главное — сына любит. Как же Костик теперь? Без отца? И мама — как?
    Почти сразу догадываешься, что произошло. Это не портит рассказа. Таможенник понравился, ворчун, но не злой, сочувствующий даже. И конец..Может, я слишком сентиментальное создание, но тронуло меня это «берегите друг друг»…по настоящему тронуло. Пошла, потрепала сыновью вихрастую головёнку. Маме позвонила. Люди, берегите друг друг..

  • Казимир

    Автору должен польстить такой отзыв известного карельского критика. Однако не расцветил ли Вениамин Слепков своей фантазией созданную в рассказе довольно примитивную провокативную структуру? Герой рассказа разведен, ребенка любит, бывшая жена – «мегера»… Да любой мужчина тут же проникнется симпатией. Посему очень мне любопытно, как откликнутся на этот удачный рассказ дамы.

  • Николай

    Мне очень понравилось.
    Правда, показалось, что это отрывок из бОльшего произведения.
    Никто не знает как на самом деле ТАМ…

  • Вениамин Слепков

    Мне показалось, что характеры обрисованы замечательно. И несколько суетливый главный герой, растерянный, плохо осознающий происходящее. И таможенник замечательный. Чувствуешь его интонации, когда он торопит героя, и добродушное ворчание на последних словах слышишь)

  • Казимир

    Жаль, что слишком рано, читая уже пятый абзац, догадываешься, в чем соль. Дальше только проверяешь, правильно ли догадался. Но для создания настоящего произведения не маловато ли одного сюжетного фокуса? Характер героя даже и не набросан.