Конкурс короткого рассказа «Сестра таланта»

Ромочка

Он умирал, упустив ниточку жизни, связывающую его с Вселенной, там, в убогом водоёме, не любя себя совершенно.

Зайдя почти по грудь в воду, нырнул, а вынырнул через несколько минут спиной на обозрение своих родственников, его потерявших.

Он так ничего и не понял, да и зачем? Вода – источник информации, и она посылала ему импульсы опасности, а он, достигший возраста, чтобы их распознавать, не счёл нужным послушаться шестого чувства – и был повержен.

Лицо уже было синюшного цвета, и голубое небо ему уже не принадлежало, потому что оно любит живых. Четвёртый и пятый позвонки были разрушены, что не стыковалось с законами физики, а значит, с жизнью. 

Если бы он нырнул с вышки, можно было бы согласиться с такими увечьями, какие были у него. Вытекала спинномозговая жидкость. Чувствительность, да и то локальная, была в плечах, всё, что ниже, – полная немота.

Его лицо сменило окрас – стало малинового цвета. Врачи делали всё, чтобы реанимировать этого парня.

Мария, бабушка Ромки, причитала о каре, преследовавшей её семью. Родители же, а он был у них единственным ребенком, до сих пор не всполошились. Мария настойчиво звонила своему сыну, чтобы объяснить тому серьёзность произошедшего. Однако телефонная трубка, поднятая сыном, отцом Ромочки, молчала. Но в ней отчётливо был слышен голос мамки, которая приказывала Косте налить стопарь водки, причём, немедленно, и положить эту долбаную трубку туда, где тот её взял.

О ребенке плакали другие, но не они, отец с матерью, еще, пожалуй, и не осознавшие, что к ним пришло без всякого стука горе горькое. Следом, перезвонив Данилу, мужу её двоюродной сестры, Мария поведала о свалившемся несчастье.

– Ты знаешь, Данил, стыдить их бесполезно. Они совсем опустились. А у меня уже совершенно нет сил, чтобы противостоять тому, что происходит вокруг моей семьи…   

Измученная телефонная трубка легла у неё, по всей видимости, мимо клавиши, и он отчётливо услышал её тяжелый вздох, а затем – всхлип, когда она уже потянулась поднимать упавшую трубку.

На следующее утро Мария позвонила чуть свет:

– Он совсем плох. Врачи сказали, что лекарства приносить не надо. Что это пустая трата денег… Ты слышишь меня?

–  Да, Мари, говори.

– Приходила Надькина мать и с такой ловкостью разбросала затраты на предстоящие похороны своего ещё живого внука, что мне стало дурно. Их сторона отвечает, а значит, платит за погребение, наша – за поминальный обед. Одним словом, они взяли на себя все расходы, кроме обеда. Обед, как я уже сказала, за нами…

В трубке раздался плач. После некоторого молчания, по-видимому, настраиваясь, умоляюще произнесла:

– А ты никуда не уедешь?

И так каждый день, со страхом в голосе, следовал один и тот  же вопрос: не уеду ли в командировку?

Её причитания, наполненные безысходностью, терзали Данилу душу.

– Мне ведь хоронить не на что, за душой – ни копейки! Ты уж не бросай меня!  Подожди, не уезжай никуда, пока не похороню Ромочку… Грех, конечно, при живом-то… Ведь я его в реанимации успокаиваю: «Ромочка, все будет хорошо, вот увидишь, родненький!» А он смотрит на меня, говорить толком не может, только глазами моргает. Знаешь, что он мне ответил сегодня из последних сил, почти по слогам?

И она как бы промокнула слезу, которой у неё уже не могло попросту быть: «Я не верю тебе, бабушка. Потому что жизнь уходит из меня. И  я это знаю…»

 

  • Анна Е.

    Страшно и горько было читать. Нескончаемая трагедия брошенных детей.

  • Анна Н.

    Извините, конечно, но мне не понравилось!!! На мой взгляд, слишком уж мрачно. А предложение «Вытекала спинномозговая жидкость» совсем отбило желание читать дальше, но все же я дочитала. Читаешь и думаешь, что все безнадежно в этой жизни, а хочется какой-то позитивной нотки. Но, как я уже сказала это только мое мнение.

  • катерина

    «И так каждый день, со страхом в голосе, следовал один и тот же вопрос: не уеду ли в командировку?

    Её причитания, наполненные безысходностью, терзали Данилу душу.» Или я чего-то не понимаю? От чьего лица написан рассказ? БОльшая часть, вроде бы, от автора, а в процитированном — от Данила? Тогда почему он вдруг о себе — в третьем лице? Совсем запуталась…

  • Анна

    Очень хороший рассказ и я не согласна с Юрием по поводу концовки. Эти слова прекрасно завершают мысль. Они очень настоящие. К сожалению, мне приходилось бывать в похожей ситуации, и люди действительно говорят примерно такими словами, они осознают свой уход.

  • Стен

    Тоже так думаю — без последних слов рассказ бы только выиграл

  • Ю.Лугин

    По-настоящему очень сильный рассказ. Попадание в тему Конкурса — 100%. Поначалу напрягло некое многословие, когда образные ряды кажутся то чересчур завышенными, то приземленными на уровне употребления публицистических клише. Потом понял — вполне оправданный прием: реально [b]страшно[/b] описывается состояние Ромочки.
    Абзац: «Мария, бабушка Ромки, причитала о каре, преследовавшей её семью. Родители же, а он был у них единственным ребенком, до сих пор не всполошились. Мария настойчиво звонила своему сыну, чтобы объяснить тому серьёзность произошедшего. Однако телефонная трубка, поднятая сыном, отцом Ромочки, молчала. Но в ней отчётливо был слышен голос мамки, которая приказывала Косте налить стопарь водки, причём, немедленно, и положить эту долбаную трубку туда, где тот её взял» — это просто сногсшибательно свидетельствует о таланте Автора.
    Концовка великолепна: для коротких рассказов подобные концовки — высший пилотаж, а здесь, на мой взгляд, ничем не хуже, чем концовки у О`Генри. Единственное, по поводу чего хотелось бы побухтеть — последние слова: «Потому что жизнь уходит из меня. И я это знаю…» Если их убрать, концовка получилась бы еще на порядок сильнее.
    В любом случае, желаю Автору (и считаю, что Автор этого достоин) войти в число победителей Конкурса.
    С искренним уважением — Юрий.