Культура

Даниил Хармс: «Я всё больше и больше влюбляюсь в А. И.»

Даниил Хармс и Алиса Порет
Даниил Хармс и Алиса Порет

Алисе Порет, чье творчество хорошо представлено в коллекции Музея изобразительных искусств РК, 15 апреля исполнилось бы 110 лет. Выставки не будет, но вспомнить об этом художнике и ее дружеском романе с Даниилом Хармсом наша святая обязанность и большое удовольствие.

 

У нее были отличные учителя: в Академии художеств она училась у К. Петрова-Водкина и в мастерской П. Филонова. Вместе с возглавляемым им «коллективом мастеров аналитического искусства» иллюстрировала «Калевалу» (издательство Academia, 1933 год).

В 1940 году карело-финское книжное издательство пригласило ее для работы над «Калевалой» для детей и юношества (издана в Петрозаводске в 1940 году). Спустя много лет Алиса Ивановна пожелала, чтобы ее рисунки к этой книге — заставки и концовки к рунам — принадлежали нашему Музею изобразительных искусств. Так состоялось знакомство, переросшее потом в дружбу, между художником и музеем.

Мне посчастливилось бывать в ее московской квартире на Огарева, 13, видеть ее работы, слышать удивительные рассказы, чаще веселые, о людях, которые оставили яркий и незабываемый след  в душе и творчестве Алисы Ивановны. Среди них были Д. Шостакович, М. Юдина, П. Лисициан, З. Долуханова, А. Осмеркин и многие другие. Но особое место в жизни Алисы Порет занимал Даниил Хармс, годы дружбы с которым она торжественно называла «эпохой Хармса» в своей жизни.

Они познакомились  в двадцатых годах прошлого века в Ленинграде, когда работали оба в журналах «Ёж» и «Чиж». Тогда Алису Ивановну окружала компания умных, талантливых и веселых людей. Жили творчески активно и весело — вместе ходили на концерты, на выставки, читали стихи, влюблялись или… играли в любовь.

В дневниковых записях Даниила Хармса периода 1932 — 1933 годов, опубликованных в журнале «Новый мир», часто встречается имя Алисы Порет. «Мне с вами очень приятно дружить. Вы не так глупы, чтобы не понимать меня, но и не так умны, чтобы я чувствовал себя дураком», — писал Хармс.

Они много общались, гуляли по Ленинграду и его окрестностям. «Занял 5 рублей, чтобы поехать с Алисой Ивановной в Царское…» — и далее с явным неудовольствием Хармс сообщает, что застал у нее художника Павла Кондратьева, который уже 6 лет влюблен в Алису Ивановну, а с ее стороны не видит ничего «хорошего».

В фондах нашего музея в составе коллекции графических и живописных работ Павла Кондратьева есть рисунок, сделанный с натуры, на котором изображена Алиса Порет, читающая книгу. Впервые он был показан в составе групповой выставки П. Кондратьева и А. Порет, которая была открыта в нашем музее к 100-летию  со дня рождения этих художников. Выставка соединила их творчество и открыла его для петрозаводчан.

Но вернемся к 1930-м годам к дневнику Даниила Хармса и его мыслям об Алисе Порет: «Я все больше и больше влюбляюсь в А. И., и 1 февраля сказал ей об этом». Похоже, что признание Даниила Ивановича не произвело на нее особого впечатления, потому что далее Хармс пишет: «Мы назвали это дружбой и продолжали встречаться».

Дружеский роман не прекратился и после того, как Алиса Порет вышла замуж за художника Петра Снопкова, их общего знакомого. Хармс подарил на свадьбу старинный самурайский меч, что было плохой приметой: острое дарить нельзя. Примета сбылась, брак оказался недолгим, вскоре Порет и Снопков расстались.

Дружба Порет с Хармсом продолжалась до самого его ареста в августе 1941 года. Арестовали и Петра Снопкова. Даниил Иванович Хармс, как теперь известно, умер в тюремной больнице 2 февраля 1942 года.

Алиса Порет пережила своего друга на 42 года. Она скончалась в Москве на 83-м году жизни, оставив удивительно интересные с юмором написанные воспоминания о Д.Хармсе, опубликованные в сборнике «Панорама искусств» (№3, 1980 год).

 

Образ Даниила Хармса нашел отражение и в творчестве художника Алисы Порет: портрет поэта с трубкой во рту она писала уже по воспоминаниям в 1964 году, став одной из работ цикла «Трагические таланты России».

При жизни Алисы Ивановны все эти и другие ее холсты хранились в московской квартире за большим старинным шкафом из карельской березы. Когда к ней приходили гости — мне посчастливилось однажды быть в их числе, шкаф отодвигали, и оттуда как из рога изобилия выплывали необычные по стилистике и снайперски точные по характеристике портреты. Был среди них и автопортрет Алисы Порет 1958 года «Художник и его модели», который принадлежит сейчас вместе с восемью другими ее живописными работами Музею изобразительных искусств Карелии. Это автопортрет-воспоминание о Ленинграде, о годах ее молодости, о близких друзьях, уже ушедших из ее жизни. Их голубые тени-лица окружают профиль Алисы Ивановны в центре холста. Среди них, конечно же, есть и Даниил Хармс: он изображен в двух ликах — веселом и трагическом.

 

В год 100-летия Алисы Порет в наш музей из Москвы пришла бандероль от ученицы художницы, а ныне известного живописца Елены Елагиной. Ее мама Клара Цезаревна была близким другом Алисы Ивановны. Она помогла нам в  устройстве персональной выставки Алисы Порет в Музее изобразительных искусств и подарила ее картину «Здравствуй, Бог! Здравствуй, Бах!». Елена Елагина издала к юбилею Алисы Порет открытки с ее ранними «филоновскими» рисунками и двумя редкими фотографиями Алисы Ивановны 1930 годов из ее семейного архива.

  • Регина

    Очень жаль, что выставку Алисы Порет не сделали. Я вот прошлую пропустила почему-то, а хотелось бы познакомиться с художником из ряда филоновцев, женщиной, которая покорила самого Хармса