Культура

Добрый гений Саулюса Сондецкиса

Фото Натальи Мешковой
Саулюс Сондецкис на фестивале

На фестивале «Белые ночи Карелии» мы услышали новую трактовку Мессы си минор Баха, поражающую невероятной жизнеутверждающей энергией.

 

 

Центральным событием фестивальных программ «Белых ночей Карелии» 2013 года стало исполнение грандиозной Мессы си минор Иоганна Себастьяна Баха, получившей статус Высокой. Не только само произведение, исполняющееся весьма редко, но и то, что этот музыкантский подвиг (имеется в виду исполнение мессы) в Большом зале Петрозаводской консерватории должен свершить выдающийся дирижер современности Саулюс Сондецкис,  погрузило всех знатоков и любителей музыки в счастливое ожидание.

 

Верный друг фестиваля, участвующий в нем почти каждый год, начиная с первого, прошедшего в 2005 году, и осуществивший в Карелии уже не одну программу,  он стал для нас добрым гением, транслирующим людям через исполняемую  музыку идеалы добра и красоты. Каждое исполненное дирижером произведение  не просто частный случай. В него всегда вложены определенный замысел, глубокая идея, которая может реализоваться в единении с другими сочинениями, превращаясь в действо, обладающее магической силой. Достаточно вспомнить исполненную в прошлом году его авторскую композицию «Возвышенное и земное. Моцарт. Письма», воздействие которой будет храниться в памяти каждого услышавшего ее всю жизнь, такое не забывается.

 

Исполненная Месса Баха представляет собой произведение сложнейшее во всех отношениях: глубина содержания, образное богатство, предельная экспрессивность. Композитор работал над этим произведением много лет. Первые две части, Kyrie и  Gloria, как предполагают баховеды, были исполнены 21 апреля 1733 года на торжественном богослужении в честь нового саксонского курфюрста Августа III. Остальные три части композитор создал и присоединил в последующие годы, тщательно отбирая из арсенала своего наследия подходящий материал (что он делал нередко) и создавая новый. В итоге эту мессу можно считать подлинной энциклопедией баховского творчества.

 

Известно, что при жизни композитора полностью месса не звучала, ибо не вписывалась в привычную для эпохи служебно-религиозную предназначенность. Сложился жанр мессы в католицизме. Бах же по вероисповеданию был протестантом, а в протестантской службе допускались только мессы-brevis (короткие), как раз те части, которые и стали своеобразным даром Августу. Но зачем же композитор реализовал свой проект полностью, превратив композицию в пятичастную? Видимо, с абсолютной достоверностью эта загадка уже никогда не будет раскрыта. Но, безусловно, правы те, кто, обозревая все, что создано этим гигантом мысли и чувства, говорит о том, что композитор никогда не замыкался в рамках ортодоксальной религиозной традиции и, погружаясь в свое религиозное мироощущение, обращался ко всему  человечеству.

 

Исполнение Мессы си минор – сложнейший  творческий акт даже с сильными профессиональными коллективами.  Саулюс Сондецкис  на протяжении жизни в разных странах и, конечно же, на родине композитора – в Германии, делал это столько раз, что, наверное, точно и подсчитать невозможно. И все-таки исполнение этого величайшего творения Баха притягивает дирижера вновь и вновь, ибо сам исполнительский  процесс для дирижера – огромное счастье. Это счастье он дарит и всем тем, кто сопутствует ему в данный момент – музыкантам, участвующим в нем, и слушателям. 

 

В исполнении Мессы приняли участие академический студенческий хор консерватории (художественный руководитель Евгений Гурьев), студенческий камерный оркестр Nord-West Studium (руководитель Эдуард Зондерегер), дополненный группой солистов симфонического оркестра Карельской филармонии, и прима Мариинского театра Злата Булычёва (меццо-сопрано).

 

Со всеми музыкантами маэстро встречался уже не раз в фестивальных событиях, создаваемых Виктором Гориным, он хорошо знает  их потенциальные возможности и при том, что работа требовалась гигантская, шел на это с чистым сердцем, был уверен, что справятся. И эта уверенность оправдалась: мы услышали совершенно новую трактовку произведения, поражающую невероятной жизнеутверждающей энергией, несмотря на присутствующие в сюжете трагические эпизоды (ведь в центре службы речь идет о распятии  Христа). Так реализовалась заложенная в религиозной легенде идея жертвы во имя спасения человечества.

 

В полной партитуре пять частей распадаются на 24 номера: 15 из них хоровые, остальные – арии и дуэты. В данном исполнении Мессы в силу определенных обстоятельств прозвучали только две арии, но от этого общее впечатление не пострадало, ибо все главное сохранилось. А Злата Булычёва исполнила арии поистине божественно – голос звучал мягко, законы баховской кантилены не были нарушены ни в одном интонационном шаге.

 

Из сказанного ясно, что основа Мессы – ее хоровая часть. Задолго до встречи с маэстро студенты начали постигать премудрости текста, работая в основном с хормейстером Евгенией Дыга, окончившей нашу консерваторию и аспирантуру по классу профессора Э. И. Седовой и уже с 2001 года работающей самостоятельно. За это время она дважды становилась лауреатом хоровых конкурсов в Москве и Санкт-Петербурге. И теперь  продемонстрировала прекрасную профессиональную работу, которую высоко оценил Саулюс Сондецкис, определив ее как «великолепную».

 

Столь же непростой и тщательной была подготовка оркестра, которую осуществил многократно принимавший участие в проектах под руководством маэстро Сондецкиса Эдуард Зондерегер и снова заслуживший от него похвалы за очень хорошую работу. К камерному студенческому составу присоединились несколько  высококлассных музыкантов симфонического оркестра филармонии: Руслан Девликамов, Александр Казарин и Анатолий Мельник  (трубы), заслуженный артист Карелии Михаил Баш (английский рожок), заслуженный артист Карелии и России Владимир Гайков (литавры), струнную группу возглавила Ирина Значко, в студенческие годы – многолетняя участница камерного оркестра, а ныне артистка симфонического.

 

Для  музыкантов каждая встреча  с Саулюсом Сондецкисом – великое счастье, об этом говорили все, с кем удалось пообщаться.  

 

Ирина Значко: «Благодарю судьбу за то, что она уже не первый раз подарила мне возможность работать с прославленным маэстро. Каждый раз поражаюсь его энергии…  Каждое его слово, замечание работает на качество исполнения… К музыкантам он по-отечески добр, всегда подбодрит словом, улыбкой. При этом требователен и строг. Работа с дирижером такого уровня – это бесценный опыт для каждого музыканта».

 

Александр Казарин особое внимание в своем монологе, который записать не удалось, уделил манере общения Сондецкиса с подопечными коллегами, назвав его  «настоящим магом.  Даже когда он делает замечание, это звучит так, что больше ты просто не сможешь повторить ошибку…  Таких дирижеров у нас больше нет, он последний из могикан».

 

Высказывание Михаила Баша, самого старшего участника нашего своеобразного референдума не укладывается в несколько строк, но, несмотря на масштаб, хочется привести его почти полностью: «Делиться своими впечатлениями о Саулюсе Сондецкисе и трудно, и легко, и приятно. Трудно, потому что о нем коротко, несколькими словами ничего не расскажешь, такой огромный масштаб этого художника и большого человека. И это общеизвестно… Лучше о том, какое воздействие он оказывает на всех с ним работающих, общающихся, наблюдающих его в работе, при этом не чувствующих никакого неудобства и трепета от понимания – какая величина этот человек, такова сила его обаяния, простота общения, уважения. За последние годы он несколько раз приезжал в Петрозаводск с интереснейшими программами. Работал и с симфоническим оркестром филармонии, и с консерваторским, не считая это для себя зазорным. При всей своей большой требовательности к качеству звука, к осмыслению содержания осмысляемой музыки, к ее драматургии, он никогда не позволяет себе, делая замечания, указывая на ошибки, резкости, упреков, раздражения. Всегда его пожелания  убедительны, понятны и доброжелательны. Он никогда еще не упустил даже малейшей возможности похвалить за что-то хорошо получившееся, подбодрить, при этом перечислит (дальше можно загибать пальцы), как надо сделать то-то и то-то. А уж если получилось хорошо, так, как он хотел, то свое удовольствие он проявит так, что все доставившие ему это удовольствие начинают его усиленно любить. Вот такой стиль работы – большая редкость. Это особый талант  –  любить и уважать музыкантов, любить оркестр как свой инструмент, терпеливо возиться с ним, поднимая на более высокий уровень, и… учить.

 

И музыканты, будь это студенты или профессионалы, отзываются очень чутко ответной любовью, что тоже большая редкость. Возникает обратная связь. И как бы мало времени на подготовку трудной, большой программы не было, результат всегда максимальный.

 

Месса hmoll И. С. Баха такое грандиозное произведение, за которое берутся только великие музыканты, дирижеры, оркестры, хоры, певцы. Где же нам такое осилить… А Сондецкис в свои годы захотел сделать эту работу именно здесь у нас, со студентами, с приглашенными из симфонического оркестра недостающими музыкантами. И сделал эту грандиозную работу. Оценивать результат можно по-разному, в зависимости от точки зрения. Это не мировой уровень? Да, не мировой. Были потери? Да, были. Много искать не надо. Сондецкису это лучше всех нас известно. И он понимал, на что идет. Но пошел. Я считаю, что работа эта была сделана прекрасно. Мы ­– музыканты, студенты, хор, слушатели получили такой заряд вдохновения, такую порцию высокой школы, так нам недостающей, которые обязательно оставили в душе большой след. И за все это огромное спасибо замечательному человеку, художнику, учителю Саулюсу Сондецкису. Дай Бог ему здоровья!»

 

И вот что сказал наш замечательный руководитель камерного оркестра Эдуард Зондерегер: «Что же такое очередной приезд Саулюса Сондецкиса к нам в Петрозаводск? Все мы прекрасно понимаем, насколько грандиозен масштаб такой личности, и поэтому полное доверие и готовность работать возникает еще до его появления. Но когда он выходит к оркестру, то буквально все попадает под завораживающее влияние Мастера. Я счастлив, что у всех нас была такая возможность – соприкоснуться с выдающимся музыкантом, человеком!»

 

 

 

Фото Натальи Мешковой

 

  • Татьяна

    Когда я иду на Сондециса, мне все равно что будет звучать. Сам этот человек меня завораживает! Именно таков идеальный человек — творец, излучающий свет и доброту. Но таких единицы… Хочется обнимать весь мир, даже когда звучит трагическая музыка — ведь в исполнении Сондецкиса это всегда катарсис. Спасибо фестивалю за встречи с Маэстро!