Главное, Культура

Тома

Заметки после выставки  

Ошеломительная Тамара Юфа! Моё убеждение: именно она завершает эпоху модерна в живописи – является последним отсверком серебряного века.

I

 

В день закрытия посетил эту выставку.

Ошеломительная Тамара Юфа!

Моё убеждение: именно она завершает эпоху модерна в живописи – является последним отсверком серебряного века.

Обри Бердслей – Густав Климт – Тамара Юфа: это одна линия – это равновеликие имена.

Разрывы во времени ничего не значат.

 image001

 

 

II

 

Восприятие картин Тамары было на этот раз необычным.

Накатывали воспоминания о других выставках – каждая из них стала событием в моей жизни.

Вот их перечень.

 

«Голубая роза» в частных собраниях Москвы и Санкт-Петербурга. Живопись, графика, скульптура. ГМИИ им. А.С. Пушкина.

С 29 декабря 1999 по 13 февраля 2000

 

«Русский символизм. Голубая роза».  Третьяковская галерея на Крымском валу.

С 2 марта по 23 апреля 2006

 

«Оскар Уайльд. Обри Бердслей. Взгляд из России».

Галерея искусства стран Европы и Америки XIX–XX вв.

С 23 сентября по  30 ноября 2014

 

«Виктор Борисов-Мусатов и мастера общества «Голубая роза».

         Русский музей / Михайловский замок.

С 2 марта по 19 июня 2017

 

Аллюзии!

Ассоциации!

Непроизвольно я задавал творчеству карельской художницы широкий историко-культурный контекст.

 

 

III

 

Тамара Юфа. Воспоминание о Ладве. 1968
Тамара Юфа. Воспоминание о Ладве. 1968

Эта картина Тамары просится на выставку «Голубой Розы».

Художники, входившие в группу, любили парноперистую форму листа – сквожение мимоз и акаций характерно для их полотен.

У Тамары эту роль берёт на себя рябина.

 

Пётр Уткин. Утренняя молитва. 1908
Пётр Уткин. Утренняя молитва. 1908

 

Дарю Томе голубую розу.

 

 Николай Сапунов. Обложка каталога выставки «Голубая Роза». 1907

Николай Сапунов. Обложка каталога выставки «Голубая Роза». 1907

 

 

IV

 

Обри Бердслей – и Тамара Юфа: на выставке мне почему-то примнилась их реальная встреча.

Я начал фантазировать.

Был бы изумительно красивый союз – пусть не житейский, а сугубо творческий.

Был бы андрогин особого рода.

Впрочем, в ментальных измерениях он существует.

Будто это две ипостаси одной сущности.

Сколь глубокий стилевой унисон!

Я бы ещё сказал – коллинеарность: певучие линии словно вторят друг другу – как если бы их направлял один гений.

Тамара Юфа абсолютно самобытна.

Она училась у Бога.

Её конвергенция с модерном – чудо.

 image005

 Муза Обри Бердслея преподносит цветы Тамаре Юфа на открытии её юбилейной выставки 2 июня 2017 г. в  Петрозаводске

 

V

Изумляют переклички Тамары Юфа с русским модерном и artdeco.

В книге отзывов свою восторженную запись оставил незабвенный Сергей Петрович Лодыгин – правда, он использовал симпатические чернила: не всеми читается.

 image006

 

 Я заметил эту бабочку Сергея Лодыгина присевшей на уголок одной из картин Тамары

 

На выставке улавливалось тайное присутствие Романа Павловича Тыртова. Он же Эрте.

 image007

 Ангел Эрте играет для Тамары Юфа

 

VI

 

Тамара Юфа создала свой неповторимый пластический язык.

В нём есть некоторая избыточность.

Это как в природе:  энергия роста – когда её много – уходит в причудливое, капризное.

Так возникают аллэстетические структуры – самый броский пласт красоты в природе.

Вспомним павлина.

Вспомним фантастику мурексов.

Вспомним рога парнокопытных, часто уходящие за черту пользы.

Природа – излишествует.

Природа – роскошествует.

Это пиршество чистого эстетизма!

В искусстве данной тенденции соответствует маньеризм, понятый широко – как выход за рамки меры.

Как самодовлеющая игра с формой.

Декоративное начало здесь берёт верх над содержательным измерением.

 

 Minolta DSC

 Тамара Юфа. Пейзаж с лосем. По мотивам эпоса «Калевала». 1967

 

Меня давно заворожила эта гениальная картина.

Зоолог придерётся: эти рога – продукт воображения.

Ну и что?

Природа даёт ноту – Тамара её подхватывает и усиливает – получается потрясающая синергия: дивно взаимодействуют – Natura  и Ars.

Формообразование у Тамары – как у природы: оно идёт изнутри – это нечто имманентное и спонтанное.

Это органика.

Алексей Фёдорович Лосев учил нас верить в реальность метаморфоз.

Сказочное оборотничество!

Оно может осуществляться в цепи перевоплощений.

Возле любимой картины мне вспомнился Chicoreus alabaster.

Безупречный образец этой раковины имеется в Полимусейоне.

 image009

 

Подумалось: быть может, психея Тамары когда-то обитала в этом чудесном домике?

И неисповедимо вынесла оттуда опыт пластики?

Эта раковина – и рога Тамариного оленя: тут одна эстетика.

Одна стилистика!

В обоих случаях мы имеем дело с ателическими – в терминологии Александра Любищева – образованиями.

То есть – лишёнными очевидной целесообразности.

Утилитарного момента днём с огнём не отыщешь.

Это искусство ради искусства.

Это красота ради красоты.

Вот истоки декоративности.

Тамара подключена к ним напрямую.

 

 image010

 Алебастровый цикореус – брюхоногий моллюск из семейства Muricidae – на фоне картины Тамары Юфа. Рифма форм!

 

 

VII

 

Домишки в озерах очутятся,

Над ними закурятся трубы.

В холодных объятьях распутицы

 Сойдутся к огню жизнелюбы.

 

Обители севера строгого,

Накрытые небом, как крышей!

На вас, захолустные логова,

Написано: сим победиши.

 

Эти стихи Бориса Пастернака настойчиво звучат во мне, когда я созерцаю «Ладвинский пейзаж», под чей гипноз попал едва ли не с момента его рождения – он стал как бы фоном моей юности.

И символом нашей дружбы.

Частенько тогда заглядывал в мастерскую Тамары.

 

 image011

 Тамара Юфа. Ладвинский пейзаж. 1964

 

Пронзительное полотно!

Глядишь на него – и сердце щемит.

Лирическая стихия перехлёстывает через край.

Наш Север тут сполна раскрыл свою поэтическую душу – явил нам самую заповедную сторону своей красоты.

Обратим внимание: трубы курятся так, что дымок завивается спиралями.

На галактики похоже!

Земное переходит в космическое.

Годовые кольца на торцах брёвен тоже спирализованы.

Дань орнаментализму?

Это вне сомнений.

Но и нечто большее.

Спираль – знак Бога.

Спираль – код становления.

Спираль – архетип витальности.

У Тамары она вырисовывается сама собой.

Это априорное – это наследственное – это у неё сидит в ДНК.

Имея в виду прежде всего спиральный росчерк, одновременно подразумеваю и все другие узорочья-паттерны, составляющие основу живописного языка художницы.

То ли Творец водит рукой Тамары – то ли она исподволь направляет его длань.

Это амбивалентно.

Сравним Тамару Юфу и Ван Гога.  

 image012

  image013

 

 Одна динамика.

Одна экспрессия.

Одна захватывающая красотища.

 

VIII

 

Серые камни в кругах чудесами полны…

Николай Рерих

 

О каких кругах идёт речь?

Это лишайник Пармелия цетробежная – Parmelia сеntrifuga.

Он растёт из центра – по радиальной схеме.

Будто круговая волна движется.

В середине ткань отмирает – получается серебряный круг.

На нимб похоже.

Порой  наши скалы смотрятся как инопланетный иконостас.

Пармелия обаяла юную учительницу рисования, приехавшую по направлению в карельское село Ладва.

Там ледниковый ландшафт – классическая морена.

Валунов с пармелией навалом.

Без преувеличений: достойный лишайник существенно повлиял на формирование художницы – стал для неё своего рода импринтингом.

Впечатлило!

Навсегда оставило след!

Получило удивительное развитие!

 

 image014

 Тамара Юфа. Тяжелы мои печали. 1979

 

Кружева пармелий на этой картине переходят в декор платья.

Такие переходы – преобразования, трансформации – характерны для поэтики художницы.

 image015

 Деталь

 image016

Parmelia сеntrifuga

 image017

          Тамара Юфа. Обложка книги Юрия Линника «Тулон». 1995

 image018

 Тамара Юфа. Из серии иллюстраций к сказке Г.-Х. Андерсена «Снежная королева». 1976–1977

 

Пармелия включает в сознании Тамары парейдолию: замечательный психологический механизм, когда в явления мы вкладываем новые смыслы – обогащаем их семантику.

Это видно на обложке моей книги «Тулон».

Будто мы считываем с валунов сложную информацию.

Морена предваряет Александра Чижевского?

Хочет поведать нам о солнечно-земных связях?

Обложка к «Тулону»: пармелия – как раскованное каприччио.

Иллюстрация к Г.-Х. Андерсену: она же – в скупом и строгом решении.

Прочна связь Тамары с карельской землёй.

Пармелия закрепляет эту связь своей ажурной печатью.

 

IX

 

 image019

 Тамара Юфа. Невеста. 1982

 

В мрачное для нашей страны время была написана эта картина.

Карл Юнг находился под запретом.

На исследования функциональной асимметрии мозга официальная наука смотрела косо.

В этой картине есть и то, и другое: она отсылает нас к юнговским архетипам – и в ней раскрыт глубинный дуализм нашей человеческой сущности.

Зеркальное тождество может нарушаться.

Правое и левое не всегда паритетны.

Две половинки нашего мозга одинаковы в плане гистологии.

Но резко различны в аспекте своего назначения: правое полушарие имеет прямой выход в тёмные глубины бессознательного – тогда как левое пребывает на свету нашей рациональности.

Тамара Юфа интуитивно угадала это наше двоение.

Из него вырастают антиномии.

Поразительная прозорливость!

 image020

 Тамара Юфа. Обложка книги Юрия Линника «Архетипы».

 

В оформлении моей книги «Архетипы» Тамара использовала мотивы «Невесты».

Но к этому времени она уже прочла Карла Юнга.

В композицию внесены – через посредничество прялки и вышивки – ключевые архетипы Русского Севера.

 

X

 

Мать-Сыра-Земля – Матерь Мира – Богоматерь: гимн женскому началу – доминанта в творчестве Тамары Юфа.

Это творчески осмыслила Галина Николаевна Пырьева, главный редактор издательства «Речь», свершившее под её эгидой благороднейшую акцию: великолепно – не третьесортно как некогда в Карелии – изданы главные оформительские наработки Тамары.

Как если бы заново родились эти легендарные книги!

В том числе и «Калевала».

Надо низко-низко поклониться Галине Николаевне: она собрала развеянные по всему миру калевальские шедевры Тамары – и выложила из них целостность.

Это ведь работы разных лет.

«Калевалу» они отражают избирательно – с точки зрения сюжета много лакун.

Главенствует женская линия.     

Галина Николаевна превратила её в могуче и утвердительно звучащий лейтмотив книги.

Тональность – minor.

Страдание – удел женщины.

Сейчас попытаюсь дать параллели: в пандан к работам Тамары – работы других мастеров на эту скорбную тему.

 image021

 image022

 Мать Лемминкяйнена.  Аксели Галлен-Каллела (1897) и Тамара Юфа (1970)

 

Чудесный хельсинкский музей «Атенеум»!

Поведаю тебе о своей заветной мечте: это совместная выставка в твоих залах Аксели Галлен-Каллела и Тамары Юфа – их интерпретация  «Калевалы».

Это конгениальные мастера.

Ещё одна параллель.

 image023

 Джон Эверетт Милле. Смерть Офелии. 1852

 image024

 Тамара Юфа. Мать Айно. 1963

 

Это большая и тонкая тема: Тамара Юфа – и прерафаэлиты.

Тема смерти табуировалась при коммунистах.

Художница игнорировала запрет.

Она создавала значительнейшие картины-реквиемы.

 

XI

 

Тамара Юфа оформила около ста книг Юрия Линника.

Быть может, это главный позитив моей жизни – привлечение художницы к своей издательской деятельности.

Тамара воплотила образы многих культур.

Явила воистину всемирную отзывчивость.

Сегодня крохотные тиражики этих книг валяются у меня в чулане.

Но я предсказываю: лет через 30-40 на них будет большой спрос.

И не потому, что их написал ваш покорный слуга, а потому, что их оформила Тамара Юфа.

Эта интереснейшая грань в творчестве художницы на выставке представлена весьма скупо.

         Вот фото.

 image025

 

Здесь две моих книги.

Хочу заметить, что на обложке «Софии» – автопортрет Тамары Юфа.

Единственный в её творчестве!

Стоило больших усилий уговорить скромнейшую художницу решиться на этот шаг.

Вторая книга – «Натали».

Она не слишком вежливо заслонена другой книгой.

Вот как выглядит.

 image026

 

 Это жемчужина Музея Тамары Юфа, который является составной частью моего Полимусейона – его несущей осью.

Не так уж много написано о художнице.

Для моей книги о её творчестве не нашлось места на выставке.

Тут нет никакого ропота.

Никакой обиды.

Всё к лучшему.

Фиксирую факты.

Выставка удалась на славу.

В неё вложена искренняя любовь к несравненному мастеру.

 image027

 

        

 

  1. Тоже была юбилейная выставка. Незабываемая

 image028

Тамара Юфа. Сольвейг. 1966

 image029

  Тамара Юфа. Обложка книги Юрия Линника «Сольвейг». 1997

 

18.09.2017

 

 

  • Вероника

    Присоединяюсь!Аж дух захватило!

  • Ирина Ларионова

    Потрясающе! Гениально! Никто лучше не понял творчество Тамары Юфа…