Культура

Стирая все границы?

Фото Ирины Ларионовой
«Привокзальная сказка»

В театре Ad Liberum прошла премьера социального спектакля  для семейного просмотра «Привокзальная сказка». На мой взгляд, получился он недетским.

 

…У меня дома висит фотография. На ней Серёжа, мой одноклассник, который в этом году умер от рака. Когда мои дети спросили, кто это, я им сказала: «Это мой друг. Мы вместе учились, ходили в походы, первую заметку в газету делали вместе». Малыши поняли, наверное, что это очень важный человек для меня. Я не сказала им, что очень дорожу этим снимком, потому как он сделан в последнюю нашу встречу.

 

К чему это я? К тому, что любую информацию, которую мы несём детям, нужно выверять и дозировать. Я за бережное отношение к неокрепшей душе. И для меня очень важно, насколько этот подход соблюдается в СМИ, в мультфильмах, представлениях.

 

То, что о детях с особенностями здоровья стали говорить сейчас больше, – хороший симптом. Наше общество будто выздоравливает после десятилетий молчания и осознанного игнорирования живущих рядом людей, которым нужна наша помощь. Но вижу я и другую очень опасную тенденцию: тема деток с особенностями развития сейчас на подхвате. Она интересна обществу, многие хотят сделать что-то доброе и полезное для этих ребят. Ведь это ни с чем не сравнимая радость – видеть улыбку, чувствовать счастье малыша, которому и нужны для этого машинка на пульте управления, чтобы фары горели, или телефон на батарейке с приятной мелодией. Получается, добро делать легко, а исполнить чью-то мечту – это все равно что в магазин сходить: дать денег и получить ее, заветную, в коробочке с бантиком.

Мы говорим своим малышам о хорошем и добром, наверное, это должно быть в детстве основным. Потому как детская душа и сердце – настоящее сокровище, о котором сами они и не догадываются. Улыбка, прикосновение или мысль, сказанная порой угловато и иногда с речевыми нестыковками, несет в себе крупицы истины и искренности – того, чего в нашей жизни непростительно мало. И с этим посылом социального спектакля «Привокзальная сказка» – дать возможность зазвучать со сцены детским мыслям и мечтам, я согласна полностью. Очень ценно, что детские сочинения  звучали со сцены, вошли в чудесную брошюру, их удивительно красочно и со вкусом оформили.

Уже после спектакля один из авторов сценария Лидия Побединская рассказала, что этот спектакль, по сути, создан из детских сочинений. Взрослые обыграли их, придумали сквозной сюжет.  Этому предшествовала работа в проекте «Добрый день». В 2012 году он начинался на волонтерском вдохновении при поддержке Центра культурных инициатив. Тогда и родилась идея социального спектакля, который помог бы особенным детям реализовать свой творческий потенциал. Для этого с их педагогами провели мастер-классы, а с ребятишками говорили о живописи, музыке и искусстве. Затем уже Лидия Побединская и Олег Липовецкий сложили истории детей в пьесу, композитор Ирина Смирнова написала музыку, а художник Алёна Голубева сделала видеооформление спектакля на основе детских рисунков.

 

В плане режиссерских находок все получилось удивительно органично и интересно:  зрители сидят даже на сцене, для актеров выделен узкий проход – почти как в настоящем зале ожидания любого российского вокзала. Интересен  ход, когда актеры рассказывают о детских мечтах, показывая свои фотографии. Черно-белые снимки – это как пропуск в детство, знак для пришедших детей, что взрослые тоже когда-то были маленькими.

Линия в общем-то выстроилась, детские сочинения звучали из уст актеров. Только воспринимать их было сложно, поскольку иногда ход спектакля прерывался спорами, криками (слишком часто звучало «чё»), неоправданно резкими словами. В своем слове после спектакля Лидия Побединская пояснила, что это нормальный такой, несколько жесткий подход, который закаляет ребенка.

Наверное, в чем-то автор сценария права, но тогда необходимо еще раз понять: готовы ли шестилетки (возрастная категория спектакля 6+) подвергаться такому закаливанию? Да и так ли необходимы окололитературные обороты «отвали!», «сам дурак!» и прочее-прочее-прочее?  Простите, но детская душа закаляется не грубыми словами, а настоящими поступками и выбором, который делает ребенок в совершенно конкретной ситуации, а не абстрактным рассуждением о мечтах. Я, конечно же, понимаю родителей, которые скажут, что не нужно создавать для детей специальных условий, что по телевизору еще и не то показывают. Возражу лишь тем, что не все дошколята смотрят телевизор и не для всех крики и разборки обычное дело. Или слово «социальный»  как бы оправдывает такой обывательский подход не только между собой, но и к зрителю?

На мой взгляд, спектакль получился недетским. Он подойдет для просмотра замотанным взрослым, которые хотят вспомнить свое детство. Например, чиновникам всех рангов и мастей.

 

Немного удивило меня желание актеров и Лидии Побединской обсудить увиденное сразу после спектакля. Один из актеров рассказал о Маржане Садыковой, девочке,  больной лейкемией, которая уже умерла. В зале были дети – многим из них не было и шести лет. Но как, как эту информацию донести до ребенка,  не травмируя его? И о каком добре тогда говорят взрослые, если добро само по себе человека не спасает? Ведь именно об этом могут спросить вдумчивые дети после спектакля!

 

Добро и мечта – не новая религия и не мода. Это то, что позволяет нам оставаться людьми в любых условиях, всегда. «Человеческая душа – это состояние человека, это что-то необъяснимое, яркое», – так написал 15-летний Ваня, воспитанник школы-интерната №21. Детские мысли и слова самоценны, их важно донести до зрителя. Путь от написанного к прозвучавшему мог быть намного короче, если бы свои отрывки прочли сами ребята. Эмоций у всех было бы больше. Потому как одно дело говорить о детях с особенностями и совсем другое – видеть, как искусство стирает все границы.

А спектакль смотреть нужно обязательно, он расширяет горизонт. Но этот проект нужнее взрослым. Если обращаться к детям, то лет с десяти, наверное, а то и старше.

 

Фоторепортаж Ирины Ларионовой с первого показа «Привокзальной сказки»

 

 

 

Олег Липовецкий представляет проект

 Александр — Александр Картушин, Носильщик дядя Саша — народный артист Карелии Александр Довбня

 Настя — Настя Узунова, Дима — Дмитрий Иванов

 Бомж Валера — Валерий Израэльсон

 Слева направо — Настя, Володя (Владимир Елымчев), Носильщик дядя Саша, Николай (народный артист Карелии Николай Королев) и Дима

 

Авторы сочинений

 Слева композитор Ирина Смирнова

 

Чемодан с мечтами

 

 

 

  • Жанна

    Ну вот как объяснить среднестатистическому современному россиянину, что у нас люди умеют работать за идею?))) К сожалению, наша действительность постепенно вымывает из наших голов даже мысль о том, что куча людей вдруг взяли и начали работать вместе, не ожидая от работы никакой материальной выгоды. Действительно — ненормальные люди)))

  • эльвира

    Уважаемый Олег, вы не только каждую строчку несогласных с вами «дерете как сидорову козу», но и мои строчки, хотя я говорила не о вашем спектакле, а о статье Марии Голубевой. Я, как и Мария, считаю, что «детская душа закаляется настоящими поступками и выбором, который делает ребенок в совершенно конкретной ситуации, а не абстрактным рассуждением о мечтах». Эти абстрактные рассуждения имеют непосредственное отношение к воспеваемому вами, Олег, энтузиазму, а я как прагматик и реалист плохо отношусь к эксплуатации энтузиазма, особенно систематическому. Моя знакомая в Германии, не состоя нигде в штате, уже третий год живет благодаря проектам. Там происходит также, как у нас: придумывается тема, готовится доказательная база, подается на конкурс. В случае удачи автор проекта получает определенную сумму, нанимает согласно указанному в бюджете проекта сотрудников и начинается работа. Предыдущий проект еще не закончился, а уже придумывается следующий, чтобы не было простоя в зарплате. Моей знакомой и в голову не приходит призывать кого-то к энтузиазму, все прописано в проекте. После вашего разъяснения стало понятно, что вы думаете точно также как я и моя знакомая:»если мы выиграем ещё один грант, то все снова получат зарплату». Почему так прямо было не сказать об этом? Материальный интерес если не главный двигатель прогресса, то один из них. Не нужно стесняться этого. И это не имеет никакого отношения к тому «ближнему», о чем написал мне Олег Гуреев. Ну и что я, материалист, могу сказать идеалисту О.Г.? Только то, что любовь к ближнему это тоже абстрактная мечта и до этой любви нам как до луны. По-моему, нужно помогать не абстрактному ближнему, а конкретному человеку, попавшему в беду. Такое мое мнение.

  • Олег Липовецкий

    Уважаемая Эльвира, не знаю кто Вы, но удовлетворю Ваш интерес.Год все организаторы проекта работали абсолютно бесплатно. В том числе и Ваш покорный слуга. И у нас не было никакой гарантии, что мы выиграем грант, который мы выиграли. Но несмотря на это у нас была установка, что в любом случае мы доведём дело до конца. И дали нам грант именно потому, что мы могли предоставить результаты уже проведённой работы.
    Полностью с Вами согласен, что «Щелкунчик» прекрасен. Я и сам с дочерью ходил два раза. Вот только причём здесь жестокость? В нашем спектакле жестокости и в помине нет. Хотя, если Вы утверждаете, что есть, значит таково Ваше восприятие жестокости. Интересно только, как Вы относитесь к тому, что происходит в сказках Гофмана? :)) А так же Ш.Перро,где волку разрезают животик, чтобы выпустить бабушку и красную шапочку? У нас никому ничего не разрезают, не дерутся. Правда, говорят один раз слово «дурак», что, конечно, жестоко. Но это риторический вопрос.
    И, наконец, о ненормальности моего призыва к профессионалам — менеджерам и другим специалистам. Вы знаете, люди считают по другому. И у нас уже есть предложения. Хотя, наверное, Вы правы. Эти люди в чём-то ненормальные. Я счастлив, что я занимаюсь этим проектом именно с этими людьми. И я в них верю.А если мы выиграем ещё один грант, то все снова получат зарплату. Пусть она и не большая, но заслуженная. А если не выиграем, всё равно будем делать. Кстати, подробный финансовый отчёт за каждую копейку потраченную на проект, мы предоставляем и Карельское и в Российское министерство культуры. И ещё, кстати, налоги с зарплаты, которую финансировало федеральное министерство культуры, мы платим в Карелии,т.е., привлекаем инвестиции в Карельскую экономику. Спасибо за внимание.

  • Олег Гуреев

    Ну, и ещё вопрос к эльвире: значит, Вы не станете помогать ближнему до тех пор, пока не будете знать, сколько Вам заплатят? Верно уловил мысль?

  • Олег Гуреев

    [quote name=»эльвира»]… То ли режиссер витает в облаках, то ли возвращение к советскому, когда большинство работало «за идею», за бумажки (грамоты). Теперь, надеюсь, дураков у нас нет. За идею мы будем спасать парки, памятники, но уж никак не батрачить на дядю. Такое мое мнение.[/quote]

    … ммм… простите. А что Вы скажете о необеспеченном долларе? Это не бумажки?

  • эльвира

    Дорогая Мария, спасибо за вашу статью. Вы затронули очень глубокую и современную проблему: как «закалять» детей — жестокостью или добром? На каком языке разговаривать с шестилетками — на уличном или на аристократическом, на каком разговаривают английские лорды со своими детьми. Кого мы хотим воспитывать «быдло» или «аристократов»? Когда мы ответим на эти вопросы, мы поймем, какие спектакли нужны нашим детям. А вообще-то у детей хороший вкус. Кто ходил в Музыкальный на «Щелкунчика», тот видел, что полон зал детей с родителями, и дети в восторге. Теперь по поводу откликов. Согласна со Светланой Станиславовной, что не нужно делить детей на таких и таких. Нормально, что режиссер защищает свое детище. Но ненормально, когда он призывает профессионалов-менеджеров поработать «за идею». Поработать «за идею» может призывать только человек, который сам работает за идею. Вряд ли О. Липовецкий и артисты работали в этом проекте без вознаграждения. То ли режиссер витает в облаках, то ли возвращение к советскому, когда большинство работало «за идею», за бумажки (грамоты). Теперь, надеюсь, дураков у нас нет. За идею мы будем спасать парки, памятники, но уж никак не батрачить на дядю. Такое мое мнение.

  • мама одного маленького автора

    Моя семья Вам всем очень благодарна за проект «Добрый день». Подобные проекты очень нужны в современном обществе.Мой сынишка был очень рад, что его сочинение вошло в спектакль. Многие взрослые не представляют как важно нашим деткам, что их работу или достижение в чем-то заметили и об этом сказали. В основном ведь говорят о победах и достижениях обычных детей. Но я не об этом хотела написать. И детям и подросткам надо смотреть этот спектакль. Может они и не все поймут, но если хоть один перестанет показывать пальчиком, отворачиваться и говорить «уйди, ты не такой как я», значит это стоило того.Этот спектакль дал нам новые знакомства, моему ребенку добавил больше уверенности в себе, лично мне возможность вернуться в юность и в залы ожидания. У нас эмоций было море, и все очень хорошие. Вы дали нам возможность хоть ненадолго побыть обычной семьей и забыть о проблемах. Огромное вам всем за это спасибо!!! Пусть спектакль живет, пусть останется в репертуаре театра хоть ненадолго. А всем создателям и участникам проекта, а так же зрителям, хотелось бы пожелать здоровья, ведь ничего более ценного в жизни нет…

  • Жанна

    Здравствуйте! Хочу поблагодарить всех, кто работал над проектом «Добрый день». Мне, которой повезло увидеть как всё начиналось, было трепетно и радостно. Это потрясающая работа!!! Слёзы на глазах зрителей — самая желанная награда, не правда ли? Спектакль достиг своей цели. Люди удивлялись, плакали, открывали для себя другой мир. Зрители были по-хорошему удивлены тем, ЧТО может получиться из детского рисунка, сочинения.
    У спектакля теперь своя жизнь, своя история. Люди, которые сейчас покупают билеты,скорее всего, никогда не видели пресс-релиза. Постановка трогает, заставляет задуматься, она ВЫЗЫВАЕТ ЭМОЦИИ. Нравственный, общечеловеческий посыл способен проникнуть в сердца самостоятельно, без дополнительного декларирования) Я уверена в этом.

  • Олег Липовецкий

    Я думаю, друзья, что Светлана Станиславовна, как опытный педагог, может принести огромную пользу нашему проекту своими консультациями, контактами и знанием детской психологии.
    И я уверен, что в её посыле нет никакого противопоставления. Скорее, есть желание объединить несколько отличные подходы к работе в одну систему. И не смотря на то, что я не совсем согласен, я уверен,что совместная деятельность принесёт большие результаты. Даже если мы будем идти каждый своим путём. Чем больше рек, тем полноводнее озеро. Я искренне благодарен Светлане Станиславовне за то, что она неравнодушно и активно откликнулась на события и, главное, за то, что чётко обозначила своим комментарием несколько проблем над которыми нужно поработать организаторам проекта. Проблем, скорее, организационных, чем содержательных на мой взгляд.

    Это, во-первых, проблема коммуникации с профессиональным сообществом и проблема донесения важной информации до целевой аудитории. Вывод — проекту нужен PR-менеджер, который возьмёт на себя эту работу. Принимаем предложения. Три условия: готовность работать за идею, коммуникабельность, профессионализм. Во-вторых, проекту нужен педагог — психолог. Не приходящий консультант, а человек, готовый сопровождать проект от стадии идеи, до стадии пост-анализа. Отдавать ему время и силы. Три условия: готовность работать за идею, профессионализм и коммуникабельность. Мы ждём героев. ГРУППА ПРОЕКТА В КОНТАКТЕ:http://vk.com/event61010556 , E-MAIL:dobriyden2013@mail.ru

    Думаю, будет прекрасно, если разговор в комментариях перейдёт в фазу созидания. Нет ничего ценней слов «Я предлагаю…», «Будет хорошо если…» Или «мне кажется, что это сделано не совсем верно, потому что…, а может попробовать так:…» и т.д.

  • Олег Гуреев

    Ознакомившись со всеми отзывами и дискуссией, не могу не отметить, что Светлана Станиславовна для чего-то противопоставляет две разные методики работы с людьми. Отдавая явное предпочтение одной из них. Но это же всё равно, что отрезать левую руку (всё равно мы ею редко пользуемся!) в пользу правой. Для чего же так ограничивать себя, Светлана Станиславовна? Есть случаи, когда важно дать человеку понять, что он особенный. Кстати, наше время, как нельзя более, подходит для подобных взглядов изнутри — на мир. И есть другие случаи, когда человеку важно чувствовать единение с другими, такими же как он, полноправными членами общества. Все мы живем очень разные жизни. И от того, что мы делимся чем-то своим сокровенным, от нас не убудет, а как раз наоборот. Тем самым мы привносим в мир ещё большее разнообразие. Этим мир и прекрасен!

  • Александра Грачёва

    Добрый вечер! Мне 16 лет. Я была на премьере спектакля,а о ходе проекта я знаю «изнутри».
    Меня безумно тронул сюжет,а то, что всё это придумали дети, поразило меня ещё больше. Я считаю, что дети моего возраста просто обязаны ходить на такого рода спектакли. Затронуты очень душевные и распространённые темы, о которых взрослые просто боятся говорить со своими детьми. Честно говоря, я плакала потому, что мне это знакомо. Было здорово!

  • Лидия Побединская

    Здравствуйте, друзья. Хорошо, что завязалась дискуссия, есть, о чем поговорить, даже поспорить — лишь бы споры эти не были на уровне, «Я Пастернака не читал, но…» Лучше прочесть, а потом уже остальное.
    Мне кажется, что, делая этот спектакль мы с самого начала были нацелены на самую важную, с моей точки зрения, вещь — громко заявить о проблеме «других» детей. Кавычки потому, что ребята эти не инопланетяне,но имеют другие возможности, другие необходимости, иногда — другой взгляд на жизнь. И это так понятно, я думаю. Но, как и всем,этим детям и подросткам хочется быть услышанными миром — так пусть мир их услышит. И скажет им — Привет!Кто знает, а вдруг ребятам поможет этот небольшой пока прорыв в общество — думаю, не стоит закрывать перед ними эту возможность.
    Далее. Не уверена, что употребила на разговоре после спектакля слово «закаливание» — это совсем не из моего лексикона. И, если помните, что сказали родители, считаю, что подняла эту тему не напрасно. Не стоит считать детей глупее, чем они есть на самом деле — право слово, нам есть, чему у них поучиться. Хотя бы — той же доброте и жажде общения без поучений «как надо». Отсюда же, из желания искренности и сочувствия актером была зачитана статья о больной девочке. Может, и не стоило — но ошибается только тот, кто ничего не делает. А я уверена — работа продолжится и поможет не одному ребенку и подростку… и не одному взрослому и здоровому человеку пробудить в себе сочувствие, сострадание и желание делать добро. Я уверена! И спасибо Олегу — он начал. Ему труднее всех.

  • Светлана Станиславовна

    Куда -то исчез один из моих комментариев,ранее опубликованных….
    Я и не сомневаюсь, что проект хороший и нужный, защищать его от меня не надо. Я сомневаюсь в целесообразности разделения детей на «других» и «как все», когда речь заходит о развитии души. Я вижу больший результат для «других» детей, детей «как все»,если бы они были авторами в одном спектакле и в дальнейшей их дружбе между собою, и участии в следующем спектакле или ином творческом деле.Да к этому надо подводить и готовить такое общение.И есть такие профессионалы в проекте.Возможно, это следующая ступень погружения в общественные отношения.Актеры будут работать над другим спектаклем,а у этих ребят был бы друг, который стал бы таким,благодаря дальнейшим творческим делам в проекте для тех и других ребят….Мне нравятся слова «Мир есть луч от блика друга,все остальное-тень его(М.Пришвин)И если эта моя позиция кому-то показалась крамольной, ничего поделать со своим взглядом не могу. поскольку проверен на прочность моею жизнью(считать субъективным аргументом.Но я так далека от самого спектакля и проекта по причине своего неучастия, что вряд ли имею право так долго занимать внимание читателей.

  • RR

    Это по официальной статистике пенсионного фонда 545000. А по данным медицинских работников до 1 500 000.

  • От автора

    О том, что подобные проекты нужны, сомнений нет. Нашла данные о детках с особенностями здоровья.

    Сегодня в России насчитывается около 545 000 детей-инвалидов и 40 000 «надомников» – детей или подростков, чьи ограниченные возможности здоровья не позволяют заниматься очно в школе со сверстниками. Инвалидность или длительное заболевание лишает ребенка возможности не только получить качественное базовое образование, но и расширить кругозор и полноценно общаться с другими детьми. У него нет доступа к ресурсам дополнительного образования, навыков установления и сохранения социальных связей.

    Из 490 000 российских семей с детьми-инвалидами 100 000 живут за чертой бедности, треть – неполные, как правило, ребенка воспитывает одна мать. В таких семьях особенно остро стоят проблемы регулярных расходов на лечение ребенка, отсутствия необходимых условий для социализации, ограниченности системы профессиональной подготовки и последующего трудоустройства этой социальной группы. Социальная перспектива для людей с инвалидностью сегодня практически отсутствует.

  • Галина Степанова

    Уважаемая Светлана Станиславовна! Я, Степанова Галина,(вы меня хорошо знаете) с самого начала в проекте «Добрый день», проводила мастер-классы по технологии «Педагогоческие мастерские» для педагогов , чьи дети писали о своих заветных мечтах, принимала участие в обсуждении главной идеи спектакля,в «читках» спектакля. Поверьте,все добровольцы очень долго обсуждали всевозможные идеи и с большим желанием включились в проект, когда такую идею нашли,наши (» они другие») дети за добро на земле, рядом, несут его сами и призывают к этому всех нас.А как нужна таким нашим детям поддержка, все, кто посмотрит спектакль точно станет добрее и внимательнее к миру наших детей. Это главное. Иначе, я точно не приняла бы участие в проекте.

  • Наталья Мешкова

    Обеими руками поддерживаю подобные проекты! Меня как раз не смущает, что делается акцент на особости детей. Напротив, надо выводить их из тени, показывать, что они равные члены общества, хотя и другие. Когда дети-авторы вышли в конце к зрителям, сдержать слезы было невозможно. Ведь они переступили барьер и преодолели страх публичности! Возможно, это станет определяющим событием в их жизни.
    Кое-что, соглашусь, нуждается в доработке. Ну так ведь это первый социальный спектакль в Петрозаводске! Хочется, чтобы профессионалы в области воспитания, да и все неравнодушные люди поддержали — как минимум морально — авторов проекта «Добрый день».

  • Олег Липовецкий

    Светлана Станиславовна, ни в коем случае. Никаких переходов на личность. Если Вам так показалось, — извините. Спасибо за готовность помочь.

  • Светлана Станиславовна

    Олег,опять на личность мою перешли?(!) Если мое какое — то участие будет вам необходимо — да,хорошо(по мере моих возможностей и способностей), моя страничка в контакте http://vk.com/id12990489

  • Олег Липовецкий

    Светлана Станиславовна, спасибо. Жаль, что Вы так безапеляционны и не допускаете, что другие могут быть тоже правы. Мы прислушаемся к Вашим замечаниям. Спасибо, что всё-же оцениваете наш проект, как доброе дело. Будем благодарны ещё и за предложения.
    Я понимаю, что когда занимаешься делом, а тем более публичным, всегда должен быть готов к критике. Причём иногда к очень агрессивной. Странно лишь, что люди, которые в теме, не делают этих проектов и не выходят с предложениями о сотрудничестве.
    Наш проект несовершенен. Наши знания не абсолютны. Мы знаем это. Мы будем совершенствовать свои проекты.
    Наши единомышленники из других городов, тоже говорят о том, сколько критики от специалистов они получают и как мало реальной поддержки и помощи.Как сложно находить ресурсы — человеческие, материальные и моральные для такой работы. И как легко разрушается то, что создаётся огромным трудом.
    Если Вы хотите нам помочь, мой номер телефона 9114044875. Мой e-mail:ollip73@mail.ru Адрес проекта: dobriyden2013@mail.ru

  • Светлана Станиславовна

    «…призван привлечь внимание именно к этой категории населения. Подчеркнуть, что они нужны обществу так же, как общество нужно им.

    Как прикажете сделать это, не обозначая, кем создан спектакль?»

    Сделать так, как сделали вы, — взяли себе в авторы таких детей. Дети почувствовали свою значимость, необходимость, выросла их самооценка. Они стали полноправными членами вашего коллектива. Ваш коллектив – часть общества, показал детям, что они нужны вам, актеры почувствовали радость от общения и помогли детям почувствовать их необходимость обществу. В этом я уверена полностью.
    С одной лишь разницей. Не акцентируя внимание на том, что эти дети с ограниченными возможностями для зрителей.

    «Более того, зрители, приходящие на спектакль обязательно должны знать, кто написал это»
    Конечно, должны, но ровно столько, сколько они знают о других авторах на других ваших спектаклях.
    Потеряется часть эмоций у зрителей, но каких? Все, что относятся к чувствам сострадания. А так ли они необходимы в момент признания полноправности актеров и авторов, радости совместного полета мечты и реальности?

    «Иначе смысл всего проекта пропадает»
    Вы сделали великое доброе дело — подарили радость совместного творчества и общения, окрылили надежды детей на будущее. Мне, кажется, что смысл проекта в этом.

    «Смысл не в том, чтобы мы или они сами скрывали (!)то, что их развитие так или иначе отличается от нашего, а в том, что наше отношение к ним при их особенности должно быть таким же, как и к остальным членам общества»

    Да, смысл не в сокрытии, а акцент на особенностях мешает относиться к ним так, как к другим членам общества.
    «Спектакль не может быть интересен всем. Это касается и разных возрастов и вообще разного отношения к миру. Кому-то скучно, кому-то интересно. Кому — то грустно, кому — то весело. Мы и не стремились развлекать в этом проекте. Мы стремились инициировать диалог. И, похоже, у нас получилось»

    « И, кстати, возрастной ценз, стоящий на афише «6+», не значит, что этот спектакль для шестилетних. Это — запрещающий знак. Он говорит о том, что лицам младше шести лет вход в зал запрещён».

    Если бы в пресс – релизе, рекламе спектакля более четко обозначилась вот эта Ваша мысль: «Мы и не стремились развлекать в этом проекте. Мы стремились инициировать диалог» Может быть, и малышей не было бы в зале, родители бы поняли, что сказка сказке рознь…

    «Что касается сравнения с «Норд-Остом» и спец-эффектами, то тут мои комментарии излишни. :))) Не сравнивайте океан и озеро. У каждого свои черты и задачи. Мы не к этому стремились, да и денег таких и зала такого нет».

    Согласна. Рассказала о своем участии в обсуждении после спектакля и эмоциях, вызванных у детей спектаклем для семейного просмотра не для сравнения. Ключевая фраза -испугалась, какой спектакль они могут посмотреть в нашем театре для подростков(таких не было вообще)

    3. «Мечты только больных детей». а) Они не больные. Они другие. б) Это не так. Условие — возьми чужую — положи свою. А на спектакле самые разные люди. И они тоже оставляют свои мечты. в) «Взрослые боялись взять записку». За два спектакля разобрали полный чемодан (!) записок. А если кто-то испугался и не взял, то это — его право и его жизненная позиция.
    а) Акцент сделал свое ненужное дело
    б) Понятно
    в) Боялись брать – это не о том, что не брали, а о том, какие эмоции были у моих знакомых, когда брали листочек с желанием (ответственность!)

    Ещё раз позволю себе напомнить Вам, что система такой работы разработана специалистами. И если Вам интересно, то Вы найдёте очень много информации об этом.

    Спасибо за совет, я в теме.

    «И хочется достигнуть понимания с большим количеством людей».
    Ваше желание мне нравится.

  • Липовецкий Олег

    Наталья, спасибо. Тогда, тем более, меня удивляет нежелание профессионала и педагога смотреть. Может быть, гораздо полезней для дела профессиональный разговор о путях реабилитации? Ведь в нашем проекте тоже принимали участие профессиональные педагоги и специалисты. Значит, несовпадение мнений? Разные подходы и способы? Это интересно. Интересно возможностью сотрудничества. Взаимообогощения. Именно отсутствие такого подхода огорчает. Сейчас это похоже на «Я знаю как, а Вы все неправильно делаете». Но мы — делаем. И будем рады союзникам, которые готовы созидать с нами.

  • Наталья

    Светлана Станиславовна — известный в Карелии и за ее пределами педагог, ее фамилия Артемьева. Она профессионал в вопросах воспитания, социальной адаптации детей с особенностями как поведения, так и здоровья. И еще бывший директор 45-й школы, которая волей чиновников была уничтожена, потому что интересы детей она всегда ставила выше приказов недалеких начальников.

  • Олег Липовецкий

    Светлана Станиславовна, спасибо и Вам за внимание. (реверанс:))Жаль, что я не знаком с Вами. Не знаю фамилии и рода деятельности. Когда понимаешь с кем говоришь, разговор более предметен и интересен. Спектакль обсуждать с Вами не буду (это глупо) — Вы его не видели. Что касается других вопросов — постараюсь ответить.
    1. Пресс-релиз. Спектакль — часть проекта. Проект направлен именно на работу с этими детьми. И призван привлечь внимание именно к этой категории населения. Подчеркнуть, что они нужны обществу так же, как общество нужно им. Как прикажете сделать это не обозначая кем создан спектакль? Тем более, что мы не претендуем на уровень высокой литературы. Более того, зрители приходящие на спектакль обязательно должны знать, кто написал это. Иначе смысл всего проекта пропадает. А ещё, Вам стоит поговорить с детьми, сочинения которых вошли в спектакль. И с педагогами в их классах. И узнать насколько этот проект помог им обрести уверенность в себе. Именно потому, что их личности не прятали, а делали акцент на том, что это они сочинили. Смысл не в том, чтобы мы или они сами скрывали (!)то, что их развитие так или иначе отличается от нашего, а в том, что наше отношение к ним при их особенности должно быть таким же, как и к остальным членам общества.
    2. Спектакль не может быть интересен всем. Это касается и разных возрастов и вообще разного отношения к миру. Кому-то скучно, кому-то интересно. Кому — то грустно, кому — то весело. Мы и не стремились развлекать в этом проекте. Мы стремились инициировать диалог. И, похоже, у нас получилось. И, кстати, возрастной ценз, стоящий на афише «6+», не значит, что этот спектакль для шестилетних. Это — запрещающий знак. Он говорит о том, что лицам младше шести лет вход в зал запрещён. Что касается сравнения с «Норд-Остом» и спец-эффектами, то тут мои комментарии излишни. :))) Не сравнивайте океан и озеро. У каждого свои черты и задачи. Мы не к этому стремились,да и денег таких и зала такого нет.
    3. «Мечты только больных детей». а) Они не больные. Они другие. б) Это не так. Условие — возьми чужую — положи свою. А на спектакле самые разные люди. И они тоже оставляют свои мечты. в) «Взрослые боялись взять записку». За два спектакля разобрали полный чемодан (!) записок. А если кто-то испугался и не взял, то это — его право и его жизненная позиция.
    4. «Режиссёр должен присутствовать на обсуждении спектакля». Простите, но как? Сделать три спектакля в своей жизни, причём в одном городе, и потом всю жизнь их обсуждать, больше не работая? Абсурд.Задача режиссёра — делать новые спектакли. Обсуждать их — это совсем другая профессия. На первом обсуждении, кстати, я был.
    5.К Маше Голубевой отношусь с глубочайшим уважением. Поэтому, Ваш эпитет «драл» по отношению к её замечаниям, мягко скажем, не верен.
    6. Спасибо, что понимаете, что мы работаем над недостатками.

    Ещё раз позволю себе напомнить Вам, что система такой работы разработана специалистами. И если Вам интересно, то Вы найдёте очень много информации об этом.
    Так подробно отвечаю на Ваши замечания, потому что меня заботит дальнейшая судьба проекта. И хочется достигнуть понимания с бОльшим количеством людей.
    Спасибо за неравнодушие.

  • Светлана Станиславовна

    В последний год я часто общаюсь с детьми детских домов Карелии и с детьми-инвалидами, их почти постоянное замыкание на своих группах удручает.
    На спектакль пригласила моя выпускница, а я прочитала пресс-релиз и не пошла….
    Из пресс-релиза к спектаклю: «Эта добрая чудесная история для детей и взрослых основана на рассказах, мечтах и воспоминаниях детей с ограниченными возможностями здоровья. Хотя, нам кажется, что называть этих детей так – ошибка. Их возможности не ограничены. Нам стоит учиться у них. Их фантазия не знает границ, а сердца распахнуты навстречу миру. Эта сказка (или не сказка) о том, ради чего стоит жить».
    На мой взгляд, чтобы произошла социальная реабилитация таких детей в обществе, вряд ли нужно акцентировать внимание будущих и настоящих зрителей на том, что это особая группа детей (акцент в пресс-релизе, выбор желаний детей только этой группы, обсуждение увиденного действа с рассказыванием о конкретных личностях детей).
    Посмотрела фотографии, на которых есть младшие детки (лица грустные, извертелись, устали) узнала мнение некоторых знакомых — малышей о спектакле, подростков, молодежи и взрослых.
    Дети 6-7 лет сказали, что не пошли бы больше на этот спектакль («там скучно о мечте говорят и все время кричат»), подростки о своих желаниях говорили, какие бы они придумали; молодежь – идея интересная («есть о чем задуматься»); взрослые боялись достать желание, которое не смогут выполнить и обидят больного ребенка.
    Последействие – очень важная часть всей работы по окончании любого проекта. Ведь от того, как сложится общение участников и организаторов проекта зависит эмоциональное ощущение от того, что сделали, увидели и что услышали, как поняли. На мой взгляд, нельзя режиссеру этот момент упускать из своего поля зрения и проводить его надо не для всех зрителей, и только тогда, когда режиссер может присутствовать и лично принимать эмоциональные отклики зрителей и актеров.
    Я с детьми 45-й школы за 2 месяца до нападения была на спектакле «Норд-Ост» на Дубровке в Москве и в таком обсуждении участвовала. До сих пор ничего лучше для семейного просмотра не видела, дух захватывало от каждого слова, жеста, движения, спецэффектов. Один из мальчишек прямо вслух посреди спектакля громко произнес: «Я раньше не ходил, а теперь всегда буду ходить в наш театр» Испугалась я тогда, подумалось: а что для его возраста покажет наш театр?
    Понимая, что режиссер — как мама — защищает свое детище (и правильно делает), все же улыбаюсь, как после реверанса в сторону Машиного внимания к спектаклю, Олег каждую Машину строчку (не со всем согласна и я) «дерет как сидорову козу». Думается, что это только внешне, внутренне (предполагаю) уже задана программа внимания к некоторым слабым местам проекта.
    Социальные проекты – это проекты, связанные с обществом, с жизнью и отношениями людей в обществе. Театр — это социальный вековой проект, и если наш театр обратился к современному материалу и современным детско-недетским проблемам – замечательное событие. Пожалуй, на просмотр спектакля о подростках я все же схожу.

  • Были

    Мне кажется, в этом спектакле и надежды и выбора хоть отбавляй! Мы с дочкой, ей 10, обсуждали два дня. Спасибо Олегу Липовецкому и ребятам всем. мы первый раз говорили с дочерью с такой степенью доверия и на равных.

  • Уметь сказать

    Мне кажется, детям в любом возрасте можно говорить обо всём, важно уметь это сказать.И о смерти, и о рождении, и о любви, и о разводе, и о войне, и о предательстве. В детстве это воспринимается проще, естественнее, а если о смерти сказать поздно, она может испугать гораздо сильнее. Говорить обо всём надо, оставляя выход, надежду и свободу выбора.

  • От автора

    Олег, спасибо большое за этот искренний и такой важный для меня комментарий.

  • Олег Липовецкий

    Мария, спасибо большое за внимательное отношение к событию и вдумчивое отношение к проблеме. Хочу возразить Вам по нескольким пунктам.

    1. Слова «дурак» и «отвали» — совсем не окололитературные а вполне себе литературные.Эти слова можно встретить в классической, детской и другой литературе, любимых мультфильмах и т.п. Слово «дурак», вообще, знакомо нам по любимым детским сказкам (Иван — дурак). Да и вложены эти слова персонажам так, чтобы дети поняли — так говорить ненормально.
    2. Вы пишете «Путь от написанного к прозвучавшему мог быть намного короче, если бы свои отрывки прочли сами ребята. Эмоций у всех было бы больше». Мария, эти дети читают свои отрывки каждый день. В своих школах и интернатах. И их слова ценны. Но люди их не слышат. И эмоций гораздо меньше. Мне кажется, что Вы не вполне проникли в суть проекта. С одной стороны, исполнение их произведений, использование их рисунков именно на профессиональной сцене профессиональными актёрами, повышает их самооценку и оценку в глазах сверстников, позволяет им поверить, что они нужны и важны не только для родителей, но и для общества. Это огромная гордость и радость для них и многих родителей. С другой стороны, создание профессионального спектакля позволяет привлечь в театр зрителя, который, к сожалению, не пойдёт просто слушать детей с особенностью развития.А придя в театр, зритель погружается в проблему и становится ей сопричастен. О чём, кстати, свидетельствует то, что чемодан с желаниями детей опустел. И, кстати, дети просят не только машинки и куклы. Одному из знакомых попалась мечта о друге. И он решил, что попытается стать этому ребёнку другом. И это прекрасно. И то, что кто-то просто подарит малышу игрушку тоже прекрасно.
    3. В корне несогласен с Вами, что это не детский спектакль. Это спектакль для семейного просмотра. Он должен инициировать диалог между детьми и взрослыми. И дети всё понимают и правильно оценивают. Я специально делал опрос нескольких детей на этапе репетиций.
    4. Что касается возрастного ценза. Моей дочери шесть лет.Она ходит в детский сад.И уже, к сожалению, отлично знает, что такое социальное неравенство, жадность, грубость и другие человеческие пороки. Так устроен этот мир.И скрывать это — по меньшей мере глупо, а по большей жестоко. Или Вы думаете, что дети не знают в шесть лет этих слов или не знают, что люди умеют драться? Нужно объяснить ребёнку, что хорошо, а что плохо. И говорить желательно так, чтобы он верил. А если,в спектакле один человек в гневе скажет другому, к примеру, не «дурак», а «ты плохой», то кто же этому гневу поверит…

    Я, к сожалению, уехал и не был на том спектакле и обсуждении, которое Вы приводите в пример. Но, в чём я с Вами согласен на сто процентов, что возрастной ценз должен соблюдаться и человек, пропустивший в зал ребёнка меньше шести лет, должен нести за это ответственность.

    Что касается обсуждения, то оно, конечно, нужно, чтобы поговорить с детьми и взрослыми о языке театра и понять степень готовности к диалогу и степень принятия спектакля. Я не был на том обсуждении, но думаю, что слово «закаливание», если его употребила Лида, не совсем подходит. И, возможно, артисту не стоило рассказывать о Маржане Садыковой. Но это был человеческий порыв и всё предусмотреть невозможно. И осуждать за это человека нельзя. Скорее, вот здесь мой просчёт как руководителя проекта. Нужно было предусмотреть степень открытости артистов и их сопереживания, и предупредить их об осторожности.

    И в конце о том, что задело. Ваши слова об обывательском подходе. Перед тем как непосредственно приступить к проекту «Добрый День», я подробнейшим образом изучил опыт уже состоявшихся социальных проектов и в нескольких принял участие. Побывал на занятиях у Николы Маккартни, которая является одним из основателей театральной терапии и метода класс-акт и на консультации у руководителя «Театра Простодушных». Кроме этого, после того, как была собрана пьеса, была сделана её читка в присутствии специалистов по работе с детьми, педагогов и родителей. И собраны их мнения и отзывы.

    И, конечно, непонятно о какой моде Вы говорите? Вы хотите сказать, что все эти люди — участники проекта гнались за модой? Всё это время тратили силы, время, нервы, душевный покой, чтобы быть модными ребятами, занимающимися с детьми с особенностями развития? Зная Вас, я не могу поверить, что Вы можете так думать.

    А вообще, если добро станет модным — то я за. И если помогать детям станет модным — я за. И если у детей, которые создавали этот спектакль, у их друзей и родителей после того, как они стали сопричастны профессиональному искусству, станет модным ходить в театр — я за такую моду .

    Со своей стороны обещаю, что постараюсь отрегулировать содержание обсуждений, чтобы оно не покидало разумных пределов.

    Мы уже начали подготовку к следующему проекту. Для подростков. С радостью примем Ваши предложения и помощь.

    Ещё раз спасибо за внимание к проекту. С уважением, Олег.