Дмитрий Новиков

Про Горчева

{hsimage|Дмитрий Горчев||||} Не могу поверить, что наступило это время. Казалось, ещё пару недель назад мы сидели ночью на дороге в Репино, что под Петербургом, оба пьяные и талантливые. И Димка говорил мне (он был менее восторженный): «Ты понимаешь, не обольщайся писательством. Не будет славы, кроме посмертной. Не будет ничего, кроме пару раз пойманной искры, когда ты ощутишь вдруг себя равным богу. И всё».

 

Он умел быть очень кратким и точным. И ехидным. И смешным. И добрым. И очень смелым — такое редко говорят живым мужчинам. Сейчас я понимаю, насколько тяжело ему было — интеллигент, вынужденный грубить; русский, отвергнутый собственной страной; всеобщий любимец, стесняющийся любви к нему как вещи незаслуженной.

Мы смешно подружились. Напились на почве любви к созданию литературы у него на квартире в Питере. Утром проснулись — а жена его, Катя, уже всё убрала и ушла на работу. Мы ходили злые, похмельные, незнакомые друг другу, по чистому полу. Хотелось курить, но не было. А ещё стеснительно перед незнакомым, в общем-то, человеком. Наконец я не выдержал:

— Горчев, а ты куришь окурки из помойного ведра?

— Конечно, курю! — обрадовался он.

А потом мне очень хотелось заманить его на север. Чувствовал, что он поймает там важное. Хотя и знал, что будет это тщательно скрывать. Недаром он говорил мне про очередной мой восторженный северный рассказ: «Всё чудесно. Только умоляю, умоляю тебя — больше никогда не пиши слово «великолепный».

Когда ехали хоронить его, то было много знаков. Почти цитаты из его книг. Не верилось, но они повторялись раз за разом. Я окончательно уверился во всём, когда Диму отпевали — на его мёртвых губах была всё та же горчевская ехидная улыбка — мол, оставайтесь здесь, а я посмотрю сверху, как будет происходить ваша дальнейшая жизнь.

Дима Горчев — мой любимый русский современный писатель. Вопреки многим, более успешным и скользким, сохранивший живительное чувство самоиронии. Посмертно. Я до сих пор не могу поверить, что наступило то время, когда я должен писать это…

Фото Ирины Ларионовой