Школа и вуз

Не до роскоши

В школах-интернатах сейчас нет ни в чем нужды. Этот расхожий миф рушится, стоит лишь сюда наведаться

К зданию специальной коррекционной общеобразовательной школа-интерната № 21 несколько лет назад сделали пандус. Здесь он необходим: в этой школе учатся и живут  дети с нарушениями опорно-двигательного аппарата. У второго здания пандуса пока  нет: его заменяют три широких, сколоченных вместе доски. Зато в этом жилом корпусе недавно открылись кабинет лечебной педагогики и гостевая комната.

04-2008-2.jpg– Зачем в здании, где есть все необходимое для жизни, делать отдельную, можно сказать, настоящую квартиру?

На этот вопрос директор школы Галина Дмитриевна НАЛЕЙКИНА ответила так:

– В нашей школе вместе с ребятами из обычных семей  учатся семеро сирот. На каникулах   кто-то уезжает домой, кого-то забирают к себе в гости наши опорные семьи. Оставшиеся ребята живут в квартире, которую мы отремонтировали и оснастили по последнему слову техники. Они учатся сами готовить, стирать, мыть посуду, наводить порядок. В общем, ребенок пробует себя в роли самостоятельного человека. При необходимости ему, конечно, поможет  воспитатель.

Сегодня в коррекционной  школе учатся 115 человек – 86 петрозаводчан и 29 ребят из районов Карелии. Все воспитанники школы страдают нарушениями опорно-двигательного аппарата в разной степени. Одни ходят самостоятельно, другие передвигается с костылями или на коляске.

Большинство детей имеют сложную структуру нарушений. Это когда у ребенка не просто проблемы с опорно-двигательным аппаратом, но он еще и плохо слышит или говорит, или видит. Это вносит коррективы и в обучение. Средняя общеобразовательная программа продлевается до 12 лет, ведь в любой момент ученик может прервать обучение из-за болезни или операции. Поэтому  ребята в школе учатся до 23 лет.  В классах по 5 – 10  человек, а вот уроки стандартные – 40 минут.

В каждом кабинете стоит кушетка, на которой ребенок может отдохнуть. Есть среди ребят и такие, кто занимается только лежа, со специальными подставками для учебников.

– А это наша гордость –  две комнаты «Мать и дитя», – говорит директор школы. – Здесь живут дети и их ближайшие родственники – мамы, бабушки, которые привезли к нам на реабилитацию ребятишек.

Примерно месяц требуется будущим воспитанникам для того, чтобы привыкнуть к школе, подружиться со всеми.   

…Два часа  мы провели в экскурсии по двум корпусам интерната. В 2009 году ему исполнится 40 лет. По зданию и близлежащим постройкам это заметно. Рядом с уютными, заново отремонтированными кабинетами, соседствуют те, что ремонта только ожидают. Несмотря на такой контраст всюду царят чистота и уют, на окнах новые, со вкусом сшитые занавески. Кое-где примостились живые  цветы в горшках и кадушках, в холлах вывешены рисунки и поделки воспитанников.
Обслуживающий персонал, воспитатели, учителя, медики делают все для того, чтобы ребятам было удобно жить и учиться в плохо приспособленных для детей-колясочников помещениях: кое-где удалось расширить коридоры и дверные проемы, убрать пороги и создать зоны, где ребенок может передвигаться без помощи взрослого.

— Галина Дмитриевна, а здесь как дети передвигаются?

– Здесь мы носим детей на руках, по-другому пока никак. Мечтаю вместо этого оконного проема сделать полноценный выход и стеклянный переход к столовой. Тогда ребята смогли бы сами приходить завтракать и обедать. У нас пятиразовое питание. Представьте, как устают младшие воспитатели к концу рабочего дня.

Минувшим летом в интернате завершился еще один долгий процесс. Школа получила лицензию на оказание медицинских услуг. Сейчас детям помогают с помощью массажа, парафинолечения, лечебной физкультуры и лекарств. У школы заключен договор с Детской республиканской больницей и поликлиникой № 2, где проводятся все необходимые исследования.

Возят воспитанников в лечебные учреждения на собственном транспорте – один из трех микроавтобусов интерната специально оборудован подъемником. Кстати, пока это единственная такого рода машина на всю республику.

Такие приятные изменения произошли за последние три года. Когда в 2005 году Галина Дмитриевна Налейкина пришла на новую работу, ей пришлось в школе многое изменить. Рассказывает она об этом крайне неохотно. Пообщавшись с бывшими воспитанниками интерната, я узнала, что коридоры плохо освещались, на стенах висели старые плакаты с забытыми лозунгами.

– Финансирование школы улучшилось благодаря национальным проектам?

– К сожалению, учебные заведения нашего типа в нацпроекте не присутствуют. Сколько я говорила об этом на совещаниях, заседаниях… Говорят, средств недостаточно.  В целом два года назад ситуация немного улучшилась: удалось купить специализированный автобус, заменить проводку в жилом корпусе. Свой кабинет в учебном здании я отдала под учительскую, а сама перешла в эту просторную комнату –  по предписанию здесь нельзя находиться детям и учителям. До сих пор не можем найти 100 тысяч рублей для еще одного пандуса, необходимы средства для капитального ремонта сантехники и электрики в учебном корпусе. Так что нам здесь не до роскоши, – улыбнувшись, заканчивает свой рассказ Галина Дмитриевна Налейкина.

"Лицей" № 4 2008

  • Алевтина Ивановна

    Я была когда-то в этом интернате, правда очень давно. После этого целую неделю просто болела! Сердце сжималость от боли за этих детей, от жалости к ним: почему им так не повезло со здоровьем! Низкий поклон тем людям, кто с ними работает. Нужно иметь большое любящее сердце, чтобы каждый день терпеливо и с любовью относиться к детям. А автору спасибо за прекрасную статью. Сколько у нас говорят о детях с ограниченными возмоджностями здоровья., а выстроить политику относительно таких детей государство до сих пор не считает нужным. Может, она и есть, да больше на бумаге.