Архитектура Петрозаводска

Квартал над Неглинкой

Ул. Комсомольская в начале 1950-х. Вид от пр. Ленина в сторону Неглинки. Фото из фондов Национального архива РК
Ул. Комсомольская в начале 1950-х. Вид от пр. Ленина в сторону Неглинки. Фото из фондов Национального архива РК
Улица Андропова, бывшая Комсомольская, еще ранее Повенецкая, с середины XIX века – времени ее появления на карте Петрозаводска – и до середины века XX представляла собой вполне рядовую городскую улицу.

Одно- и двухэтажные дома, выстроенные строго по красной линии, с участками, на которых располагались все необходимые службы: сараи, хлева, бани, погреба. Строчная застройка Повенецкой улицы обрывалась с одной стороны лишь за квартал до Неглинки – до 1900-х годов здесь еще шумели сосны старого православного кладбища, которое находилось примерно в границах нынешних улиц Дзержинского, Красной и Андропова. Хоронить к тому времени на нем перестали уже давно, но под застройку все никак не отводили, не решаясь тревожить старые могилы. Хотя на генеральном плане 1854 года это место уже было обозначено как свободное, правда, с пометкой «кладбище переведенное».

 

Фрагмент плана Петрозаводска 1854 г. Из книги «Историко-картографический атлас Петрозаводска» (2010). 17 – православное кладбище, которое переведено на другое место; 19 – православное кладбище предполагаемое; 63 – ключевой колодец
Фрагмент плана Петрозаводска 1854 г. Из книги «Историко-картографический атлас Петрозаводска» (2010). 17 – православное кладбище, которое переведено на другое место; 19 – православное кладбище предполагаемое; 63 – ключевой колодец

Перевели его официально в 1849 году за Неглинку, в район нынешней Екатерининской церкви, к раскольничьему кладбищу, существовавшему там издавна. Прекращение захоронений и «упразднение» кладбища потребовались еще и потому, что оно мешало трассировке улиц по новому генеральному плану Петрозаводска. Так, улица Градского Вала (позже Широкая, ныне Еремеева) большой Солдатской слободы, «упиравшаяся» в кладбище, в результате этой реорганизации свободно прошла по этому самому кладбищу до Солдатской слободки, что располагалась на Сенаторке.

По-видимому, некое чувство вины за попранные могилы родило мысль поставить на бывшем кладбище новую приходскую церковь. Во-первых, в этой части города церквей не было и прихожанам было довольно далеко до Петропавловского, старого Святодуховского соборов, и уж, конечно, до Александровской горнозаводской церкви. Во-вторых, поводом послужила старинная икона Пресвятой Богородицы Троеручицы, к которой тянулись богомольцы из разных мест.
Вдова мастерового Дороева, в семье которого хранилась чудесная икона, изъявила желание построить церковь и отдать в нее святую реликвию. Епархия и губернское начальство пошли ей навстречу, и летом 1852 года «Олонецкие губернские ведомости» радостно сообщили, что «испрошенное установленным порядком разрешение получено, была образована о сооружении храма комиссия, которая занималась предварительным соображением дела», а теперь произошло торжественное освящение места, назначенного для нового храма.
Проект церкви был составлен в Главном управлении публичных зданий, там же утвержден и прислан в Петрозаводск для составления сметы строительства. Смету составил губернский архитектор Василий Тухтаров (1805 – 1861), и вышла она на 21548 рублей серебром. У Дарьи Дороевой было собрано всего 665 рублей, так что, скорей всего, именно отсутствие нужной суммы стало препятствием для возведения еще одного храма в нашем городе. Не следует забывать и то, что в это время в Петрозаводске заканчивались отделочные работы на сооружении Крестовоздвиженской церкви, и все городские благотворители, особенно Пименовы, вкладывали свои средства в завершение этой четырехлетней стройки. Городу с населением всего чуть более 9 тысяч, из которых две трети составляли горнозаводские рабочие и крестьяне, а также военные, не поднять было два таких крупных по меркам Петрозаводска того времени объекта.
На городском плане 1887 года о территории старого кладбища было прописано вполне определенно и недвусмысленно: «порожний квартал весьма удобен для жилых построек». Тем не менее даже в 1902 году городская дума при рассмотрении новых мест под застройку оставила кладбищенский квартал в покое, дополнительно мотивируя это тем, что «устройство домов в этой местности угрожало бы засорением колодцу с ключевой водой, которой снабжается весь город». Судя по опасениям думы тема несанкционированных свалок по берегам городских рек вполне в традициях наших жителей.
Неглинский колодец в 1937 г. Фото Г. Анкудинова
Неглинский колодец в 1937 г. Фото Г. Анкудинова
Колодец, о котором пеклась городская дума, находился ближе к Неглинке, под верхней береговой террасой, куда спускалась бывшая Повенецкая улица. Неглинский родник, или колодезь, был основным неиссякаемым источником воды для горожан чуть не с основания Петрозаводска. Он был не из тех частных, что копают на своих участках, а принадлежал всему городскому обществу. Неглинский родник-колодец являлся после основных храмов Петрозаводска главнейшим из объектов остановки крестных ходов в городе, как традиционных с водоосвящением, так и чрезвычайных, связанных, например, с засухами или иными бедствиями. Для совершения молебствий у неглинского родника была выстроена деревянная часовня.
Статус городского общественного колодца неглинский родник гордо нес до конца 1930-х, когда в Петрозаводске уже действовал водопровод. Правда, и сам родник уже больше походил на водозаборное сооружение. Над ним было выстроено здание с размещенными в нем резервуарами для воды, которая подавалась наверх с помощью насосов. К началу нынешнего века от знаменитого неглинского колодца не осталось и следа, а вода, которая все-таки выходит наружу, отведена с помощью дренажных труб в канаву на улице Дзержинского, напротив 17-й школы, откуда и сбегает настойчивым и неукротимым ручейком в Неглинку.
Баня на ул. Красной в конце 1930-х гг. Фото из собрания Н. Кутькова
Баня на ул. Красной в конце 1930-х гг. Фото из собрания Н. Кутькова
Территорию бывшего кладбища стали все-таки застраивать в начале 1920-х. Там появились двухэтажные деревянные дома, а в 1937 году известная баня на Красной. На месте одного из довоенных домов, расположенного по оси Левашовского бульвара и, вероятно, сгоревшего во время войны, в конце 1940-х выстроено каменное здание по проекту архитектора Хаима Логинского (1908 – 1983).
При проектировании здания Дворца пионеров его генеральный план, увязанный с будущими спортивными сооружениями в долине Неглинки, затрагивал и описываемый квартал. Его часть до бани в соответствии с проектом являла собой рекреационную зону открытых скверов, широкими лестницами спускающихся в долину, в предполагаемый новый парк пионеров. Понижение рельефа в этом месте, на трассе бывшей Повенецкой, делало очень удобным спуск к реке. Однако планы изменились, и квартал решено было застроить традиционно для Петрозаводска – домами по периметру.
Двенадцатиквартирный жилой дом по проекту архитектора Андрея Гречкина был построен в 2001 году и положил начало реконструкции квартала, ограниченного улицами Дзержинского, Красной и Андропова. Этот трехэтажный кирпичный дом стал первой очередью новой застройки квартала, соседствующего с комплексом Дворца творчества детей и юношества, и характером архитектурного образа вполне соответствует своим детским творческим «соседям».
Жилой дом на ул. Андропова
Жилой дом на ул. Андропова
Стропильная кровля придает зданию масштабность и соразмерность жилой застройке центральной части Петрозаводска. Башенка с треугольным эркером ориентирована на главный фасад Дворца творчества и удачно замыкает перспективу улицы Андропова с довольно далеких точек обзора. Фасад дома, обращенный на Неглинку, решен достаточно пластично и, пожалуй, украсит будущую набережную, если когда-нибудь в пойме реки появится новый городской парк.

 

«Лицей» № 1 2010