Архитектура Петрозаводска, Главное, Лицейские беседы

«Строя четверть века назад новый город, мы думали о его будущем»

andreevБывший главный архитектор Петрозаводска Эдуард Андреев вспоминает, как с коллегами отстаивал перед властями новые архитектурные решения, для чего уберегли от панельной застройки набережную Варкауса, сожалеет, что сейчас гибнет идея связи зеленых зон города, дает свою оценку жилой застройке у Левашовского бульвара. О многом, что его волнует, откровенно говорит Эдуард Федорович Андреев – гость нашей «Лицейской беседы».

Имя его хорошо известно в Петрозаводске, правда, скорее людям старшего возраста – тем, кто помнит, что архитекторы Эдуард Андреев и Эрнест Воскресенский, скульпторы Эдуард Акулов и Людвиг Давидян были авторами мемориала «Могила неизвестного солдата», одного из лучших в России. А кроме того Э. Андреев – автор проекта здания мэрии, новых ресторанов и кафе в Петрозаводске, в частности «Петровского» и «Нойбранденбург», он начинал реконструкцию набережной Онежского озера. Несмотря на многочисленные административные обязанности – 20 лет работы в должности главного архитектора Петрозаводска, участвовал в разработке генерального плана Петрозаводска, в проектировании новых жилых районов Ключевая, Кукковка, Древлянка. Замечу, что за 25 лет после него в городской администрации сменились четыре главных архитектора, сейчас эту должность занимает пятый.

Эдуард Андреев – заслуженный архитектор РСФСР, лауреат Государственной премии КАССР.

Последние годы по состоянию здоровья Эдуард Федорович мало участвует в общественной жизни. Но вот не так давно пришел на заседание градостроительного совета, на котором в очередной раз обсуждался проект застройки квартала у Левашовского бульвара. Причем позиция его, высказанная на заседании, в корне отличалась от других.

 

– Мне позвонил Вячеслав Петрович Орфинский и попросил прийти. Отказать я не мог еще и потому, что с этим районом Петрозаводска в моей жизни многое связано. У нас был в свое время разработан проект детальной планировки центра города, мы действовали согласно  планировочным градостроительным нормам того времени и определяли, где должны быть основные высотные, градостроительные акценты, где зона общественных зданий, а где  можно размещать жилье, то есть  исходили из позиций в целом по городу. В свое время старые деревянные постройки на улице Еремеева аккуратно разбирали и увозили на хранение. Предполагалось, что  в этой части города будет воссоздан исторический квартал, куда сегодня, к сожалению, уже вторгаются с современными постройками. А вот на том месте, где сейчас собираются возводить спорные жилые дома, предполагалось возвести молодежный центр – по индивидуальному проекту.

Дискуссия на совете шла в основном вокруг этажности будущих жилых домов, я же возражал против самого проекта. Если городская администрация запускает в исторический центр новое жилье,  то к этим проектам должны быть предъявлены соответствующие требования. То, что нам предлагают сегодня, не украсит исторический центр Петрозаводска, не станет его визитной карточкой, даже если общественность добьется снижения этажности зданий.

Высотный акцент в этом районе уже есть, хотя не совсем такой, какой мы задумывали: в свое время рядом со зданием мэрии рисовали высотные гостиницы, ленинградский архитектор предлагал даже 22  этажа, потому что гостиница должна была стать главным градостроительным акцентом на набережной.

 

– Там и стоит гостиница «Онего-Палас»…

– Построили, да, но ей не хватает высоты рядом с мэрией – шести-семи этажей. В итоге появилось бочкообразное  здание, причем всю жизнь его рисовали развернутым фасадом к озеру, а сейчас оно развернулось к нему задом.

А получилось так потому, что применили повторный проект– подобное здание где-то уже было построено. Градостроительный совет по каким-то параметрам отказал, а потом  сверху надавили: будет в городе или такая гостиница или вообще не будет. Поэтому и появилось обрезанное здание, развернутое задом наперед, архитектурно оно здесь решено неправильно. И это мнение  большинства архитекторов, но ничего сделать не могли, потому что вся руководящая… Если бы архитекторы восстали, их мнение все равно бы проигнорировали.

Здание мэрии, завершившее центральный проспект города
Здание мэрии, завершившее центральный проспект города

– Потому что частные вложения, частный инвестор…

– Не только. А город-то для чего, его мэр, депутаты? Почему не поддержали  позицию архитекторов? А потом застройщику «в подарок» предложили рядом с бульваром построить еще и жилой комплекс, по которому сейчас борьба идет. И тогда это были очень высокие здания, но и гостиница предполагалась выше на шесть этажей. Я помню эти обсуждения проектов. В итоге получалась очень большая ширма. Со стороны Онежского озера этот район выглядел бы  вообще странно, высотный главный акцент – гостиница – потерял смысл, если рядом за ней стена из этих высоких зданий.

Теперь предлагается этажность не выше 5-6 этажей. А вообще на этом месте по нашим всем проектам, которые тогда и в конкурсах первые места занимали, и отстаивали,  был спортивно-молодежный центр высотой в 2-3 этажа.

Но раз уж так далеко зашли, что отменить нельзя, финансирования на общественный центр никакого нет, вложено сколько-то средств в жилье, тогда надо хотя бы построить интересный жилой комплекс. Против того, что сейчас «нарисовали», я и выразил протест, ибо нарисовали просто отдельные блоки, создали из них два двора,  мотивируя тем, что весь город у нас  такими зданиями застроен. Это странная мотивировка, хотя ее поддерживает главный архитектор города. Раз уже зашли в исторический центр и обратно не повернуть, то сделайте уникальный красивый жилой комплекс, еще одну визитную карточку Петрозаводска. Пусть один бок  здания будет красный, другой оранжевый, третий – черный, как сейчас модно, но архитектуры, пластики фасадов там все равно не будет.

 

– Эдуард Федорович, но согласитесь, в те годы, когда вы работали главным архитектором Петрозаводска, мнения общественности вообще не спрашивали. Не припомню, чтобы были какие-то общественные слушания. Знаю, что в знак протеста  против решений властных структур, вы даже хотели уйти со своей должности…

– Не совсем так. Я двадцать лет продержался и сам ушел с должности, хотя и был единственным в России беспартийным главным архитектором столичного города. При этом мог позволить себе занимать самостоятельную по всем вопросам позицию. Да, несколько раз доходило до того, что первый секретарь обкома Иван Ильич Сенькин  предупреждал, что «вряд ли мы с вами будем дальше работать», и я ждал, когда  же меня попросят уйти. Не попросили. Годы моей работы совпали со временем строительного бума в республике и в Петрозаводске. При плановой системе хозяйства были предусмотрены средства на строительство жилья, детских садов, объектов торговых и бытового обслуживания, а также на комплексное строительство инженерных коммуникаций, транспортной инфраструктуры.

А по поводу  своего взгляда на архитектуру города… Его, несмотря ни на что, удавалось отстоять. Я с огромным уважением и благодарностью вспоминаю тогдашнего председателя горисполкома Павла Васильевича Сепсякова.

Я предлагал идеи, а он их подхватывал, был, так сказать, ведущим паровозом. Да, другие были времена, но, по крайней мере были люди, которые толкали эти идеи, чувствовали болевые точки города, искали средства, умели объединить усилия многих людей. Так мы с Павлом Васильевичем отстояли, например, ресторан «Петровский», который, по мнению руководства республики,  нельзя было размещать рядом с Вечным огнем, да еще под помещениями Народного суда.  Когда началась реконструкция набережной, я предложил: давайте, памятник Петру I установим в начале новой набережной. Памятник тогда у музея стоял,  его мало кто видел. Сепсяков поддержал эту идею, отстоял в партийных органах. Он был смелый, энергичный руководитель. И поставили к 275-летию города памятник Петру I на набережной, он ее сегодня открывает, начинает. По крайней мере хоть люди видят основателя города, который как раз указывает своим перстом, где была основана Петровская Слобода. П.В. Сепсяков часто говорил: вы – архитекторы, вы –специалисты, за вами идеи, за мной  работа. Долгое время во главе города был человек, который хорошо знал его. Чем был еще хорош Павел Васильевич? По  образованию педагог, он поначалу не разбирался в архитектуре совсем. Но –учился, буквально познавал всё, приходил,  смотрел проекты, вникал. И воспринял всё. А потом сказал: ты в своей области профессионал, решай свои вопросы сам. Когда дело дойдет до спорных вопросов, тогда подключай меня. Поэтому я, так сказать, свободно рулил во всем этом пространстве.

А это очень важно, когда главный архитектор города находит поддержку у главы города. Пожалуй, это основное условие его успешной работы. Сегодня могу сказать: у меня это было.

 

– Эдуард Федорович, вы  как-то говорили, что работали с оглядкой на будущее? Что вы подразумевали?

– Например, когда мы с соавторами работали над проектом мемориала «Вечный огонь», почему такое стелющееся решение всей этой композиции выбрали? Я говорил ребятам, что может, наступят времена, когда вернется, предположим,  Петр Первый на свое место, и тогда эта композиция будет в целом так же работать, как и с памятником Владимиру Ильичу, то есть нет противоречий, нет высотных акцентов. В тот период помните, какие были Вечные огни? Штыки, большие лица в касках. Вся страна была покрыта этими памятниками, а наш в этом плане отличается, так сказать, своим объемно-планировочном решением и связью со старой площадью и примыкающей панорамой парка.

Панорама мемориала «Вечный огонь», который так органично вписался в старую площадь
Панорама мемориала «Вечный огонь», который так органично вписался в старую площадь

Тогда нам удалось уберечь от панельной застройки и оставить на будущее набережную Варкауса, это почти два километра. Ее пытались застроить панельными зданиями новой серии, потому что предприятия стройиндустрии работали в полную силу, план у них был огромный. А вот со строительными площадками в городе была проблема –Петрозаводск не был обеспечен инженерными сетями. Нам пришлось выдержать сильный натиск со стороны всех руководящих органов. Дело дошло до того, что я собирался уйти со своей должности. Но не сдавался, потому что считал, набережную нужно беречь для будущей застройки, когда появятся новые технологии, материалы. Сейчас за набережную Варкауса не стыдно. Здесь появились здания современной архитекторы, по индивидуальным проектам. А теперь представьте, как бы ее «украсили» с десяток девятиэтажных домов по сто метров каждый. Представляете, что это было бы такое?

 

– Я читала, что под вашим руководством при отделе строительства и архитектуры была создана проектная группа, которая занималась благоустройством, украшением города. Эта группа была влиятельной?

– Вы имеет в виду группу архитекторов  и дизайнеров? Мы 15 лет с Георгием Ивановым проработали вместе, тогда он был главным художником города, занимались целенаправленно формированием архитектурно-художественного облика города. Создавали специальные программы и добивались их реализации. А где деньги находили? Это была забота П.В. Сепсякова: он искал средства, привлекал городские предприятия. Вот садово-парковая скульптура тогда появилась, на «Петрозаводскмаше» ее отливали.

За послевоенное время основное ядро города было застроено масштабными человеку 4-5 этажными зданиями и собственно они сформировали лицо его центра. Поэтому когда появилось  панельное строительство, я  как главный архитектор города поставил своей главной задачей увести панельные дома на периферию городской застройки в новые жилые районы. Пришлось  несколько лет позаниматься, чтобы отменить целый ряд устаревших серий, так как даже в центре строились  дома из силикальцитных блоков. Знаете что это такое? Там вообще никакой архитектуры не было. Когда вышло постановление об излишествах в области архитектуры, все постройки нивелировали, и города стали застраивать ящиками из силикальцита, из силикатного кирпича. Пока не появились первые дома так называемой 335-й серии, которыми застроен Октябрьский жилой район. Затем новые жилые районы застраивались панельными домами серии III.75. Тогда появились элементы блокировки секций, а  также дополнительные элементы архитектурного оформления фасадов.

 

Дом на Первомайском проспекте
Дом на Первомайском проспекте

– Надо сказать, что дома новых микрорайонов того времени не отличаются архитектурными изысками…

– И все равно архитекторы пытались уйти от однообразия за счет отделки фасадов, я сам объехал все каменные карьеры Карелии. Тогда появились в отделке цветная крошка, плитка. Свой талант архитекторы могли  проявить только при проектировании общественных зданий: мы добивались, чтобы их строили по индивидуальным  проектам.

В старые времена известные семьи России – Демидовы, Строгановы, Шереметьевы и другие –  возводили на свои деньги не только личные дворцы, но и общественные здания – музеи, картинные галереи, больницы… Причем, не скупились, и проекты заказывали у лучших архитекторов своего времени. В советские времена эту обязанность взяло на себя государство.  Сейчас, по-моему, не заботится об этом никто – у государства, у власти нет денег, а современные богатые люди еще не доросли до осознания своей ответственности перед обществом.

 

– Когда знакомишься со многими городами, в том числе и небольшими русскими провинциальными, остается впечатление единого архитектурного ансамбля. Хотя строились они на протяжении нескольких веков, в которые господствовали различные стили, возводили их разные архитекторы. В чем секрет?

– Он прост: в уважении архитекторов к тому, что было построено до них предшественниками. В трепетном отношении к наследию, которое тебе досталось. Не толкались, не пытались вытеснить  другого.

Возьмите, к примеру, Париж, насколько он деликатно новыми зданиями застроен! В палитру ядра центра даже новые архитекторы сегодня аккуратно вписывают архитектурные ансамбли, совершенно новые структуры, которые в большинстве своем не противоречат существующим.

Правда, молодые архитекторы сегодня чаще обращаются  к примеру Эйфелевой башни. Когда она была только построена, считалось, что это самое большое уродство Парижа, а сейчас символ не только столицы, но и самой Франции. Но Эйфелева башня по своей архитектуре классическая, то есть в ней пропорции, элементы связаны с архитектурой классицизма. А вот  центр Помпиду – я его видел в натуре – совершенно не вписывается в  архитектуру, он  напоминает марсианский корабль, который почему-то приземлился в самом центре Парижа. Я никак не могу к нему привыкнуть.

Любой город, как бы мы ни хотели, не может оставаться  в своем прежнем облике, остановиться в своем развитии. Хотя культурное наследие необходимо учесть при его дальнейшей застройке. Для того и существуют мудрые люди – чтобы  попытаться не потерять того лица, которое город приобрел  за века, и одновременно создавать что-то новое, современное. К сожалению, у многих наших молодых архитекторов одно желание – выделиться. Вот это мне не нравится. При этом они не задумываются, как их новое творение впишется в облик города,  улучшит  или исказит его.

 

– Эдуард Федорович, я знаю, что вы коренной петрозаводчанин и после учебы в Московском архитектурном институте и недолгой работы в Иваново вернулись в родной город, которому отдали практически всю свою творческую жизнь. Что вы сегодня не приемлете в нем?

– Я часто бывал в Финляндии, а в годы своей работы главным архитектором удалось даже совершить персональную экскурсию в Хельсинки. Близко знакомился с Варкаусом, городом-побратимом Петрозаводска. Много почерпнул у соседей и пытался внедрить в Петрозаводске. В том числе полукольцевую магистраль, которая охватывает Хельсинки, и зеленые зоны, которые от центра, от парков сливаются с лесопарками. Они пронизывают весь город, а между ними  жилые образования. Меня поразило, как разумно все это люди сделали. Аналогичное решение мы  заложили  в генплан развития Петрозаводска – ту же полукольцевую магистраль, которая соединяет Кукковку, Древлянку, Перевалку, создав зеленые разрывы между жилыми районами. А сейчас вдоль этой магистрали строятся автостоянки, торговые центры и другие объекты.  Короче, говоря,  моя идея – связи зеленых зон города с лесопосадками – постепенно гибнет, огромные зеленые  территории вырубаются. От идеи создания зеленых разрывов между новыми жилыми районами и связи примыкающих лесов с лесопарками практически ничего не остается из-за коммерческой деятельности. Я понимаю, что такие здания, как детская республиканская больница, должны там стоять, но отдавать эту территорию под супермаркеты, автостанции, заправочные – каких только нет, фирм-то много и каждая выставляет себя напоказ – это преступно по отношению к городу и его жителям. Зеленые зоны – легкие города, а мы их сознательно губим.

 

— Вырубаются зеленые насаждения и в самом городе, в том числе и в историческом центре. Новые посадки не решают проблемы, пройдут десятилетия, пока  деревья вырастут, если их сохранят – за ними ведь никто не ухаживает. А ведь это экология, от состояния которой зависит в первую очередь здоровье детей. Если к этому добавить засилье транспорта в городе, в первую очередь частного, то Петрозаводск – не самый благоприятный город для жизни. Кстати, мэр Москвы Владимир Собянин сейчас озабочен созданием пешеходных зон, и не только в центре столицы, но и в спальных районах.

– Побывав в свое время в литовском Каунасе, я сам буквально заразился этой идеей. Созданию пешеходных центров в городах были в свое  время  посвящены заседания Союза архитекторов СССР, я участвовал в них и пробивал в Петрозаводске пешеходные зоны, в первую очередь на Карла Маркса. Не сумел. Может, были и правы те, кто в то время доказывал: у улицы  нет дублеров…

 

– Но в Питере сейчас обсуждается вопрос о том, чтобы сделать пешеходным Невский проспект, пока, правда, только в выходные дни. А в нашем крохотном городке  нельзя  сделать пешеходной зоной проспект Карла Маркса?

– Я в свое время вынашивал идеи перенести на периметр территории Онегзавода транспортные магистрали, соединить улицы Правды и Гоголя. Были эти идеи, а сейчас столько машин там! Хотя можно было поменять график движения и не пропускать туда частный транспорт. Но сейчас все едут через площади Ленина, Кирова… В свое время мы  сделали эскизный проект пешеходной зоны на проспекте Карла Маркса. Но в те времена не было еще такой транспортной нагрузки.

Правда, сейчас думаю:  если бы серьезно занимались этим делом, добились бы своего. Ведь в прежние времена эту улицу закрывали на праздники. Помню, народ большими караванами гулял по Карла Маркса – от площади Ленина до площади Кирова.

Где-то подспудно надежда осталась: может, когда-нибудь наземный транспорт под землю уберут, вглубь. Но для этого большие средства нужны и энергия, желание у руководителей.

Легко было Ле Корбюзье, который, когда к нему приходили заказчики, говорил: или  будет так, как я придумаю и нарисую, или просто уходите.  Великий архитектор  мог так говорить. Сегодня последнее слово за заказчиком, то есть за деньгами. Но даже при финансовых  трудностях,  при  ограничениях  по объемам, площади, высоте, все равно талант  человека или группы людей, которые этим занимаются, должны найти выход. Они могут и обязаны что-то такое придумать, чтобы люди сказали: это достойно – и города, и времени.

Когда мы в свое время понимали, что существующими в то время материалами, техническими возможностями  нам не решить архитектурную задачу, мы добивались резервирования этого участка – на будущее, как это было с набережной Варкауса.

Сегодня этого нет, и это нас тревожит. Никто никогда не думал, что Онегзавод уйдет из центра и город вздохнет. Не мечтал, что здесь можно будет творить. Поэтому я на последнем совете, поскольку я там очень редко бываю, просил: задумайтесь. Я понимаю, что нажим коммерсантов идет, что они заинтересованы выжать с этой территории по максимуму. Пусть сломают никому не нужные цеха, технические постройки. Но город должен был сразу резервировать себе территории под будущее ядро центра, которого в городе нет. Я считаю, что правый берег Лососинки, который как на ладони просматривается с проспекта Карла Маркса, мог бы стать зоной нового общественного центра. Правый берег Лососинки шириной по крайней мере метров 100 надо было резервировать под ядро будущего центра. Там могли бы разместиться несколько крупных общественных зданий зрелищного,  спортивного назначения или еще что-то в этом роде.  Там связь с центром удобная, можно обеспечить транспортное обслуживание и пешеходная связь через парк есть. Мне отвечали, что застройщик  выкупил территорию и не заинтересован  в резервировании. А это значит, город теряет последний резерв свой и историческое ядро. Там настолько явно просматривается, что должно быть… Но этого  ничего не было в конкурсных проектах, никто этих идей не предложил, никто их не обсудил.

Строить сегодня, стремясь удовлетворить сиюминутные потребности, забывая о будущем, мы просто не имеем права. Нас не будет, город останется.

А этот проект Э. Андреева так и не воплотился в жизнь – гостиница на площади им. Кирова
А этот проект Э. Андреева так и не воплотился в жизнь – гостиница на площади им. Кирова

Фото из личного архива Э. Андреева и с сайта администрации Петрозаводска

  • Элла Осипчук

    Эдуард Фёдорович Андреев — это наш интеллектуальный градостроительный и архитектурный ресурс: он много знает, многое умеет, он может подсказать молодым коллегам и городским властям правильный курс развития города ( если бы они уважительно прислушивались!!! ), он по-прежнему фонтанирует идеями и, несмотря на возраст, великолепно владеет карандашом и кистью, знает город и любит его — он старожил и патриот города . А это интервью ( замечательное по форме и содержанию и весьма своевременное и актуальное ) показало нам, что мастерство — не ржавеет, а только крепчает с возрастом. И нужно успевать брать уроки старых мастеров пока они готовы делиться своими знаниями во благо общего дела. Абсолютно верно сказано: о транспортных проблемах ПТЗ, пешеходных зонах, о зелёных лёгких города, о резервировании территорий под будущие проекты, о преемственности идей, о профессиональной солидарности в борьбе с некомпетентностью и натиском сиюминутных капризов денежных мешков. Обо многом рассказал Эдуард Фёдорович, но есть ещё и ещё, что могло бы пригодиться. Расспрашивайте, приглашайте, загружайте работой. Наш Петрозаводск — уникальный город, он заслуживает, чтобы в нём творили грамотные профессионалы с хорошим вкусом. Главный принцип в градостроительстве, как и во врачевании: Не навреди!!! Помните, как пела София Ротару: » Мой белый город — ты цветок из камня!» Неужели нам придётся петь: » Мой пёстрый город — ты — листок рекламы!» Пёстрых безликих городов нынче много. Петрозаводск — один в своём роде. Сохраним его сообща красивым, стильным, удобным, чистым, историческим счастливым городом счастливых людей. Для этого нужно не только осваивать новые технологии в строительстве, но и избавиться от профессионального эгоизма. Тогда появятся не только отдельные интересные здания, а целые ансамбли. Примером хорошей слаженной работы разных авторов и разных подрядчиков может служить набережная Варкауса. Этот опыт и нужно всячески поощрять и продвигать. Спасибо автору за интервью и браво, маэстро Андреев!

  • Анна Сергеевна

    Замечательное интервью! Умеет В. Чаженгина разговорить человека. Сразу видно, Э. Андреев- Профессионал с большой буквы. Вот бы нынешнему гл.архитектору Фролову призадуматься не о сиюминутных решениях, а о будущем города. Ведь его имя тоже останется в истории. Только какой краской оно будет написано…

  • Мария Огневая

    Умеют ли сейчас архитекторы нового поколения держать удар так же, как Эдуард Андреев, Вячеслав Орфинский, думать не о сиюминутной выгоде, а о будущем города? Сомневаюсь… Я просто в ужасе от перспективы, что у Левашовского бульвара поселятся 700 человек, с сотнями машин! Чем дышать будем?