Главное, Общество, Семья и дети

«Вопрос на контроле», или Объективная реальность Оксаны Старшовой

Детский омбудсмен Карелии Оксана Старшова в Общественной палате республики 2 декабря 2016 года. Фото Натальи Мешковой
Оксана Старшова в Общественной палате республики

После встречи детского омбудсмена Карелии с общественностью я еле справилась с желанием подойти к ней и сказать: «Оксана Николаевна, не мучайтесь сами и не мучайте других. Уйдите в отставку!». Стыдно было слушать ее ответы: то сайт завис, то в отпуске была, то по застарелой проблеме предлагает собрать рабочую группу. А по существу ответить-то и нечего.

В минувшую пятницу в  Общественной палате Карелии прозвучал длинный отчет уполномоченного по правам ребенка в Карелии, из которого можно было узнать главное: Оксана Николаевна регулярно встречается с Александром Петровичем и что-то обсуждает. Александр Петрович – это, видимо, глава Карелии Александр Худилайнен.

Упомянув об июньской трагедии в летнем лагере в Сямозере, когда погибли 14 подростков, детский омбудсмен удивила откровением:

— Те, выводы, которые озвучены Александром Петровичем и следствием, имеют основания.

Оксана Старшова полагает, что вип-персон карельской политики все знают по имени-отчеству. То и дело звучало из ее уст: «Валентина Васильевна». Это, надо полагать, вице-премьер по социальной политике Валентина Улич.

Но общественников, которые пришли на встречу, волновали не персоны из карельских коридоров власти, а реальная помощь детям. А рассказывать нечего. Разве что себе в заслугу Оксана Старшова ставит позицию по детскому лагерю «Золото Белого моря», твердо сказав:

— Не понимаю родителей, которые подвергают детей риску. Я исползала этот остров, встречалась с ребятами. И сейчас сделала бы все, чтобы этот лагерь закрыть!

 

Первый вопрос на встрече последовал от матери школьника-токсикомана. По ее словам, на обращение к Оксане Старшовой с просьбой помочь, последовал ответ из …Следственного комитета: мол, состава преступления нет. В общем, помощи от детского омбудсмена мать не дождалась. Стоило же обратиться в общественную организацию «Возрождение», как сразу ее сына направили в специальный лагерь. Парень приободрился, полгода держался. А сейчас опять сорвался – такое окружение у него, что в одиночку не справиться. В прокуратуре матери заявили: «Вам никто не поможет».

В ответ на ее эмоциональное выступление Оксана Старшова сообщила, что надо создать для решения этой проблемы… рабочую группу – универсальный чиновничий рецепт на все случаи жизни:

Представитель Карельского детского фонда Вера Дронова возмутилась тем, что Оксана Старшова ни разу не собирала представителей правозащитных детских организаций, даже тех, которые ее рекомендовали на этот пост. Ни одного ответа на свои обращения они от нее не получили!

Вера Дронова посоветовала Оксане Старшовой меньше ездить по детским домам, поскольку у этих детей есть законные представители, а больше заниматься глобальными проблемами: инициировать законодательные акты в поддержку детей.

Вспомнилось, скольким детям в середине 90-х удалось сохранить жилье благодаря тому, что депутат карельского парламента Надежда Павлова буквально пробила закон, по которому без согласия органов опеки стала невозможной продажа квартиры, если в ней прописаны дети.

Слушая ответы Оксаны Старшовой, я часто попросту не понимала, что она хочет сказать, в чем заключается ее мысль. Бесконечная вязь слов, когда одно нанизывается на другое, при отсутствии элементарной логики, при частых противоречиях самой себе. Вот, к примеру, что она сказала о реорганизации детдомов в центры помощи детям:

Представительница большой группы дольщиков строительной компании «Сана» пришла с бедой, которая обрушилась десятки людей. Отцы работают круглосуточно, чтобы всё заработанное отдавать «Сане». Она назвала фамилии пострадавших семей с одним, двумя и тремя детьми:

— Это люди, которые остались без квартир. Помимо этого, у них сейчас отбирают деньги, которые они заплатили за эти квартиры. У «Саны» разные схемы… И по решению нашего петрозаводского и Верховного суда на них еще повешены долги, которые дети должны платить кто до 2020 года, кто до 2030-го. Одна девушка посчитала, что станет собственницей квартиры через 200 лет! Вчера моему несовершеннолетнему ребенку повесили еще один долг в 600 тысяч рублей…

Оксане Старшовой задали вопрос:

— Будете ли вы принимать участие в наших судебных разбирательствах и как вы, обладая правами, будете отстаивать права наших детей на жизнь в квартире, не на улице?

Ответ детский омбудсмен начала с …жалобы на свой сайт. Далее прозвучало: «Я считаю, что так быть не должно, но есть та объективная реальность, понимаю, что я в нее упираюсь». При этих словах ведущая встречи юрист Елена Пальцева развела руками.

Вот как это было:

То есть несчастные обманутые дольщики опять ничего конкретного не услышали.

— Все нам сочувствуют, глазки закрывают, а детей лишают жилья. Единственного жилья, — прокомментировала ответ детского омбудсмена жертва «Саны».

Другая дольщица сообщила, что готовится обращение председателю Верховного суда России на «кучку судей», которые принимают решения в пользу «Саны», не обращая внимания на поддельные экспертизы и фальшивые подписи.  Оксана Старшова тут же попросила высказываться корректнее, правда, пообещала принять участие в судебном процессе.

 

Депутат Законодательного Собрания Карелии Андрей Рогалевич поражен, что уполномоченный по правам ребенка в Карелии никак не реагировала на обращения к ней от профильного комитета, не участвовала в рассмотрении вопросов. Он сомневается в эффективности работы уполномоченного, которая приезжает на место происшествия и берет на контроль вопрос, по которому уже возбуждено уголовное дело.

Андрей Рогалевич напомнил сегежскую историю, где у матери пытались забрать детей. Странно вела себя при этом Оксана Старшова:

Андрей Рогалевич не понимает роли Общественного совета при детском омбудсмене. По его мнению, он создан из тех людей, кто ближе уполномоченному и правительству и никогда не будет поднимать острые вопросы.

Депутат попросил Оксану Старшову не повторять законодательные инициативы, которые уже выдвинуты на федеральном уровне после трагедии на Сямозере.

Рогалевич поинтересовался, сколько за двухлетнее пребывание на посту уполномоченного Оксана Старшова подготовила аналитических записок по реализации закона об основных правах ребенка. Надо ли что-то менять или не надо? Сколько было инициатив в связи с работой исполнительных органов власти, мешающих деятельности уполномоченного?

Оксана Старшова в витиеватом ответе сделала оговорку по Фрейду, обронив, что не будет «говорить о том, чего нет»:

Руководитель общественной организации «Заонежье» Валентина Сукотова недоумевает, почему Оксана Старшова даже не ответила, когда к ней обращались родители учеников оптимизированных заонежских школ, вынужденные 1 сентября объявить бойкот:

— Как можно так равнодушно отнестись? Как можно промолчать, когда родители бьют тревогу?! До сих пор ни родительская общественность, ни общественная палата, ни я ответа не получили.

Ответ был наконец дан. А начался с того, что поездка 1 сентября сорвалась из-за другой поездки, а продолжился разъяснением ситуации с дополнительным образованием в Медвежьегорске — с помощью еще одной универсальной чиновничьей фразы «Вопрос на контроле»:

 

Виктория Медведева, имя которой стало широко известно после того, как в Финляндии у нее забрали троих детей, поставила вопрос ребром, исходя из своего личного опыта: «Зачем нужен уполномоченный по правам ребенка?» Завязался любопытный диалог:

Далее Виктория пыталась выяснить, какую конкретную помощь может оказать ей детский омбудсмен. Не дождавшись от Оксаны Старшовой ничего конкретного, Виктория через своего представителя  попросила ее выйти из состава участников судебного процесса:

— Мы не видим вашей эффективности.

Виктория Медведева думает о том, чтобы создать общественную организацию для помощи в подобных случаях.

Фраза Оксаны Старшовой  «Я всегда склонна критично относится к результатам своей деятельности» напомнила ее слова, произнесенные в июне в Законодательном Собрании Карелии: «Мне нечем похвастаться». И это после  двух лет на посту главного главного детского защитника республики! Потому и звучат от людей просьбы освободить их от помощи такого уполномоченного по правам ребенка.

Оксана Николаевна, не мучайтесь сами и не мучайте других. Уйдите в отставку!

Фото и видео Натальи Мешковой

 

  • Наталья Ларцева

    Директора и председатели,
    Начальники и заместители,
    Когда вас шлют к такой-то матери,
    Так вы и там руководители!

  • В.Евсева

    Назвать обшарпанное здание бывшего детского дома Дворцом искусств без концертного и вытавочного зала , без гардеробных для детей и преподавателей и т.д, где разместилась школа искусств, — это надо обладать каким-то сверхъестественным воображением. И что, интересно, контролирует защитник прав детей? Про защиту права детей на охрану здоровья и благоприятную природную среду в связи с эпидемией дизентерии со стороны О.Старшовой слышать тоже не приходилось, увы.
    Наталье Николаевне спасибо за подробный беспристрастный материал,после такого отчётика выход у уполномоченного один — подать в отставку, не позориться.

  • Полина

    Действительно, люди возрастом постарше ещё не забыли, как на газетные публикации реагировали власти десятилетия назад. Ну, тоже не райские кущи были, но реагировали чаще и быстрее и активнее. Согласна с редактором «Лицея» — так СМИ молчать должны? Нет, говорить. И сейчас огласки боятся, она вынуждает порой всё-таки принять меры, сдержать свой зверский наглый аппетит.

    Мне «нравятся» эти добрые советы от гостя…А у вас как со связями, с юристами? Может быть, поможете одному человеку и научите, как действовали вы, расскажете поэтапно. Уверена, «Лицей» с удовольствием опубликует и распространит ваш опыт.

  • гость

    Знаете, когда читаю подобные материалы, посещает мысль только о закулисных интригах, причем в этих шахматных играх человека, пришедшего со своей проблемой, как бы и нет. Чужая проблема становится информационных поводом, чтобы аудитории внушить, кто хороший, кто плохой. Старшовой — шах и мат. Ладно. Посадят какую-нибудь Петрову или Петрова. А что от этого изменится здесь и сейчас?
    Вот сидит Рогалевич, спрашивает со Старшовой за действия строительной компании, тут же дольщики «Саны». Люди рискуют остаться на улице, началась эпопея «Саны» давно — писали все кому не лень. «Рогалевич поражён», «Рогалевич удивлен», «Рогалевич поинтересовался». Всё.
    Помогите людям, поучаствуйте в судьбах, проследите, чтобы их запросы не отфутболивали, научите их, как поступить, не потому, что это ваша прямая обязанность, а из сочувствия. У вас же есть знакомые крупные юристы, есть связи, какой-то опыт. Отвлекитесь вы от своих шахматных партий — просто сделайте доброе дело по совести и зову души. Не откупайтесь от людей кульком мандаринов на новый год. Но нет. Опять будет шахматная партия, а человек, пришедший со своей болью, — очередная пешка, которую можно съесть и скинуть с доски на пути к своей цели.

    • Наталья Мешкова

      Вы поставили вопрос, который я как журналист всегда сама себе задаю: ну вот мы написали, а что дальше? Вы удивитесь, но в советское время и даже в 90-е на публикации в СМИ следовала быстрая реакция, принимались меры. Помню, как обрадовал меня, корреспондента молодежной республиканской газеты, тот факт, что после моей публикации женщине с тремя детьми дали квартиру. Это было в 1983 году. В 90-е я тесно работала с отделом по делам несовершеннолетних республиканской прокуратуры, они проводили проверки по нашим публикациям, я передавала им обращения по нарушениям прав детей, они разбирались. Сейчас совсем другая ситуация. СМИ пишут — реакции нет, власть заявляет о заказном характере каждого критического и проблемного материала. Очень удобная позиция! Не надо ни в чем разбираться.

      Еще при назначении Оксаны Старшовой два года назад ясно было, что она не будет защищать права детей. А ведь были другие, очень достойные кандидаты. Мы писали об этом, и знаете, какая была реакция? Некто под ником строчил у нас на сайте комменты, что «Лицей» хочет …майдан устроить! Это было бы смешно, если бы речь не шла о детях, которые стали заложниками непродуманного назначения.

      Не перестаю думать о судьбах обманутых дольщиков, о будущем ваших детей и не понимаю, сколько еще мошенникам всё будет сходить с рук?! Журналисты общественно-политических СМИ публикуют расследования этой вопиющей истории — где реакция? А «Лицей» же продолжает мониторить работу детского омбудсмена. Этого мало, понимаю, но если бы журналисты молчали, кто бы вообще знал, что есть у нас выброшенные на улицу дети, что мошенников покрывают высокие лица и даже, судя по тому, что я услышала в пятницу, «кучка судей»?

  • Валентина Акуленко

    Отличный отчет! Молодец Наташа! Но какая же тоска от беспомощности и не только послушной чиновницы, которая высшей доблестью, видимо, считает называть по имени-отчеству вышестоящих … Почему-то вспомнился спектакль БДТ «Смерть Тарелкина» по пьесе Сухова-Кобылина … Череда прогибающих спины чиновников, у которых одна забота — удержаться на своём хлебном месте, отчитаться витиевато о бестолково «проделанной работе»… Ну, а что там дети гибнут, люди страдают — это будто бы не в их компетенции … Главное — имя-отчество патронов не забыть или, не дай бог, перепутать …

  • Нина Предтеченская

    Наталья Николаевна, спасибо за такое масштабное представление хода отчета !
    Кто-то явно не на своем месте и самое страшное — не понимает этого. Эта должность не рассчитана на реализацию личных амбиций. Решившись занять ее, человек действительно должен забыть о себе и встать на сложнейшую службу детям, детству, семье, обществу. Наличие таких способностей у сегодняшнего омбудсмена вызывает большие сомнения.

  • Юлия Свинцова

    Наталья Николаевна, огромное спасибо за этот материал! Все точки расставлены, все вещи названы своими именами.
    Получили то, что и ожидали, даже ещё хуже, чем могло быть. Полную беспомощность и некомпетентность.