Главное, Олег Гальченко

Люди Флинта песенку поют

Фото supreme2.ruРусский  человек  по  своей  натуре романтик  и  экстремал. У  него  всегда  лучше  всего  получается  то,  что  запрещено.

Это, конечно, не  авиакатастрофа,  не  землетрясение,  не наводнение  и  не глупое  чудачество  самозваных  борцов  за  нравственность. Но  всё  равно  невольно  вздрагиваешь,  когда  читаешь  в  новостях  очередное  сообщение  о  том,  что  по  решению  суда  был  заблокирован  то  один  сайт,  то  сразу  несколько.  Причём  не  дурно  пахнущий  рассадник запрещенных законом действий,  а  всего-навсего  предоставлявший  всем  желающим  скачивать  в  любых  количествах  фильмы,  музыку  и  электронные  книги.

Потом,  вчитавшись  повнимательней,  облегчённо  вздыхаю:  оказывается,  ничего  страшного  для  меня  лично.  Объявившее  войну  пиратам  государство  открутило  башку  очередному  торренту,  а  я  торрентами пользоваться  не  умею.  До  тех  малоизвестных  ресурсов,  на  которых  я  сижу  не  первый  год,  пополняя  свою  коллекцию  разного  рода  редкостями  и  древностями,  в  ближайшие  годы  вряд  ли  доберутся.  Но  враждебное  кольцо  сужается,  и  нет  сомнений,  что  когда-нибудь доберутся  обязательно.  А  у  меня  столько  планов  на  скачивание  на  ближайшие года  два  как  минимум!

 

Вот  ведь  до  чего  мы  дожили:  ещё  немного – и  признаться  в том,  что  ты  являешься  потребителем  пиратской  аудио-  и  видеопродукции  будет  куда  более  стыдно,  чем  объявить  себя  наркоманом  или  представителем  какого-нибудь  экзотического  сексуального  меньшинства.  Хотя никто  ещё  не  доказал,  что  распространители  контрафакта  — хоть  в  Интернете,  хоть  на  дисках,  покушаются  на  нашу  государственную  безопасность,  духовные  скрепы,  национальные  ценности  и  всё  такое прочее.

Говорят,  будто  это  незаконно. Не  кто-нибудь,  а  сам  президент  заявил  как-то  раз – мол,  каждый,  кто  качает,  должен  знать,  что  он  занимается  воровством.  По-моему,  это самый  смешной  из  наиболее  популярных  аргументов.  История  человечества  уже  давно  доказала,  что  законы  пишутся  не  богами,  а  людьми,  далеко  не  всегда  отличающимися  порядочностью.  Неслучайно  же  в  известном  древнеримском  афоризме «Dura  lex, sed  lex»  русское  ухо  ничего,  кроме  «дуры»  не  слышит.  С  формально-бюрократической  точки  зрения  вполне  соответствовало законам  своего  времени и распятие  Христа,  и зверства  инквизиции, да  много  ли  ещё  чего,  за  что  потом  многим  стало  стыдно.  Я  же  никого  не  грабил  лесом,  несчастных  по  темницам  тоже  не  стрелял,  а  всего  лишь  расширял  свой  культурный  кругозор.  Стоит  ли  людей,  помогающих  мне  в  этом,  представлять  исчадием  мирового  зла?

 

Наши  записные  патриоты,  кстати,  очень  любят  порассуждать  о  том,  что  в  отличие  от  Запада,  где  царит  культ  закона,  для  россиянина  куда  важнее  понятие справедливости,  которое  с  законом  не  всегда может  совпадать.  Правда,  все  эти  рассуждения,  как  правило,  начинают  звучать  лишь  тогда,  когда  какой-нибудь  наш  соотечественник  вляпывается  в  громкий  международный  скандал и  оказывается  за  решёткой. На  территории  же  России  на  всех  рядовых  граждан справедливости  почему-то  не  хватает.  Вот  я,  будучи  безработным,  считаю  несправедливым,  что  из  всех  эстетических  удовольствий  мне  по  карману  только  телевизор, в котором  поёт Киркоров. А  то,  что  делают  благодетели  из  Интернета, как  раз  по-нашему,  по-русски!

 

Кстати,  о  Западе,  с  которым у нас  модно  бодаться,  не  переставая,  впрочем,  когда  это  выгодно,  ставить в  пример  его  же  правовые  нормы.  Если  вы  думаете,  будто с  интеллектуальной  собственностью  там  дело  обстоит  гладко,  то  глубоко  ошибаетесь.  Стоит  открыть  любую  серьёзную  книгу,  посвящённую  жизни  и  творчеству  какого-нибудь  популярного  исполнителя  или  группы  на  разделе  «Дискография» — и  вы  увидите,  что  на  каждый  официальный  альбом  приходится  как  минимум  по  два  десятка  сборников  и  концертных  записей,  изданных  без  ведома  звезды.  В  так  называемом  «цивилизованном  мире» ещё  со  времён,  когда  главным  носителем  считалась  виниловая  пластинка,  существует  целая  индустрия  бутлегов,  и  масштабы  её   нашим  знаменитостям  даже  представить  невозможно. Конечно,  музыкантов  это  раздражает,  они  пытаются бороться,  судятся,  ругаются  в  прессе.  Но  даже  самые  активные  сутяжники  подсознательно  понимают,  что  пиратство  непобедимо,  как  непобедимы,  например,  тараканы,  живущие  рядом  с  человеком  уже  много  тысяч  лет  и  готовые  его  пережить  ровно на  столько  же.

 

Это – Запад,  а  на  Востоке  всё  ещё  интереснее.  Вот  уже  больше  четверти  века  нам  и слева,  и  справа  политики  пытаются  лгать,  будто  всеми  своими  экономическими  успехами  Китай  обязан  исключительно  тому,  что  не  стал  отказываться  от  коммунистической  идеологии,  хотя понятно,  что  дело  совсем  в  другом.  Китайцы  избежали  всех  наших  катаклизмов  потому,  что  завалили  весь  мир дешёвым  контрафактом,  наплевав  на  авторские  права,  стандарты  качества,  санитарные  нормы  и  прочие  буржуазные  предрассудки.

Сейчас,  когда  самым  модным  словом  стало  «импортозамещение»,  а  дружба  с  Поднебесной – едва  ли  не  единственной  хорошей  новостью  из-за  рубежа,  по-моему,  вместо  того,  чтобы  закручивать  гайки,  как  раз  и  пришло  время, пользуясь  опытом  юго-восточных  соседей,  дать  нашим  пиратам  оторваться  по  полной.  Ну хотя  бы  в  сфере  культуры – без  поддельных  лекарств и деталей  для  самолётов  мы  уж  как-нибудь  проживём.  Пират – он  же какой-никакой,  а  отечественный  производитель.  Причём  сомнения,  будто  он  завалит  внутренний  рынок всякой  неудобоваримой  дрянью,  тоже  лишены  основания.  Качество – дело  наживное.

Пока  в  начале  90-х все  ставили  перед  собой  задачу  заработать поскорее  как  можно  больше  и  припрятать  на  чёрный  день,  стоявшие  чуть  ли  не  на  каждом  углу  ларьки  торговали  порой  такими  кассетами,  что  и  в  руки  взять  было  противно,  а  в  некоторых  столичных  магазинах,  по  слухам,  встречались  такие  CD,  при  виде  которых  дозиметры  начинали  верещать  как  на  четвёртом  блоке  Чернобыльской  АЭС.  Но  стоило  всем  привыкнуть  к  мысли,  что  капитализм  пришёл  навсегда, и  это  куда-то  исчезло,  как  и  видео с  гнусавым  закадровым  переводом,  и  компьютерные  диски,  либо  заминированные  вирусами,  либо  вообще  не  желающие  грузиться.  Контрафакта  на  рынке  меньше  не  стало,  но  теперь,  комментируя  телесюжеты  о  том,  как  бульдозеры  давят очередную  партию  конфискованных  компактов,  даже представители  правоохранительных органов  нет-нет,  да  и  обронят  фразу,  что  эта  продукция  по  качеству  даже  лучше  официальной.

 

Русский  человек  по  своей  натуре романтик  и  экстремал. У  него  всегда  лучше  всего  получается  то,  что  запрещено.  И,  кстати,  отечественным  пиратам  мы  во  многом  обязаны  нашей  великой  культурой,  которая  в  условиях  жёстокого  давления  со  стороны  государства  могла  позволить  себе  высказывание  разного  рода  крамольных  мыслей  только  на  подпольном  уровне.  Ну что  такое  ходившие  в  XIX  веке  в  списках  произведения  наших  классиков,  отвергнутые  цензурой,  если  не  своеобразный  пиратский  контент  дореволюционного  Интернета?  А  какая  память  нам  осталась бы от  Высоцкого,  Окуджавы,  Визбора,  других  выдающихся  бардов,  если  бы  мы  судили  об  их  творчестве  исключительно  по  немногочисленным  пластинкам  фирмы  «Мелодия»,  выпущенным  в  советские  годы?  Поющим  поэтам  вообще  повезло – пик  их  популярности  совпал  с  появлением  магнитофонов,  благодаря  которым  все  желающие  могли  слушать  песни, которым  вроде  бы  не  судьба  попасть  на  радио  или  в  телевизор.  И  публика  голосовала  именно  за  это  творчество – пусть иногда  плохо  записанное  где-нибудь  на  прокуренной  кухне  на  фоне  звона  посуды,  но  зато  честное.

Потом  то  же  самое  повторилось  и  с отечественным роком  в  его  «золотой  век» — в  70-80-е  годы.  Тысячи  кассет  со  сделанными в  подпольных студиях  магнитоальбомами,  концертными  записями  и  акустическими  квартирниками,  гуляли  по  стране,  не  принося  музыкантам  никаких  доходов – только  всенародную  любовь  и  славу.  Славу,  кстати,  всегда  заслуженную.  Никто  не  переписывал  у  товарища  кассету  только  потому,  что  какой-то  влиятельный  критик  посчитал  ту  или  иную  группу  модной.  Самиздату – в  том  числе  звуковому,  невозможно  было  навязать  что-либо  сверху.  «Послушай!  Это  круто!» — вот  какие  слова были  рефреном  80-х.

Сделанных  из  ничего  звёзд,  дутых  сенсаций  та  эпоха  не  знала – всё  примитивное,  неудобоваримое барахло  отбраковывалось  само  собой  по  принципу  дарвиновского  естественного  отбора.  А  лучшие  из  лучших  завоёвывали  своё  место  под  солнцем,  и  изучая  их дискографии  по  каталогам  частных  коллекционеров  и  справочникам,  невольно  обращаешь  внимание  на  одну  любопытную  закономерность.  Чем  значительнее  вклад музыканта  в  культуру,  тем  больше у  него  неофициальных  записей.  Рекордсменом  среди  своих  коллег  всегда  являлся  Борис  Гребенщиков,  настолько  многоликий,  настолько  по-разному исполняющий одни  и  те  же  песни  на  разных  концертах  и  имеющий  столько  неизданного  материала,  что  на  вес  золота  ценятся  даже  его  репетиционные  наброски  и  интервью  для  теле-  и  радиопередач.  Чуть  отстаёт  от  него  Макаревич  с  «Машиной»  и  без,  «ДДТ»,  «Алиса»  и  «Гражданская  оборона».

Из  эстрадников  аудиопиратов  заинтересовала  разве  что  Алла  Пугачёва – причём  в  основном  ранняя,  да  некоторые  наиболее яркие ВИА 70-х годов,  и  нетрудно догадаться почему.  Никому  не  приходит  в  голову  выкладывать  в  сетях  диктофонные  записи  концертов  Валерии,  идущих  уже  не  первое  десятилетие  примерно  под  одну  и  ту  же  фонограмму.  Тем  более  никто  не  «пиратит»  певицу  Бьянку  или  группу  «Градусы» — дай  Бог  всем  переварить  то,  что  они  вбрасывают  в  теле-  и  радиоэфир  и  забыть  поскорее!  И  вот  парадокс:  БГ,  вроде  бы  больше  других  обиженный  пиратами,  относится  к  их  деятельности  спокойно,  да  ещё  и  умышленные  утечки  организует  специально  для  них  время  от  времени,  а  главными  борцами  за  авторские  права  выступают  люди типа  Иосифа  Пригожина, которые требуют,  чтобы  их  уравняли  в  правах  с  настоящими  художниками.

То,  что  Дарья  Донцова,  рискующая  пережить  свою  славу  как  минимум  лет  на  тридцать,  закрывает  порталы,  на которых  размещаются  в  свободном  доступе  её  тексты,  по-моему,  ещё  смешнее.  Старина  Гомер,  Омар  Хайям,  Данте,  Шекспир  и  пожелавшие  остаться  неизвестными  авторы  калевальских  рун  в  своё  время  как-то  вообще  не  заморачивались  на  эту  тему.  И  карьера  у  ребят  тем  не  менее  сложилась  замечательно. Как говорится, «почувствуйте разницу»!

 

Тут  мы,  наконец-то  подходим  к  главному  аспекту  проблемы – экономическому. Киношники,  литераторы  и  музыканты  ненавидят  пиратов  за  то,  что  по  их  вине  недополучают  причитающихся  по  закону  гонорары.  Как  гласил  лозунг,  которым  одна  влиятельная  звукозаписывающая  компания  снабжала  всю  свою  рекламную  продукцию:  «Купил  у  пирата – обидел  артиста!» (Невольно  представляю,  как  Оззи  Осборн,  узнав,  что  я  скачал  его  очередной  альбом,  всю  ночь  прорыдал в  подушку  потому,  что  ему  теперь  не  на  что  кормить  семью!)  Что  ж,  попробуем  разобраться,  кто  тут  у  нас  звезда,  а  кто – не  совсем!

 

Даже  я, человек,  достаточно  далёкий  от  спорта,  точно  знаю,  что  футболист – это  тот,  кто  бегает  по  зеленому  полю  за  мячом и  иногда загоняет  его  в  ворота.  Если  он  встанет  за  прилавок  и  начнёт  торговать  мячиками  со  своими  автографами,  то,  наверное,  тоже  многих  порадует,  но  футболистом  быть  перестанет.  А  артист – это,  видимо,  тот,  кто  даёт  концерты  и  выступает  на  сцене.  Всё  остальное – диски,  фильмы  и  т.п.  и т.д.  является  всего  лишь  сопутствующей  рекламной  продукцией,  благодаря  которой  можно  сделать  своё  имя  известным  даже  в  самых  отдаленных уголках  земного  шара.  Так  дело  обстоит  в  идеале,  так  было  ещё  сто  лет назад,  когда  гигантские  тиражи  граммофонных  пластинок  сделали  Фёдора  Шаляпина  первой  отечественной  поп-звездой.

Старые мастера  советской эстрады  вообще зарабатывали на  жизнь  исключительно  непрерывным,  изматывающим  гастрольным  чёсом,  давая  по  три-четыре  концерта  в день  без  всякой  фанеры  и  закаляя  себя  так,  что  большая  часть  сделанного  ими  при всей  технической  наивности  отличается  высоким  профессиональным  качеством.  Нынешняя  же жизнь  артиста  измеряется совсем  по  другой  шкале:  сначала  записываешь  альбом,  а  потом  отправляешься  в  гастрольный тур  в  его  поддержку.  То  есть  ты  уже  не  художник,  не  творец, а  всего  лишь  рекламный  агент  какой-нибудь  рекорд-компании  и  занимаешься  не  творчеством,  а  шоу-бизнесом.

Конечно,  и  в  этом  перевернутом  с  ног  на  голову  мире  есть  место  для  таких  одарённых  и  работоспособных  людей,  как  Мадонна, но  их  единицы.  И  не  они  уже  давно  сделались  образцом  для  подражания у большинства.  Зато  как  часто,  попав  на  волну  какой-нибудь  радиостанции, слышишь:  «Первый  альбом  восходящей  звезды…  первый  клип  кумира  молодёжи…».  Она  ещё  не  звезда,  но  всем  уже  объясняют,  что  в  этом  сезоне модно  молиться  именно  на  её  лик  в  телевизоре – и  лиха  беда  начало!  Некоторые  уже  и  на  имитацию  творчества не  тратят  времени.  Просто  торгуют  лицами  направо  и  налево.  Никто,  даже  если  очень  напряжется,  не  вспомнит  ни  одной  песни  из  репертуара  певца  Прохора  Шаляпина,  но  вся  страна  второй  год  обсуждает,  как  он  сначала  женился  на  старушке,  потом – как  развёлся  со  старушкой. Никто не  помнит,  как  танцует  Анастасия  Волочкова,  но  и  о  ней  говорят  столько,  что  покойная  Плисецкая  рядом  с  ней никто  и  звать  её  никак.  И  вот если  пиратам  перекроют  кислород,  то  мы  останемся  наедине  вот  именно  с  этими  идолами-пустышками,  у  которых и украсть нечего.

 

Заметьте – когда вас убеждают,  что  каждое  скачивание  наносит  ощутимый  материальный  ущерб  тем,  кто  мог  бы  на  эти  деньги  снимать  для  нас  современное  кино  и  записывать  качественную  музыку,  никто  не  говорит,  какой  процент  звёздных  доходов  уходит  на  пиар  и  всякие понты,  о  которых  с  удовольствием  пишет  газетная  светская  хроника.  Но  стоит  прикинуть,  что  это  могут  быть  за  суммы – и  понимаешь,  что  искусство,  сделанное  на  коленке,  но  от  души,  тебе  как-то  ближе.  И  именно  его  мы  рискуем  лишиться  в  первую  очередь.  Огромного  пласта  откровенно  неформатной  музыки – экспериментальной  или  не  совпадающей  с  официальной государственной  идеологией,  всего  джаза  и  бардов – кроме  Митяева  и  Розенбаума,  наконец,  всякого  редкого ретро-искусства,  где  начнёшь  разбираться  с  авторскими правами – никаких  концов  не  найдёшь.  Кому  как,  а  мне  лично  будет  очень  скучно  в  царстве  сплошной  попсы.

 

Собственную  же  так  называемую  «собственность»  я  не  берегу  совершенно.  И  при  виде  того,  как   Интернет  уже  много  лет  пересказывает  историю  карельского рока  моими  словами,  чаще  всего  не  ссылаясь  на  первоисточник,  как  многие  цитаты  превращаются в  анонимные  заголовки  и  подписи  к  фотографиям,  как  процентов 80 моих текстов  опубликовано  непонятно  кем и  чёрт  знает  где, причем,  без  спроса,  не  испытываю  почти  никаких  эмоций.  Читайте,  раз  нравится – от  меня  не  убудет!  Неприятно  бывает  лишь,  если  кто-то  ставит  свою  подпись под моими стихами  или  развивает  активность  в  соцсетях  под  моим  именем.  Но  плагиаторы – это  совсем  другая  история, и  именно  благодаря  тому,  что меня  везде  много,  их  комариного  писка  практически никто  не  слышит. Творчество – это  то,  ради  чего  стоит  жить,  но  не  то,  от  чего  стоит  ждать  сумасшедших  дивидендов.  Этим  надо  заниматься  лишь  тогда,  когда  хочешь сказать  людям  что-то  важное,  а  всё  остальное – уж  как  получится…

 

– Само  понятие  «интеллектуальной  собственности»  отомрёт, – такое  мнение  высказал  относительно  недавно  в  интервью  «Эху  Москвы»  критик  Артемий  Троицкий. – И  это  будет  очень  правильно,  это  будет  одна из величайших побед современной  цивилизации…  Плод  интеллектуального  труда  не  может  быть  собственностью.  То,  что  человек  выработал  своими  мозгами,  должно  принадлежать  всему  человечеству.  И  всему  человечеству  приносить  пользу. Все  эти  американские  изобретения,  все  эти  «копирайты»  и  всё  такое  прочее,  идут  исключительно  от  обожания  золотого  тельца,  и  поощрять  это  нельзя!  Так,  что  я – стопроцентный  пират,  причём  воинствующий!

 

Когда  слышишь  подобные  признания  их  уст  авторитетов, для которых  шоу-бизнес – среда  обитания,  остаётся  лишь  радостно  воскликнуть: «И  я  тоже!». И  понадеяться,  что  меня  ещё  нескоро  заставят  спустить  потрёпанный всеми ветрами флаг с «весёлым Роджером».

Кстати,  я  заметил,  что  борьба  с  пиратством  у  наших  законодателей  обостряется  в  периоды,  когда  перестают  стрелять  в горячих точках и  приходится  вновь  обращаться  к  внутренним  проблемам  страны,  которых  не  так  уж  и  много: пираты,  пятая  колонна,  да  ещё  те,  кто  очень  возбуждает  депутата  Милонова.  Не  имею  ничего  против  мира  во  всём  мире,  но,  судя  по  последним  новостям,  бесхозных гигабайт  на  наш  с  вами  век  ещё  хватит!

Фото supreme2.ru

  • Дмитрий Горох

    Все так, Олег! Так чумазый шахтер, выйдя из забоя, поразит белозубой улыбкой, блеснет налобным фонариком и снова опустится в штольню. Все интеллектуальное золото, что лежало на поверхности, уже разобрано на поделки. Осталось разрабатывать только глубинные пласты. Но в том-то и парадокс, что чем глубже копаешь, тем дороже выходит. И в какой-то момент, когда цена подвига превысит стоимость телевизионной картинки, останется только картинка- чумазого белозубого телегероя. Твоя правда настолько калорийна для общественной талии, что рискует раствориться в художественном глянце! А пиратство… Как известно, самые отъявленные флибустьеры служили английской короне и кошмарили конкурентов. Так что и в этом деле нет справедливости.
    Пушкин уже давно ответил на твой вопрос: не продается вдохновение, но можно рукопись продать. А бесплатные книжки чаще всего раздают адепты каких-либо сект. Боюсь, что и у золотого тельца есть золотая середина.

  • Рамон

    Сложный вопрос: я тоже не ханжа, в отрицании аморальности и воровства есть пределы, но люди сейчас скачивают не столько киноклассику и книги, сколько… выгляните в окошко)