Главное, Олег Гальченко

Только для трезвых

Фото Марии ГолубевойНу вот, и отпраздновал наш «Лицей» своё 25-летие! С какой пугающей скоростью всё-таки летит время! Ведь, казалось бы, совсем недавно ещё отмечали 20-летие, незадолго до которого появился и мой блог.

Осень 2011 года начиналась для меня с тревожных предчувствий, ибо будущее виделось в самых беспросветно-мрачных тонах. После смены руководства в газете «Петрозаводский университет» я уже не мог, как прежде,  говорить на его страницах с читателями о волнующих меня сложных проблемах современности, да и в стенах ПетрГУ  начинал себя чувствовать лишним. И куда нести печаль свою,  если и в других печатных изданиях города дело обстояло немногим  лучше?

 

И вдруг выясняется, что закрытый около года назад бумажный  ежемесячник «Лицей», с которым я сотрудничал уже лет семнадцать, то исчезая надолго под давлением разнообразных жизненных невзгод, то вновь появляясь с новыми идеями и проектами, воскрес в Интернете в виде сайта, развернул свою деятельность в таких масштабах, которые бумажной газете и не снились, и меня ждут именно здесь! С теми самыми  материалами, которые не пришлись ко двору в университете, но зацепившими многих читателей сразу так, что на форум посыпались реплики с пожеланием продолжения: «Пишите ещё!»

 

В результате в данный момент я работаю над первой своей  книгой прозы и публицистики под пока условным названием  «Адреса памяти», три четверти объема коей составят именно мои «лицейские» материалы. Книга будет посвящена судьбе моего  поколения – поколения восьмидесятников, его кумирам, его восприятию произошедших в последние тридцать лет перемен, его духовному миру. Много страниц я отдам и глубоко личным откровениям, которые в реальной жизни не доверил бы ни одному, даже самому близкому человеку, а с «лицейской» аудиторией почему-то поделился почти без опаски. Замысел «Адресов» зрел во мне ещё с конца прошлого десятилетия, как к нему подступиться, долгое время было просто непонятно, а на то, чтобы выговориться на всю  катушку и понять, что это именно то, что мне нужно, хватило каких-то пяти лет!

 

Наверное, атмосфера откровенного честного разговора царила на этих страницах всегда, независимо от того, бумажными они были или виртуальными. Недаром же даже мой дебют летом 1994 года связан не с чем-нибудь, а со стихотворной дилогией  «Комсомольская богиня», пересказывавшей печальную историю моей первой, и, конечно  же, безответной школьной любви:

 

Комсомольская богиня 

Но  комсомольская  богиня!…

Ах,  это,  братцы,  о  другом…

                     Б.  Окуджава

 

  1. НОЯБРЬ 1988  ГОДА 

Из  пустого  коридора  веет  холодом  могильным.

В  классе – классное  собранье.  Дохнут  мухи  на  лету.

И  поёт  кому-то  гимны  комсомольская  богиня –

колоритная  особа  на  ответственном  посту.

 

Всем обломится с лихвою

и  похвал, и зуботычин.

Душу  высветит рентгеном до изнанки, до креста

та, чей голос как-то нынче

непривычно мелодичен,

та,  что вечно неприступна,

хоть до хрупкости проста.

 

У  неё  свои  проблемы,

о  которых  не  расскажешь

тем  подругам,  что  по  жизни

маршируют  напролом.

В  дневнике  девичьем  тайном

слов  о  них  не  будет  даже –

только  слёзы  о  грядущем,

только  вздохи  о  былом.

 

Надо  сильной  стать  и  смелой.

Просто  с  плеч  усталых  сбросить

зуд  невидимой  потери.

Надо  бить  наверняка.

…За  окном  заиндевелым

сквозь  заоблачную  просинь

всё  сочится,  пузырится

невозможная  тоска.

 

2. ПЯТЬ С  ПОЛОВИНОЙ  ЛЕТ  СПУСТЯ 

Пришло  её  письмо  позавчера.

Впервые  с  незапамятного  лета

вымучивал  до  самого  утра

строку  замысловатого  ответа.

Мы  слишком  далеки – почти  на  «Вы».:

я – на  Земле,  она – почти  в  нирване,

но  не  сдержать  натужные  «увы»,

когда  не  мир – одна  труха  в  кармане.

Она  недавно  с  прошлым  порвала,

вернее – с  мужем  буйно-алкогольным.

И  вроде  бы  на  лад  пошли  дела,

но  одиноко  жить – не  значит  вольно.

Заочная   учёба,  огород,

по  вечерам – попса  в  радиоточке,

назавтра – вновь  рабочий  день  зовёт.

И  всё.  И  от  былых  друзей – ни  строчки.

И  впрямь  «нам  не  дано  предугадать…» –

пути  заблудших  неисповедимы.

За  всем  пережитым  не  угадать

с  ума  сводящей  прежней  классной  примы.

Никто  не  остановит,  не  вернёт

утраченных,  упущенных  мгновений.

Романтика –

затасканный  блокнот,

где  выцвели  страницы  посвящений

наивных,

как  герои  оперетт.

Но  только  память  будущему  вторит.

Она – едва  знакомый  силуэт,

мелькнувший  в  полутёмном  коридоре.

 

И  мы  найдём,  о  чём  поговорить.

 

Всё именно так и было. Раздавленная, растоптанная, раз и навсегда разуверившаяся в том, что в реальном мире  существует любовь, она после долгого молчания написала мне,  ища моральной поддержки. У меня же был один из самых сложных периодов в жизни – сразу после окончания филфака  ПетрГУ, когда никак не удавалось подыскать себе достойную работу и вообще встроиться в большую взрослую жизнь.  Оттолкнуть от себя не хватало сил – притяжение прошлого было сильнее, но и утешить было нечем. Мучительное,  отчаянное общение двух потенциальных утопленников,  ищущих друг в друге спасения, но упорно тянущих друг друга на дно, длилось несколько месяцев, казавшихся вечностью. Не знаю, почему из присланных мною в «Лицей» текстов для  публикации отобрали именно «Богиню», однако рассказав всему свету о своей безвыходной, как тогда казалось, ситуации, я нашёл-таки в себе силы научиться жить не прошлым, а будущим и начать жизнь с нуля, с чистого листа. Нашлась и работа, которой потом было отдано более двадцати лет жизни, и новые музы, и новые яркие впечатления – но речь сейчас совсем о другом.

 

Вот чем мне «Лицей» больше всего нравится – так это тем, что он умеет ставить мозги на место тем, кто попадает в сферу его влияния. И ещё – тем, что это одно из немногих современных изданий, которые следует читать на трезвую голову. Убедился я в этом тогда, когда в моём блоге вышла статья о легендарном ведущем русской службы ВВС Севе Новгородцеве. Безобидный вроде бы – хотя и не лишенный иронии текст получился. О том, как в далеких 80-х советские подростки по ночам ловили на короткой волне западные радиостанции, чтобы послушать любимую рок- и поп-музыку, начисто отсутствовавшую в легальном эфире, и тем самым приобщались к мировой культуре, находящейся по ту сторону «железного занавеса». И угораздило же нас опубликовать это в первую неделю января, когда страна ещё не очнулась от непрерывного празднования всех Старых и Новых годов! Одним из первых на форуме подал голос некий фанат Севы, которому показалось, будто я нашего общего кумира юности проклинаю последними словами, хотя дело было с точностью до наоборот. И дрожащие после большого бодуна пальцы отстучали по клавиатуре  комментарий: мол, кто ты такой, писака из провинциальной Карелии?! Новгородцева слушали и любили миллионы меломанов, а ты сиди, слушай свои «Валенки» и на святое свою грязную руку не поднимай. Хотел было я ответить, посоветовать лучше закусывать, но реплику с сайта убрали, ибо хамство здесь тоже не приветствуется. Что мне лично тоже  безумно нравится, поскольку чего только не повидал я на просторах соцсетей!

 

Впрочем, большинство слов, услышанных мною в «Лицее» в свой адрес, относилось как раз к числу приятных. Это касается  и публиковавшихся там рецензий Валентины Калачёвой и Александра Валентика на мои книги и выступления, и наших частных разговоров с собратьями по перу. Помню, как ещё во времена, когда издание было бумажным и редакция располагалось на площади Ленина по соседству с Министерством культуры, иду по полутемному  коридору – несу в сумке рукопись своего очередного телеобзора для рубрики «ТВ-ВЗГЛЯД». А незадолго до этого в разделе юмора другой, ныне уже не существующей газеты, появились мои  хулиганские афоризмы из записных книжек разных лет, которые прежде я под разными никами сливал в самиздат и Интернет, не относясь к ним как к серьезному виду  творчества. Неожиданно в дверях редакции я сталкиваюсь с соратником по Союзу писателей Борисом Александровичем Гущиным, поприветствовавшим меня восклицанием: «Так вы ещё и юморист?!!» Звучало это примерно как у старика Жуковского, который, если верить Хармсу, при встрече с Пушкиным удивленно спросил: «Никако ты писака?» То есть весьма духоподъёмно и наводило на размышления о том, в каких бы жанрах ещё себя можно попробовать?

 

А ведь все мы, люди пишущие, тоже подвержены такой слабости, свойственной любому нормальному русскому человеку, как лень. И для того, чтобы заставить нас заняться полезным делом, вместо того чтобы по-обломовски валяться на диване, глядя в потолок, надо, чтобы кто-то нас взял за шиворот и хорошенько встряхнул. Или хотя бы убедил, что твои усилия не пропадут даром, что твой голос будет услышан.  «Лицей» это умеет прекрасно. Так что сам ещё не знаю, с какой стороны мне удастся открыть самого себя, продолжая сотрудничество со всеми нами любимым изданием, до чего договорюсь и додумаюсь. Обещаю лишь, что читателям скучать будет некогда!

 

***

Какой  ни  век – одна  и  та  же

судьба  у  нас,  у  россиян.

Душа  потрудится – и  ляжет

На  тёртый,  давленый диван

И  захрапит  во  все  прорехи,

Вкушая  золотые  сны,

Да  всё про  скрепы,  вёрсты,  вехи,

Про  смену  вех  для  всей  страны.

Не  в  лом  Обломовым  родиться,

Не  грустно  им  и  помереть,

И  ни  на  что  тут  не  сгодиться,

Не  утонуть  и  не  сгореть,

И  не  заметить  ужас  жизни,

Неизлечимой  как  недуг,

Не  поразиться  дешевизне

Своих  регалий  и  заслуг,

Пусть  недоделанное  дело

Боится  недомастеров!

Пускай  дойдёт  до  беспредела

Весь  мир  холопов  и  воров!

Они  ведь  все  немного  наши.

Договоримся  как-нибудь…

Пример  смирения  покажем:

Нам – добрых  снов,  им – в  добрый  путь!

Причём  безудержно  гордиться

На  самом  деле   нечем  тут.

Душа  обязана  трудиться?!

А  кто  оплатит  этот  труд?

2016  год

 

 

 

 

 

  • Svetlana Zaharchenko

    Олег! Как всегда одновременно удивил и обрадовал!

  • Здорово!

    Как приятно читать такие откровенные признания и как приятно, что в Лицейском кругу есть такие авторы!

  • Нина Предтеченская

    Олег, спасибо огромное! Я полный профан в литературе, но когда читаю Ваши публикации становится светлее на душе. Писать так искренно,открыто и доверчиво могут только добрые, порядочные люди.