Культура

Свет погасшей кометы

Памяти заслуженного артиста Карелии Вячеслава Федорова
{hsimage|Вячеслав Федоров. Фото Владимира Ларионова|||} Он любил третью часть Третьей симфонии Брамса и мечтал, что кто-то из балетмейстеров поставит на него хореографический монолог. Страстно хотел станцевать принца Зигфрида в «Лебедином озере», но исполнил лишь дуэт с белым лебедем из второй картины балета в концерте. Его восхищал Олег Даль в «Земле Санникова», и он сетовал, что среди балетных героев нет таких персонажей. Он неплохо пел романс Крестовского из этого фильма: «Есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется Жизнь». Многое не сбылось или не успелось в его короткой жизни.

 
Вячеслав Федоров родился 14 июля. Во Франции это День взятия Бастилии. В 1789 году восставший народ захватил и разрушил знаменитую тюрьму-крепость. Из этих же камней воздвигли Июльскую колонну. На расчищенном месте установили плакат: «Здесь танцуют». Слава любил шутить: "Я родился в наш профессиональный праздник». Еще он говорил, что в его жизни все начиналось поздно. Он поздно стал говорить, ходить. Место ведущего танцовщика тоже занял поздно, после тридцати лет. Олег Щукарев, который старше всего на три года, давно был признанным мастером, а Слава все ходил в подающих надежды.
 
Я помню его премьеру в «Щелкунчике». Ему было 32 года. Я тогда только приехала в Петрозаводский театр. Федоров отличался от всей труппы. Он окончил Ленинградское академическое хореографическое училище имени А.Я. Вагановой – это чувствовалось во всем. Народный артист Карелии Юрий Сидоров, увидев его, сказал: «Если бы у меня были такие ноги, я танцевал бы в Мариинке».
{hsimage|Вячеслав Федоров в балете "Петрушка"|||}Вячеслав Федоров стал лауреатом премии «Онежская маска» за роль Петрушки в одноименном балете Олега Игнатьева на музыку И. Стравинского. Пожалуй, это была его лучшая роль. Тот, кому природой дано больше, чем другим, балаганный шут с ранимой мятежной ду-шой, развлекающий толпу. Он был таким и в жизни. Балетмейстер Олег Игнатьев точно прочитал внутренний мир артиста.
 
Появления Федорова в актерской курилке всегда ждали. Слава фонтанировал анекдотами. А в душе он был романтик, страстно желавший лишь танцевать. Он не представлял свою жизнь вне сцены. Он никогда не хотел быть ни педагогом-репетитором, ни тем более хореографом-постановщиком, только артистом балета. Его пугала невозможность танцевать. Я сказала ему, что есть интересный репертуар. Балет Нижинского на музыку К. Дебюсси «Послеполуденный отдых фавна» идет девять минут и не требует физической выносливости и владения техническими сложностями. Нужны фактура, пластика, актерское мастерство. Или могло бы быть что-то новое. Почему бы не поговорить с руководством? Но Славу привлекал классический балет.
Он хорошо танцевал сложную роль Джеймса в «Сильфиде» на закате карьеры. Успешно исполнял Юношу в «Шопениане». Достойно выглядел в «Призраке розы» в партии самого Нижинского. Был интересным Альбертом в «Жизели», которого довелось станцевать с балериной Петербургского Михайловского театра Эльвирой Хабибуллиной. Как откровение прозвучал Ганс в этом же балете. Федоров виртуозно справился с насыщенным мелкой техникой Гран па-де-сис из старинного балета «Маркитантка». В национальном балете «Сампо» в разные годы он станцевал двух героев, эпического Илмаринена и Лемминкяйнена.
 
Вячеслав оставил яркий след в антрепризе «Театр классического балета» заслуженного артиста Карелии Олега Щукарева, станцевав ряд сложных классических па-де-де из «Спящей красавицы», «Корсара», партию Тореро в «Кармен-сюите».
 
{hsimage|Вячеслав Федоров и Елена Сидорова в "Болеро"|||}Когда Федоров стал первым танцовщиком, большие трехактные балеты в театра, к сожалению, не ставили. Но Вячеслав перетанцевал все классические дивертисменты: Гран Па из «Пахиты», «Раймонды». Фрагмент из «Эсмеральды» он исполнил в Питере. В северной столице В. Федоров танцевал в «Мужском балете», отколовшемся от известной труппы Валерия Михайловского. Они имели успех, много гастролировали. По роковому стечению обстоятельств, артистов преследовали травмы. Танцовщики расстались на время в надежде собраться вновь через год-два. Вячеслав вернулся в петрозаводский театр, как он думал, временно. Но питерская труппа больше не собралась никогда.
С карельским балетом В. Федоров гастролировал в Финляндии, Швеции, Германии. Но он мечтал объездить весь мир. Не для того, чтобы покорить своим искусством земной шар – просто посмотреть другие страны. Жажда путешествий. Путешественник, по иронии судьбы, стал одной из последних его ролей в не самом удачном, быстро сошедшем со сцены балете «Ночь в Мадриде».
Он жил в душевном дискомфорте. Его постоянно мучила творческая неудовлетворенность. Актерская мятежная натура требовала выхода. Порой он вел себя эпатажно, был склонен к эксцентрическим выходкам.
Звание заслуженного артиста Карелии Федоров получил незадолго до пенсии. На заседании худсовета раздавались голоса против, теперь уже неважно чьи. Решающим оказалось слово режиссера Музыкального театра тех лет Софьи Маламуд: «Звание дают не за моральный об-лик, а за творческие достижения. Федоров – яркая личность в карельском балете».
{hsimage|Вячеслав Федоров в "Шопениане"|||}В последние годы Слава не всегда равноценно танцевал, особенно классику. Он перенес тяжелейшую операцию на ноги, после которой вернулся на сцену, но былого блеска в танце уже не было. Слава преданно любил классический балет, а как трагический актер высказался в современном репертуаре. Одна из первых ролей Федорова – Ромео (хореография Вячеслава Шепелева) в спектакле «Прелюдии любви печальной» на музыку Д. Шостаковича, показанном на Фестивале одноактных балетов на сюжеты Шекспира в Перми, второй после Питера «балетной Мекке». В балете Марка Мнацаканяна «Анна Каренина», поставленном для заслуженной артистки России и Карелии Натальи Гальциной, совсем молодой Федоров исполнял возрастную роль Каренина и был убедителен. Игорь Кувшинов ставил на него концертные номера. Танцовщик был хорош в «Болеро» М. Равеля (хореография Олега Игнатьева). Исходя из индивидуальности Федорова, Игнатьев сочинил современную версию «Орфея» на музыку Ж. Оффенбаха. Он пригласил Вячеслава на роль художника Бэзила в «Портрет Дориана Грея», поставленный для фестиваля в Сыктывкаре. Запомнился негероический безвольный герой «Кукольного домика» на музыку Л. Делиба (хореография Кирилла Симонова). Это была последняя роль артиста.
Как с партнером со Славой было комфортно, удобно. Можно было не думать о технике, а предаваться актерской игре или романтическому настроению. Я мало танцевала с ним. Но когда такие спектакли случались, у меня всегда было хорошее настроение. Перед выходом на сцену я не испытывала обычного волнения, только радость. Слава был одним из немногих в нашем странном закулисном мире, кто мог порадоваться успеху другого и искренне поздравить с творческой победой.
Слава всегда думал над ролью и страдал, если не получал нужного импульса от партнеров. Когда я стала танцевать с ним «Болеро», он сказал, что хотел бы от меня иного эмоционального состояния. Сюжет прост: мужчина и четыре женщины в его жизни, очень разные. Я была последней. Слава танцевал «Болеро» в Петербурге. Там были четыре двойника героя: детство, юность, зрелость, смерть. Он хотел, чтобы в образе четвертой женщины пришла Судьба, Неизбежность, Смерть. Версия показалась мне интересной и оправданной. Мы заговорили о смерти. Я сказала, что панически боюсь ее. Слава ответил: «Не надо бояться. Тебе будет все равно. А тем, кто останется, будет грустно». 
Ушел он странно, нелепо, оставив красавицу Марину, которая была идеальной женой, дочь Дарью и сына Дмитрия, поразительно похожего на него. В конце пикника Слава сказал другу, что искупается последний раз. Есть восточная мудрость: «Что бы ни собирался делать, никогда не говори, что делаешь это последний раз». Воды реки не отпустили его. Он приходил в снах к нескольким артистам балета и родственникам. Всем неизменно говорил: «Я пошутил». Даже после смерти Слава продолжает балагурить.
Не жизни жаль с томительным дыханьем.
Что Жизнь и Смерть? А жаль того огня,
Что просиял над целым мирозданьем
И в ночь идет. И плачет, уходя.

  • Наталья

    Светлая память тебе, Слава!