Культура

Восемь премьер нового сезона

 
{hsimage|"Stravinsky’s Opuses” ||||} Музыкальный театр Карелии открыл вчера новый сезон премьерой "Stravinsky’s Opuses”.  В сезоне 2011/2012 публика увидит уже полюбившиеся спектакли и восемь новых постановок разных музыкальных жанров.

Труппа Музыкального театра встречает зрителей в прежнем составе, все ведущие солисты выйдут на сцену как в старом репертуаре, так и в премьерных показах. Новыми исполнителями пополнилась балетная труппа, по-прежнему сохраняя свой интернациональный состав.
 
{hsimage|"Летучая мышь" |right|||} В прошлом сезоне Музыкальный театр Карелии выпустил четыре премьеры: оперу П.И. Чайковского «Евгений Онегин» (постановка народного артиста России Ю. Александрова), балет А. Адана «Корсар» (постановка заслуженного деятеля искусств Республики Карелия, лауреата национальной премии «Арлекин» К. Симонова), оперетту И. Штрауса «Летучая мышь» (постановка заслуженной артистки России О. Мухортовой) и оперу-мюзикл для детей Р. Львовича «Черная Курица» (постановка молодого режиссера Ю. Егоровой). Все спектакли были тепло встречены публикой, а «Летучая мышь» стала настоящим хитом прошедшего сезона, выдержав десять аншлаговых представлений с марта по июнь 2011 года. Все эти спектакли пополнили репертуарную афишу Музыкального театра. Зрители смогут увидеть их в новом сезоне наряду с уже полюбившимися «Травиатой» Дж. Верди, «Щелкунчиком» П.И. Чайковского, «Ромео и Джульеттой» С. Прокофьева.
 
Первой премьерой сезона 2 октября стали два балета на музыку Игоря Стравинского: «Весна священная» и «Пульчинелла». В роли хореографов-постановщиков «Stravinsky’s opuses»  выступают приверженец стиля contemporary (современная хореография) Мартин Форсберг (Дания/Швеция) и артист балета Музыкального театра, лауреат национальных премий «Золотая маска» и «Арлекин» Владимир Варнава.
Также в планах Музыкального театра на текущий сезон – современная версия балета С. Прокофьева «Золушка» (февраль) и еще одна хореографическая сказка П.И. Чайковского – «Спящая красавица» (май). Кирилл Симонов возьмется за постановку «Золушки» уже во второй раз. Первая попытка – в Новосибирском государственном академическом театре оперы и балета – оказалась удачной, спектакль был удостоен высшей театральной премии «Золотая маска». Карельские зрители увидят совершенно другую версию. Известный сюжет  претерпит немало изменений и будет адресован не детской, а, скорее молодежной и взрослой аудитории – любителям современной авторской хореографии. Балет Чайковского «Спящая красавица»  задуман в классической версии, не уступающей по красоте уже полюбившемуся зрителям «Щелкунчику», и предназначен для семейного просмотра.
В новом сезоне театра планирует сразу три оперные премьеры: «Кармен» Ж. Бизе и «Колокольчик» Г. Доницетти и «Севильский цирюльник» Дж. Россини. По признанию художественного руководителя оперы Юрия Александрова, ему ни разу еще не приходилось работать над «Кармен». «Камнем преткновения» всегда становился выбор главной героини. В Музыкальном театре на партию страстной Кармен режиссер выбрал двух ярких актрис с прекрасными вокальными данными Анастасию Аверину и Евгению Гудкову. «Кармен» на петрозаводской сцене ставится впервые за всю историю театра.
Две новые постановки художественный руководитель оперы доверил новому режиссеру Музыкального Владиславу Каппу, который имеет опыт работы в различных театрах, в том числе  в  Большом. В рамках перекрестного года Россия – Италия он представит комическую оперу Г. Доницетти «Колокольчик», а к новогодним праздникам – детский музыкальный спектакль на музыку В. Максимова (Санкт-Петербург).
 
  

  • Елена Соломинская

    История «Весны» — явление мифологичное. Ее судьба вызывала опасения у создателей еще до рождения: музыканты отказывались исполнять музыку, сам Стравинский не понимал хореографии Нижинского, Нижинский же, в свою очередь, вызвал протест у танцовщиков. После 120 репетиций «Весна…» в хореографии Нижинского была исполнена всего шесть раз. Но, подчиняясь священной магии «Весны..», к ней стали обращаться представители разных школ и направлений. Опорой фантазиям художников служит не столько либретто, сколько форма, мощь и многообразие партитуры Стравинского. «Весна…» — это ломка, трансформация и динамика стилей и форм, решений и композиций.

    Авторство еще одной ранней версии «Весны…» принадлежит Леониду Мясину (1920). В сравнении с версией Нижинского, хореография которого позволяла телу танцовщика выявлять собственные возможности в новых движениях, развёрнутые композиции Мясина были ориентированы на пространственные концепции танца. Сам Стравинский сравнивал архитектоническое строение балета Мясина со своей музыкальной концепцией. Мясин свободно интерпретировал сюжет, исходя из музыки, сделав первый шаг к становлению балета новой эпохи — симфонического.

    Римская версия хореографа Ауреля Милоша 1941 года особого успеха не имела. Следующая постановка принадлежит Мари Вигман(Германия, 1957 год). Она возвысила плоскость сцены, словно образовав подиум, где стройные ряды девушек в длинных черных платьях двигались, создавая в танце различные геометрические фигуры. Позы «поклонения Земле» в 1959 году обретут второе дыхание в знаменитой «Весне…» Мориса Бежара. С той разницей, что это будет мужская молитва диких лесных людей, не знающих никаких покаяния и пощады… Бежар также отойдет от славянской ориентации на либретто, его хореография будто предвещала не древние, а современные мотивы происходящего.

    Еще одним хореографом, самостоятельно взявшимся за хореографию «Весны священной», стала девяностолетняя Марта Грехэм — одна из бывших исполнительниц роли Избранницы в спектакле Л.Мясина (1930). Ей было важно реализовать силу ритуала, она не стремилась следовать какому-либо определенному сценарию. В 70-е годы сразу две «Весны…» обрушились на Европу: гамбургская Джона Ноймайера («Le Sacre») и вуппертальская — Пины Бауш. Если музыку Стравинского называли сигналами во тьме, то, пожалуй, никто другой, как Бауш не выразил так четко конечность этих сигналов. Обнаженная форма движений носила характер убийственных разрывов человеческой сущности.

    В 80-х шведский хореограф Матс Эк, видевший расцвет «Весны…» у Бежара и оценивший ее женственность у Грехэм, снова обратился к сакральной музыке Стравинского. С труппой Кульберг-балет Эк попытался соединить идею принципиально новой музыки (начала века) и принципиально нового кинематографа (60-х годов). Музыка Стравинского и мотивы фильмов Курасавы, синтез западной хореографии и восточного танца, стали точками отсчета в философии балета Эка.

    Наиболее приближенной к оригинальной хореографии Вацлава Нижинского и сценографическому оформлению Николая Рериха считается версия Миллисент Ходсон и Кеннета Арчера в исполнении труппы «Джоффри-балле» (1987), созданная по воспоминаниям и описаниям очевидцев и архивным материалам. На российской сцене «Весна…» впервые увидела свет рампы в 1965 году на сцене Большого театра в хореографии Натальи Касаткиной и Владимира Василёва. В 1969 году «Весна» достигла берегов Невы и была повторена этими же балетмейстерами в Ленинградском Малом театре оперы и балета, затем хореографы поставили «Весну…» в руководимом ими Театре классического балета в Москве.

    Русские «по ту сторону» тоже не стояли в стороне от «Весны…»:Барышников исполнил партию Юноши в спектакле Гленна Тетли в труппе «Американ балле тиэтр»; Валерий Панов — на сцене «Дойче опер» в Берлине, а позже в Антверпене, в труппе Королевского балета Фландрии.

    У современных европейских версий «Весны…» мало общего с формой ритуала Древней Руси. Они почти полностью лишены каких-либо русских мотивов. Текст танца становится объемным, мультикультурным, все более интенсивным и полифоничным. В тех последних версиях, которые мне удалось видеть в Германии и Швейцарии: Рихарда Верлока в Базеле, Антонио Гомеса на сцене театра Маннхайма, Юрия Фамосав Дюссельдорфе — ритм и пульсация внешней формы выходят на первый план, отодвигая в тень содержание и смысл происходящего.

    Будут ли в «Весне…» ХХI века превалировать столь модные в балетных конструкциях второй половины ХХ века жесткость и агрессия, покажет время. Можно предположить, что жертвенность в том ритуальном смысле, какой изначально подразумевался в либретто Стравинского-Рериха, после всех трагических реалий ушедшего столетия, будет принимать все более абстрактный, философский оттенок, уходя от конкретной формы человеческой жертвы как таковой.

  • Ольга Тотухова

    Возможно ли передавать балетные сказки, основанные на культе балерины (трансцендентного существа на пуантах), средствами «современного танца», где женщина открывается во всей своей противоречивости, естестве, освобожденной от условностей? Шведский режиссер и хореограф Матс Эк утверждает своими балетами, что возможно.

  • Риитта-Леена Лемпинен-Веса Itä-Savo.

    Созданный Кириллом Симоновым балет «Ромео и Джульетта» — грандиозный опыт, который делает классический балет современным, настоящим и трогательным. Контраст блистательной музыки Прокофьева и неистовой хореографии Симонова заставляет пробудиться.
    В версии Петрозаводского театра нет ничего мелкого и декоративного, напротив, эстетика яростная и имеет вкус жизни. Язык движений Симонова неистово красив, он воздействует более непосредственно и глубоко, чем традиционный классический балет.
    Это один из ответов на вопрос, есть ли будущее у классического балета или он останется реликвией идеалов красоты XIX века. Симонов показывает, что у этой формы искусства есть что сказать новым поколениям, и что оно впитывает в себя окружающий мир.

  • Юрий Сидоров

    Да, планы впечатляют. Но беспокоит усиливающаяся тенденция ставить классические спектакли в «современной версии», здесь речь идет о «Золушке», которая тоже стала классикой. Чаще всего это сводится к искажению авторского замысла и показывает только амбиции «самовыражения режиссера». Недаром от музыкального руководства такими спектаклями всегда отказываются, например, Владимир Федосеев, Юрий Темирканов, Александр Дмитриев, не желающие участвовать в искажении классики. Ставьте современный балет, на новую современную музыку — и самовыражайтесь. Но не трогайте Чайковского, Прокофьева и других гениев.

  • Театрал

    Планы впечатляют — ни один театр не готовит столько премьер. Можно пожелать только удачи.