Главное, Культура

«Я не листок, гонимый ветром…»

Катя Лобастова и ее первая дорожка

«Как бабушка я довольна тем, что реализовалась моя потребность передавать знания и умения «племени младому». В итоге родилось нечто новое: я ощутила себя в новой роли – продолжателя родовых традиций и проводника юного создания в мир древних знаний».

 

Завершается проект «Ниточка счастья» Музея изобразительных искусств Республики Карелия, поддержанный благотворительным Фондом Тимченко. Его организаторы, координатор-педагог Марина Коршакова ставили своей целью научить нас бережно относиться к вещам, помочь укрепить связи между поколениями бабушек и внуков. Думаю, они успешно справились с этим.

Те задачи, которые я ставила перед собой как участник проекта, мною выполнены, и я вполне удовлетворена результатами. Лично мною получено то, чего ищу везде и во всём: радость открытия, процесса узнавания нового,  плодотворного общения, совместного труда. Как бабушка я довольна тем, что была реализована моя потребность передавать знания и умения «племени младому», быть учителем и помощником. В итоге родилось нечто новое: я ощутила себя в новой роли – продолжателя родовых традиций и проводника юного создания в мир древних знаний и традиций, и эта роль мне очень нравится. Погружение в материал неожиданно для меня самой вызвало полузабытые картины из прошлого. Эти воспоминания из моей жизни и жизни моих бабушек мне захотелось передать внукам и всем, кому это может быть интересно.

 

«Пряжа  — нить, как жизнь, пуповина, преемственность, очерёдность, ряд, а также судьба» 

dic.academic.ru

 

В детстве доводилось мне подолгу жить у бабушек в деревнях – то у маминой  мамы, то у папиной. Деревни эти были далеко одна от другой, но относились в досюльные времена к одной  губернии – бывшей Олонецкой. Дома у бабушек были огромные, рубленые из толстых бревен, двухэтажные, по пять окон на улицу. Как в карельской загадке «Пять у нас, пять у вас, пять – у всей деревни».

В каждой избе была большая печь, а полы из широченных плах покрыты домоткаными дорожками. В углу стояла лохань с подвешенным над ней глиняным двухносым умывальником. Чтобы помыть руки, нужно было взять умывальник двумя ладонями за бока и наклонить к себе, да так наклонить, чтоб вода из носика лилась тебе в ладони, а не мимо! Чай пили только из самовара, чайников не было вовсе. Летом спали в сенях в пологу на сенных матрасах.

Бабушки во времена моего детства были настоящие: голова повязана платочком, юбка долгая почти до полу. В хлеву у бабушки мычала корова с теленком, блеяли овечки. Каждое утро и вечер бабушка гремела подойником и приносила в дом парное молоко. Мы его ждали с нетерпением – я и кошка. Мне молоко наливалось в бокальчик, а кошке – в углубление на полу, когда-то выжженное выпавшей из печки головнёй.

Рано утром корову и овец выпускали со двора в стадо. Железные ботала гремели, пастух кричал, коровы ревели. Стадо прогоняли за деревню на пастьбу в лес. Вечером стадо возвращалось, и деревня снова оглашалась надрывным мычанием и блеянием. Встречать животных с хлебом в руках было нашим вечерним удовольствием. Мокрый скользкий коровий нос тыкался в ладони, а шершавый язык подхватывал горбушку с солью. Овечки наперебой прыгали и тянули свои шеи за угощением. Нужно было честно поделить хлеб между всеми, а в такой сутолоке это было нелегко.

Скотине нужно сено, потому каждое лето вся семья – стар и мал – работала на сенокосе. Сенокос – дело нелегкое, но какое праздничное, веселое! Цветущие луга с земляничными полянами, родник, шалаш и дымный костер для спасения от слепней – звуки и запахи их незабываемы. А изготовленные папой берестяные черпачки для питья ключевой воды прямо из родника и коробочки для земляники были удивительны, чудесны! А еще были свистульки из ольховой ветки, вырезанные тут же, в перерыве на отдых, у костерка. Всё это рождалось как бы из ничего, возникало в папиных руках споро, ловко. Дед был стар и уже не мог косить. Он правил косы, отбивал их на бабке и точил наждачным камнем, выстругивал зубья для грабель взамен сломанных. Мог и походить с граблями, поворошить сохнущее на пожне сено.

 

Дом, в котором я получила первые уроки прядения и ткачества,  пока еще жив, но уже принадлежит чужим людям
Дом, в котором я получила первые уроки прядения и ткачества, пока еще жив, но уже принадлежит чужим людям

Когда летняя страда подходила к концу, бабушки вносили в горницу ткацкий стан и доставали из сеней прялку. А еще кучу овечьей шерсти и карды – щетки, которыми шерсть чесали. Шерсть остро и пряно пахла овцами, в ней встречались сухие колючки чертополоха, сенная труха. Перед прядением ее нужно было хорошенько расчесать, «кАрдать», как говорили бабушки, и очистить от мусора. Однажды я помогала стричь овцу. Ее стригли в сенях на полу большими ножницами. Повалили на пол и держали вдвоем, а третий человек стриг. Бедная, как она билась в наших руках, думала, наверное, что приходит ей конец.

Прялка у бабушки была очень простая, черная, изготовленная из куска елового ствола с корнем, в виде буквы Г. Поставив прялку на лавку, на короткую ее часть садилась пряха. К длинной стороне она привязывала пучок расчесанной шерсти, брала в руки веретено,  и вот тут-то и начиналось то самое действо, завораживающее, которое весь род людской во все времена считал священнодействием.

На этой самой прялке меня научили прясть и я храню ее у себя, этого свидетеля ушедшей эпохи, этот атрибут многочисленной патриархальной семьи, фамильного древа, утерявшего в грозном ХХ веке большую часть своих ветвей.

Устанавливался стан, или кросно, как в наших краях его называли, надолго – всю осень и зиму стоял он в горнице, до нового лета, до новой страды. Всю темную половину года при свете керосиновой лампы женщины чесали и пряли шерсть и ткали дорожки. Только в 60-х годах ХХ века, уже на моей памяти, засветилась лампочка Ильича в горницах моих бабушек.

Девочек в крестьянских семьях начинали приучать к прядению и ткачеству с ранних лет. Никто не мог сидеть дома праздно, «сложа руки»,  и дети трудились.

Непряденая шерсть и карды
Непряденая шерсть и карды

 

Прялка с куделью. Музей п. Калевала
Прялка с куделью. Музей п. Калевала
Рабочее место современной пряхи. Электропрялка «Беларусь» советских времен
Рабочее место современной пряхи. Электропрялка «Беларусь» советских времен

 

Моталка тоже советских времен. Я несколько лет назад купила ее в Финляндии в сэкондхенде, как чувствовала, что она мне когда-нибудь понадобится. С помощью моталки можно не только смотать пряжу из клубка в пасмы и наоборот, но и определить длину полученной нити.

Этому половику 45 лет, работа моей бабушки Пешеевой Антонины Васильевны,      д.Шапша Лодейнопольского района Ленинградской области
Этому половику 45 лет, работа моей бабушки Антонины Васильевны Пешеевой, д. Шапша Лодейнопольского района Ленинградской области

Бабушка Антонина Васильевна была искусной ткачихой, и мне жаль, что я  только сейчас это поняла. Как мне представляется, ткачество было ее любимым делом, творчеством, в котором она выражала своё понимание красоты, чувство прекрасного.  Ее дорожки отличаются удивительной сдержанной красотой, прочностью и тонкостью. Сотканы они очень плотно и ровно, и каждая украшена традиционными узорами. Моя мечта  — научиться ткать так же хорошо.

Сидя за станком, прибивая ткань бердом, пробрасывая челнок в зев, чередуя ремизки, я ощутила себя причастной чему-то очень ценному, огромному и главному в мире и пережила огромную радость. Во мне мощно звучало как в хоре голосов: «Я создаю то, чего раньше не существовало. Я продолжаю то, что веками творили до меня мои пращуры. Я не случайно живу на свете, я не листок, гонимый ветром. Голос Рода, голос крови звучит во мне, я – звено в крепкой цепи поколений. Мои корни – здесь, в этой земле!»

В ткацкой мастерской Центра народного творчества современные ткацкие станы,     позволяющие ткать широкие полотна различного типа переплетения нитей
В ткацкой мастерской Центра народного творчества современные ткацкие станы, позволяющие ткать широкие полотна различного типа переплетения нитей

Спряденную нить и сотканную ткань люди уже в древности научились красить естественными, природными красителями, получаемыми из растительного, животного и минерального царств. Так, зелёный цвет получали из листьев крапивы; желто-зеленый – из пижмы, желтый — из луковой шелухи, бежевый – из черноплодной рябины.

Взаимодействие в процессе работы  - важная часть воспитания. Так творится история человека, семьи и Рода. Участники проекта Екатерина Лобастова и Мария Савандер
Взаимодействие в процессе работы  — важная часть воспитания. Так творится история человека, семьи и Рода. Автор публикации Екатерина Лобастова и Мария Савандер

 

Иметь и разместить ткацкий стан у себя дома далеко не каждый желающий может позволить себе. Тем, кому это недоступно, очень советую освоить изготовление поясов на дощечках в технике полутканья. Эта техника несложная и очень приятная. Притом совсем не затратная и востребованная в современной жизни. Сейчас домотканые пояса и тесьма нужны многим – и реконструкторам исторических костюмов, и народным ансамблям, и дизайнерам одежды в народном стиле.  Кроме того, из поясов можно сотворить и широкое полотно.

Мой первый пояс в работе
Мой первый пояс в работе
Внучка Маша ткёт поясок на дощечках
Внучка Маша ткёт поясок на дощечках

Валяние  войлока из овечьей шерсти — древнее ремесло, зародившееся и развившееся до уровня искусства у народов-кочевников, основным занятием которых было скотоводство. Для народов, населявших Север, войлок всегда был нужен для изготовления зимней обуви — валенок. В валенках в морозы теплее, чем в кожаных сапогах.

В современной жизни в качестве исходного сырья для валяния используется фабричная крашеная шерсть различного качества, с богатой палитрой красок и оттенков. Для декорирования валяных изделий применяются и другие натуральные и искусственные материалы – непряденый лён, шелк, цветная пряжа, тонкие ткани, кружево. Все эти материалы приваливаются к войлочному полотну. Что делают мастерицы – валяльщицы? Всё — от картин до обуви. Тончайшие шарфы и валяные прочные тапки, шапки и шляпы, сумки и игрушки. Есть даже мастера, которые валяют мебель!

Сумочка из войлока на тканом ремне с застежкой «молния»
Сумочка из войлока на тканом ремне с застежкой «молния»

Надеюсь, моей внучке эти знания пригодятся, и она захочет и сможет передать их в будущее. В этом главная цель и смысл  — не дать прерваться связи времён.

Фото автора

  • Дм.Новиков

    Очень интересно и хорошо написано! Спасибо!

  • гость

    Замечательная статья! Очень живая и искренняя!