Главное, Литература

Где-то в Карелии

В Лиексе состоялась Ярмарка возможностей, которая началась русским концертом.

Поезд  на Лиексу остановился где-то в конце платформы, очень тихо, посадку никто не объявил. О том, что поезд отправляется, я узнала только, услышав: «Со второй платформы отправляется поезд…». Благо, в Йоенсуу вокзальчик небольшой, поэтому я успела в последний вагон, и поезд весело помчался вперед, ненадолго запинаясь на полустанках. Городок Лиекса находится в девяноста пяти километрах от Йоенсуу. В Лиексе теперь живет карельский писатель Арви Пертту (писатель он и в Финляндии карельский, потому что Лиекса находится в финской Карелии), и там же состоялась 17 мая Ярмарка возможностей (Mahdollisuuksien tori), которая началась русским концертом, в котором соответственно я принимала участие.

 

Русская культура приятна сердцу  устроителю культурных программ Пентти Страниусу, поэтому в ближайшее время следует ожидать паломничества в Лиексу русских гостей. Дело это благодарное в смысле международного признания, но безвозмездное, поэтому держится не то что на энтузиазме, а вероятнее всего на том, что деятели худ.слова с обеих сторон на господдержку давно плюнули, но не вариться же в собственном соку!.. Вообще, той самой волны ненависти к России, о которой недавно писали местные СМИ, в Финляндии нет. Нет по большому счету и страха русского медведя, так, может, только на уровне шуток. В общем, русским гостям в Лиексе были рады.

Более того, в самой Лиексе  есть ансамбль русской песни «Matushkat», в котором поют бывшие российские гражданки, а нынче жители Лиесы. Репертуар у них традиционный (к слову, можно было бы и разнообразить) – «Калинка», «Кадриль», несколько известных финских песен… Барышни в русских сарафанах украшали и привокзальную площадь, на которой развернулись лотки. Человеку, мало знакомому с финской традицией проведения культурных мероприятий, выбранное место могло показаться странным, но вообще поэты в Финляндии выступают в местах именно странных, например, старых амбарах  и других экзотических строениях. В Лиексе концерт состоялся в помещении бывшего привокзального склада – там построена эстрада, расставлены лавки… Потом участников угостили гороховым супом, а молодежный духовой оркестр на перроне тем временем встречал поезд, идущий на Нурмес, который  останавливается в Лиексе всего на две минуты (тот самый, на котором приехала я). Пассажиры поезда не имели никакого представления о празднике и, пожалуй, так и не поняли, что плакаты «Добро пожаловать в Лиексу» и духовая музыка адресованы именно им. Те, кому повезло выйти в Лиексе, очень скромно, бочком, миновали оркестрантов и поспешили раствориться в толпе.

17 мая был как раз тот самый день, когда упала жара. Только вчера ветер рвал полы пальтушка, река Лиекса, давшая название городу, лежала свинцово-серая, недобрая, и вдруг сразу настало лето. Поэтому все вместе – жара, духовой оркестр, барышни в русских нарядах и гороховая похлебка на вокзале – создавали ощущение какого-то сна. Нет, вовсе не кошмарного, но очень странного, тягучего…

Потом мы гуляли по городу с Арви Пертту. Говорили о литературе и фотографировались возле местных достопримечательностей. Потом еще сидели на лавочке возле старого моста (построен в 1930-х годах). Там, в пойме реки, растут ивы с круглыми кронами, шныряют дрозды и сороки, а через этот мост в конце дня возвращаются домой трудящиеся. В некоторый момент я заметила, что товарищи трудящиеся выглядят весьма  странно. То есть они поголовно негры. Черные, шоколадные, лиловые… Они шли домой, в тот квартал, где теперь живут сомалийцы. Может быть, через сто лет они будут почти не отличаться от финнов.  Может быть.

А вообще интересно было бы смонтировать: мост в городке Лиекса, затерянном в финской Карелии. Начало ХХ века. Рабочие возвращаются с фабрики. Потом предвоенные годы, война, послевоенное время – что за люди возвращаются под вечер домой через тот же мост, какие едут машины. И вот наконец начало нового века… Нет, сюр какой-то. Продолжение сна.

Встречают поезд
Встречают поезд
Открытие ярмарки
Открытие ярмарки
Духовой оркестр
Духовой оркестр
Ансамбль русской песни «Matushkat»
Ансамбль русской песни «Matushkat»
Памятник основателю
Памятник основателю
У моста
У моста

Фото Арви Пертту

  • Про негров и сомалийцев

    То есть они поголовно негры. Черные, шоколадные, лиловые… Они шли домой, в тот квартал, где теперь
    живут сомалийцы.
    ————————
    «…Решил выложить фотографии сомалийцев и негров.
    Как говорится, почувствуйте разницу»: http://yaroslav52.livejournal.com/567.html

    • Яна Жемойтелите

      Значит, живут в квартале сомалийцы. а работают одни негры. Пардон за отступление от принципов толерантности.

      • Про негров и сомалийцев

        «Asun Lieksan Partalanmäellä. Alue ei ole kaupungin ”ulkomaalaisin”, mutta
        naapurikortteileissani asuu sekä somaleja että irakilaisia ja venäläisiä: http://blogit.kansanuutiset.fi/oisinajattelija/lieksa-mainettaan-parempi-kotikaupunkini/

        Пентти Страниус упомянул живущих в соседнем квартале
        сомалийцев, иракцев и русских, но почему-то не вспомнил о неграх.

        «Lieksassa asuu turvapaikan saaneita henkilöitä noin 400. Hersin mukaan pääsääntöisesti
        kaikki aikuiset pakolaiset ovat opiskelemassa. Hersi iloitsee siitä, että
        Lieksassa voi esimerkiksi opiskella nyt linja-auton kuljettajaksi ja siten
        työllistyä hyvin»: http://yle.fi/uutiset/lieksan_somalit_olemme_kaikki_ihmisia_tasa-arvoisia_ja_yhta_arvokkaita/7108407?origin=rss

        Может, «черные, шоколадные, лиловые» – это и есть получившие
        убежище в Финляндии сомалийцы, которые возвращались с учебных курсов домой?

        • Яна Жемойтелите

          Не, эти чернокожие были. Как будто ночи напролет разгружали вагоны с углем.

          • Про негров и сомалийцев

            Так ведь сомалийцы тоже не белокожие. К тому же, согласно
            тексту, возвращались домой «черные, шоколадные, лиловые…»

  • Геннадий Соловьев

    Примерно так проходили праздники в 80-х в карельских райцентрах… Все похоже, за исключением трудящихся, которые «поголовно негры». Хотя были трудящиеся, что коровники и малоэтажные дома строили, и видны сейчас надписи на домах: «Грозный», например… Сейчас у нас ни трудящихся, ни коровников, и жилье лет 30 не строится…

    • Яна Жемойтелите

      Когда я проезжаю мимо этого дома с надписью «Грозный», всякий раз удивляюсь, насколько с течением времени меняется информация, которую транслирует один и тот же текст. В восьмидесятые надпись просто сообщала, что здесь работал стройотряд из Грозного. Тогда и в страшном сне не могло привидеться то, что случится в Чечне через какие-то десять лет. Потом эта надпись буквально кричала: «Грозный!», а теперь звучит как неусыпное напоминание о войне… Это к слову пришлось, совсем не по теме статьи.