Школа и вуз

Китайский путь и корейский рывок

Фото www.uwosh.edu

Почему на школьных олимпиадах Китай и Корея опережают Россию? Почему ЕГЭ стал одной из причин падения уровня математического образования?

Закончилась 54-я Международная математическая олимпиада, проходившая в далекой Колумбии, в городе Санта-Марта. Российская сборная выступила с успехом, поделив с американцами командное третье место — четыре золотых и две серебряные медали. (Одну из золотых медалей завоевал петрозаводчанин Егор Воронецкий. — «Лицей»)

О том, какие регионы больше усилий вкладывают в работу со способными детьми, почему Китай и Корея опережают Россию на международных олимпиадах, и о судьбоносной роли ЕГЭ обозреватель «Olimpiada.ru» поговорил с руководителем российской  национальной сборной по математике и доцентом Физтеха Назаром Агахановым.

– Чем отличается олимпиада этого года от соревнований предыдущих лет?

– Два предыдущих года мы явно ощущали демографическую яму: ведь чем меньше детей, тем меньше среди них талантливых. И у нас были проблемы с формированием сильной команды. Но в этом году ситуация изменилась, и Россия добилась хороших результатов.

 

– Но, как всегда, первые китайцы?

– Да. И Южная Корея. У  Китая и Южной Кореи –  по пять золотых медалей и по одной серебряной. Отмечу, что эти две страны в этом году в числе лидеров на международных олимпиадах практически по всем предметам. Третье и четвертое место поделили мы и американцы: по четыре золота и по два серебра. Потом следует Вьетнам – три золота. По два золота у КНДР, Тайваня, Великобритании, Ирана, Канады и Хорватии. Хорошо выступили в этом году наши ближайшие соседи: у Украины 1 золотая медаль, 3 серебряные и 1 бронзовая, у Белоруссии 1 золотая, 2 серебряные и 3 бронзовые медали.

 

– Для Вьетнама три золотых медали это рывок?

– Они всегда выступают то лучше, то хуже. Стабильная четверка лучших команд мира – это та, которая определилась и в этот раз. В последнее время мы боролись за второе место с Америкой и Южной Кореей. Если говорить о рывке, то его сделали корейцы.

 

– За счет чего они этого добились?

– Они выбрали правильный путь: стали повышать качество общего образования во всей стране. В итоге постепенно это стало менять ситуацию и привело к успеху. Подъем массовой школы позволил раскрыть свои способности всем потенциально талантливым школьникам.  А затем уже лучших ребят со всей страны стали собирать в специализированные школы (раньше в школу в Пусане, сейчас – в Сеуле), где те учатся круглый год. Вся сборная фактически из одной школы: страна маленькая, и поэтому не представляет сложности собрать всех одаренных в естественных науках детей в одном месте.

 

– Но параллельно с этим они стараются повышать уровень обычного школьного образования?

– А иначе никак нельзя: для того, чтобы талантливого ребенка можно было на определенном этапе открыть, нужно, чтобы он изначально получал качественное образование. Может быть, и у нас в глубинке сидит гениальный ребенок, но у него нет учителя, который помог бы ему раскрыть свой талант.

– Каким образом успеха добиваются китайцы? Я понимаю, что там – полтора миллиарда населения, и потому им проще находить талантливых детей. Но ведь огромная Индия таких успехов не достигает...

– Китайский путь такой: они создали в каждой провинции школу №1, в которой преподавание ведется на высоком уровне. И дети стремятся попадать в эти лучшие школы (обучение в старших классах в Китае платное). Эта конкурентная среда способствует тому, чтобы родители отдавали своих детей в лучшие школы.

И еще: в Китае программы отличаются от наших. У них в таких школах, даже на гуманитарном отделении (arts), по три-пять часов в неделю физики, ежедневно есть уроки математики… Много времени отведено на естественные науки. Китай понимает, что современный мир – это мир высокий технологий, и без качественной подготовки по естественным наукам (особенно, по математике) –  нельзя быть в списке мировых держав.

 

– Сколько прошло лет со времени китайского перелома в подходе к школьному образованию?

— С середины 80-х годов, когда они вошли в международное олимпиадное движение, Китай начал перенимать опыт всех ведущих стран мира по работе с одаренными школьниками.

 

– Мне кажется, этот опыт был самым богатым у нас?

– Да. Благодаря  сохранению традиций советского и российского математического олимпиадного движения, мы продолжаем  конкурировать с другими странами. А еще успешность держится на том, что есть группа лиц, энтузиастов, занимающаяся подготовкой сборной, работой с одаренными детьми в самых разных точках страны.

 

– Насколько важной является поддержка таких людей со стороны руководства регионов?

– Это очень важно. В России успешными в олимпиадном движении являются те регионы, в которых энтузиасты получают поддержку со стороны чиновников или людей, занимающихся оргвопросами на местах. Сейчас по всем предметам, в том числе, по математике, лидерами являются Москва, Питер и Татарстан. В этих субъектах РФ работа энтузиастов действительно активно поддерживается местными властями. Важнее даже не финансовая поддержка, а моральная, организационная.

 



– Общий уровень нашей массовой школы  очень понизился?

 Он достаточно быстро падает. Традиции советской школы, где был хороший уровень, были постепенно разрушены. С начала 90-х годов в педагогические вузы стали поступать по остаточному принципу. Причина в том, что престижность учительского труда упала. В итоге сейчас эти учителя в массе своей и составляют костяк тех, кто работает в школе. Эти педагоги сильно уступают тем, кто был до них.

А еще, несомненно, одной из причин падения уровня математического образования явился ЕГЭ. Почему? На начальном этапе ЕГЭ по математике был ориентирован на школьный курс алгебры, а не геометрии. То есть, фактически, в письменной форме требовалось продемонстрировать свои умения выполнять алгоритмические действия. Но ведь на умение решать квадратные уравнения можно натренировать. И все учителя, в основном, направили свои усилия на отработку выполнения стандартных алгоритмов, которые включали задания по ЕГЭ.

 

А это не развивает творческие математические способности…

 Да. Творчество развивалось в первую очередь на уроках геометрии. Ведь доказательство теорем – это умение строить логические конструкции. Геометрия фактически выпала из школьной программы. Соответственно, обрыв произошел именно здесь. Сейчас эту проблему осознали, и в задания ЕГЭ стали включать содержательные (а не только одноходовые) задачи по геометрии. Но восстановление на прежнем уровне качества нашего математического образования – это крайне сложная задача.

А потом, ситуация, когда качество учительского труда оценивалось по отсутствию у его учеников двоек по ЕГЭ, привело к тому, что учителя стали в первую очередь работать с отстающими, пытаясь вытянуть их на минимальный уровень. А кончилось все и вовсе тем, что в последние годы баллы ЕГЭ просто стали покупать. Даже в московских школах в этом году родители сдавали определенные суммы (по 20 тысяч) и всем приносили готовые решения. В итоге, например, к нам, в Физтех приходят молодые люди со 100-балльными результатами по математике, и мы не имеем права их не зачислять. Но на собеседовании выясняется, что они не умеют решать  задачи заметно проще тех, которые предлагались на ЕГЭ.

Вырождение ЕГЭ в последние пару лет – это катастрофа для нашего образования: его самоценность просто исчезла. Сейчас все силы направлены не на учебу, а на правильный выбор человека, которому нужно просто отдать деньги. В такой ситуации оставшиеся сильные специализированные школы являются последним оплотом нашего образования.

Для чего еще нужна система хороших школ? Чтобы талантливого ребенка могли раскрыть. А еще: эти дети сильно отличаются от всех остальных, в первую очередь, своей мотивированностью, желанием учиться. А в обычной массовой школе они выглядят белыми воронами. Их могут забить даже физически.

 

Но специализированным школам сегодня грозит уничтожение…

 Ну да! Они разрушаются, в частности, за счет запрета на проведение конкурсных испытаний в начальной школе. Прием даже в статусные школы производится в порядке подачи документов родителями. И получается, что школы, уже на начальном этапе наполняются большим количеством посредственных детей, и потом школа уже не может выйти на какой-то уровень.

 

–  Вы считаете, что должен быть экзамен или собеседование?

-Да, конечно. Отбор должен быть обязательно!

 

Источник: Сайт 3.olimpiada.ru

Публикуется в сокращении

 

  • валерий савельев

    На наших глазах производится оглупление всего населения страны. Оглупление — это снижение в памяти людей объёма информации о жизни и методах применения этой информации в жизни. Для этого применяется очень простой метод — разрушение системности информации… Чтобы понять мысль, представьте себе: вы смотрите фильм, слушаете теорему и т.п. Фильм, теорема — это система фактов, связей между ними, выводов… Если в изложение системы вставить рекламу… Или на экзамене ЕГЭ запросить не представление о системе, а знание кусочка системы, то в умах людей будут не системные знания, а их обрывки, бесполезные в принятии решений и не приводящие к эффективным решениям.Я думаю, что все информационные работники прекрасно понимают, чем они занимаются в средствах массовой информации, частью которых являются и учебные заведения.Но за лишнюю по сравнению с рядом живущими коллегами копейку они делают своё преступления в надежде что не их злодеяние окажется главным в грядущей подготавливаемой ими катастрофе. Что делать? Для начала перестаньте подавать руку журналистам и педагогам за то, что они работают в системе разрушения интеллекта народа. Пока я слышал только об одном случае сознательной акции против оглупления населения: рассказывали, что одна из студенток вышла к министру образования России Фурсенко на собрании ВУЗа с букетом цветов и прилюдно отходила его по лицу этим букетом цветов.