Главное, История, Общество, Свободная трибуна

В ожидании скандальной книги

Фрагмент обложки книги Алексис Пери. Фото: hup.harvard.edu

«Воспоминания Лихачева неоднократно переиздавались. И никто их громко не критиковал.  В первую очередь потому, что авторитет Дмитрия Сергеевича этого не позволил. Книге Алексис Пери досталось «по самое не хочу», не только как историку, а в первую очередь за то, что она американка».

Петербургский писатель, журналист и переводчик о еще не вышедшей в России, но уже ставшей скандальной книге американки Алексис Пери «Война внутри. Дневники Ленинградской блокады».

Я благодарен громкоговорящим деятелям Милонову, Доренко, а также телепрограмме Первого канала «Время покажет» за рекламу этой книги. Хотя они хотели как раз обратного. Выступили резко против нее, назвав ее кощунственной по отношению к блокадному подвигу ленинградцев. Обвинили Пери в том, что она показала лишь негативные стороны жизни блокадного города. Обвинили, еще не прочитав самой книги, ориентируясь лишь на интервью с американским историком в газете «Гардиан».

Но они, сами не зная того, ознакомились с усеченным вариантом статьи, переведенной на русский язык в «ИноСМИ». В том виде, который стал им доступен, статья, действительно, неприглядно показывает ленинградцев. Оказывается, это не вся статья. Из нее вырезан целый кусок. «ИноСМИ» – московская структура, она переводит и распространяет в Интернете яркие заметки зарубежной прессы – не только о России, но и о знаковых мировых событиях. Я не буду сейчас домысливать, почему редакция «ИноСМИ» выбросила кусок перевода, но тональность статьи от этого, несомненно, изменилась.

Приведу этот не вставленный в статью отрывок в своем переводе:

Она (Алексис Пери) рассказала о своем глубоком уважении к жителям города и о том, что они пережили:

– «Ленинградцы – подлинные герои за все то, что они выдержали. Они прошли через немыслимые страдания. Что интересно, в своих дневниках они не называют героических дат.

Они не рассказывают о героическом сопротивлении, описывая свою битву за выживание, они находят другие выражения для описания страданий. Они обращаются к литературе, истории и т.д. В своей книге я исследую альтернативные пути, озвучивая мученичество во время блокады. Моя цель заключается не в отрицании историй героического сопротивления, а в показе новых оценок блокадного опыта».

В книге Алексис Пери на 400 страницах приведены отрывки из 125 дневников, которые она в течение шести лет жизни в Санкт-Петербурге отыскивала в городских архивах. Оказывается, многие из этих дневников за 70 послевоенных лет даже никем не открывались. Так и лежали, покрываясь пылью. Думается, что автору книги надо сказать спасибо хотя бы за этот поиск и перевод дневников на английский язык. Благодаря Алексис Пери с нами теперь говорят из военного времени наши соотечественники. Ожили их имена, родственники теперь узнают, что делали в блокаду их бабушки и дедушки. Одно это уже заслуживает похвалы.

Мне могут возразить: там же содержатся нелицеприятные характеристики блокадной жизни. Давайте опять обратимся к интервью с Алексис Пери. Вот что она говорит:

«Блокада превратилась во внутреннюю битву с голодом и изоляцией, которая присутствовала во всех аспектах повседневной жизни и в каждом уголке сознания. В этом было большое отличие от того, как ее всегда представляли — как открытое столкновение немцев с советским народом… Этим ленинградские дневники отличаются от дневников с полей сражений — битв за Москву и Сталинград — где есть ясный и понятный враг, и этот враг внешний. А во время голода враг проникает вовнутрь».

В рассказе Ольги Берггольц «Гутен морген, Фриц» я обнаружил схожую мысль: «Мало кто из нас, ленинградцев, видел живых немцев во время блокады. Мы имели дело с врагами-невидимками, и это было, наверное, мучительнее, чем иметь дело с врагом, лицо которого видишь».

Почему тем, кто критикует еще непрочитанную книгу Пери, хочется видеть лишь один только подвиг? Ведь тем самым они отрицают, что житель блокадного Ленинграда из-за обстоятельств, которые были выше его жизненных сил, мог терять человеческий облик, способен был совершать самые постыдные поступки, на которые в мирной, сытой жизни никогда бы не сподобился. Так ведь бывало, и не единожды.

Дмитрий Лихачев в своих «Воспоминаниях» в главе «Блокада» убедительно доказывает это. Вот его слова: «В голод люди показали себя, обнажились, освободились от всяческой мишуры: одни оказались замечательные, беспримерные герои, другие — злодеи, мерзавцы, убийцы, людоеды».

А вот совсем страшная характеристика у Лихачева:

«Модзалевские уехали из Ленинграда, бросив умиравшую дочурку в больнице. Этим они спасли жизнь других своих детей. Эйхенбаумы кормили одну из дочек, так как иначе умерли бы обе. Салтыковы весной, уезжая из Ленинграда, оставили на перроне Финляндского вокзала свою мать привязанной к саночкам, так как ее не пропустил саннадзор. Оставляли умирающих матерей, отцов, жен, детей; переставали кормить тех, кого «бесполезно» было кормить; выбирали, кого из детей спасти; покидали в стационарах, в больницах, на перроне, в промерзших квартирах, чтобы спастись самим; обирали умерших — искали у них золотые вещи; выдирали золотые зубы; отрезали пальцы, чтобы снять обручальные кольца у умерших — мужа или жены; раздевали трупы на улице, чтобы забрать у них теплые вещи для живых; отрезали остатки иссохшей кожи на трупах, чтобы сварить из нее суп для детей; готовы были отрезать мясо у себя для детей. Покидаемые — оставались безмолвно, писали дневники и записки, чтобы после хоть кто-нибудь узнал о том, как умирали миллионы».

Наверное, какой-нибудь из 125 дневников тоже мог быть написан покинутым человеком.

Лихачевские воспоминания о блокаде под названием «Как мы остались живы» напечатали в январе 1991 года в первом номере журнала «Нева». С тех пор его воспоминания неоднократно переиздавались. И никто их громко не критиковал.  В первую очередь потому, что авторитет Дмитрия Сергеевича этого не позволил. Книге Алексис Пери досталось «по самое не хочу», не только как историку, а в первую очередь за то, что она американка. Но я бы хотел привлечь внимание критиков к недавнему телефонному разговору президента России Владимира Путина с его коллегой из США Дональдом Трампом. Путин передал «привет американскому народу, к которому в России относятся с симпатией».

Уверен, что книгу в России будут читать многие, не только жители Санкт-Петербурга. Как я уже сказал, скандальная история со статьей об этой книге пошла ей на пользу. Теперь остается только ждать, кто из крупных издателей возьмется за перевод и публикацию этой книги. Думаю, это время совсем не за горами.

 

 

  • Константин Тухтаров

    Весьма удручает, что у нас так любят подвергать запрету и хулить искусство «загнивающего запада». При все том, что ненужные шутовские депутаты, вроде Виталия («нам этого здесь не надо») Милонова, вовсе не знакомятся с конечным результатом, но уже грозятся приравнять его к «Майн кампфу»(!) после прочтения вырванного из контекста куска переведенной статьи. Однако в сущности, как в случае с недавним скандалом вокруг «Матильды» Учителя , этот инцидент лишь подогреет интерес общественности к книге неизвестного в нашей стране писателя.

  • Наталья Мешкова

    Как модератор комментариев на сайте удалила два последних комментария как не имеющие отношения к нормам цивилизованного ведения дискуссии.

    Напоминаю наши Правила комментирования:

    Комментарии должны соответствовать тематике статьи.

    Участники обсуждения могут подписывать свои сообщения как настоящими именами, так и псевдонимами.

    Не разрешается использовать в качестве подписи настоящие имена посторонних людей.

    В сообщениях не должно содержаться грубых нарушений этикета общения в Сети:

    — использования заголовков, полностью состоящих из заглавных букв, за исключением сокращений;

    — чрезмерного использования знаков препинания в текстах и заголовках сообщений, в том числе «смайликов»;

    — «сверхцитирования» собеседника, когда оригинальное сообщение занимает менее 30% текста.

    — отправки нескольких сообщений с одинаковым текстом или смыслом.

    Не набирайте ваши сообщения большими буквами — иначе у собеседников возникает впечатление, что вы все время КРИЧИТЕ.

    Не допускается публикация сообщений, содержание которых входит в противоречие с законодательством РФ. В том числе комментарии не должны содержать призывы к совершению деяний, определяемых Федеральным законом от 25 июля 2002 года N 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» как экстремистская деятельность, либо иным способом побуждать к таким деяниям, а также обосновывать или оправдывать экстремизм. Запрещается агитация, возбуждающая социальную, расовую, национальную или религиозную рознь, унижающая национальное достоинство, пропагандирующая исключительность, превосходство либо неполноценность граждан по признаку их отношения к религии, социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности, а также агитация, при проведении которой осуществляются пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени их смешения

    В комментариях недопустимо размещение сообщений рекламного характера либо объявлений.
    Модератор следит за соблюдением норм цивилизованного ведения дискуссий на сайте.

    Модератор имеет право не допускать к публикации и удалять сообщения, которые нарушают правила.

    В спорных ситуациях решающим является мнение модератора.

    Не допускается публичное обсуждение политики модерирования. Если Вы считаете действия модератора несправедливыми, напишите об этом редактору журнала по адресу: licey1991@gmail.com

    • Спасибо, Наталья. Надеюсь, Вы их прочли перед удалением.
      Помню, как-то Вы мне говорили, что не удаляете комментариев.
      Не понял, какому из критериев мои комментарии не соответствовали, но это вопрос дискуссионный.
      Политика сайта мне ясна. Спасибо.

  • Ну да, давить, так уж до конца.
    Всё правильно.

  • Хорошая книжка, ничего не скажешь.
    Ведь теперь можно, так просто, мимоходом, говорить о каннибализме в нашей стране.
    Вот как славно!
    И как же это мы, убогие, жили до сих пор без этакой «правды»-то, а…?
    Подвиг-то ленинградцев теперь становится оптимистичнее и возвышенней!
    Спасибо нашим любезным друзьям из-за границы!
    И интернет-изданию «Лицей» спасибо за эту публикацию!
    Прекрасное подрастает поколение у нас!

  • Ну да, вполне ожидаемый персонаж тут как тут.

  • АЛЕКСИС ПЕРИ
    Личность в осаде: самоанализ в дневниках жителей блокадного Ленинграда:
    http://histrf.ru/uploads/media/default/0001/09/5ee197442d658f2dd39062b7b7c498b929d808ea.pdf

  • Совершенно верно, теперь мы уже не по наслышке знаем, кто и что такое есть «враг внутренний». Спасибо за урок 1991-го года. После него мы уже лишились огромной массы территорий страны.

    Если кто-то думает, что «уже всё произошло», тот сильно ошибается.
    Это было только начало.

    Теперь мы всё чаще и чаще видим призывы к «субъектности Сибири» не только со стороны господина Штайнмайера, но и на русском языке. Да-да, в том числе и к этому самому «регионализму» нашей Карелии. Процесс всё ещё в пути. Нас ждут великие перемены.

    И, если вовремя не скажем «Стоп!» таким делам, этот процесс простым распадом России не закончится. Украина прекрасно нам всё это демонстрирует. Имеющие глаза – да увидят.

  • Т. Шестова

    Как писал Твардовский, «одна неправда нам в убыток, и только правда ко двору». Безумны попытки видеть в истории, в нашем прошлом одну парадную сторону. Кого хотят обмануть?! Мы знаем правду не из книг даже, хотя и из них тоже, — из рассказов наших родных, защищавших Родину, переживших блокаду, надорвавшихся от непосильной работы в тылу. Да и как лепили образ врага, тоже знаем не понаслышке.

    • >«Мы знаем правду не из книг даже, хотя и из них тоже, – из рассказов наших родных…»<
      ———————————-

      Всё меньше остается тех людей, кто что-то помнит и может рассказать.

      Семья двоюродной сестры моей мамы почти вся пережила первую блокадную зиму. За исключением сына-подростка. Весной 1942 года его одежду и кости обнаружили у соседей в сарае. Их арестовали и, наверное, расстреляли.

      В конце 1960-х я одно время снимал с приятелем комнату в районе Пороховых, в том районе снимал угол у пожилой коренной жительницы Питера и наш однокурсник. Однажды, зайдя к нему в гости, я спросил у его хозяйки, что ей помогло выжить в блокаду.

      «У меня были хорошие соседи, которые делились со мной своим пайком», – ответила она.

      Заметив мой недоуменный взгляд, пояснила: «Я не могла есть, как они, человечину, потому соседи и поддерживали меня частью своего пайка».

      Увидев, что я ещё больше удивлён, добавила: «Они никого не убивали, они отрезали куски мяса от умерших людей».