Люди

Сергей Курило: «Мы еще поборемся»

Фото из личного архива Сергея Курило
Сергей Курило

Он девять лет борется с раком. «Меня уже бы не было, если б не вы», — обращается он к друзьям и незнакомым людям, собирающим деньги на его лечение.

Сергей перенес уже четыре операции, множественные облучения и химиотерапии. Сейчас он ждет вызова, чтобы отправиться на лечение в Германию. Средств, сбор которых идет постоянно, осталось не более чем на две химиотерапии, а нужна еще одна операция в Германии. Сейчас денег на нее нет, а минимальная сумма операции снова будет исчисляться несколькими десятками тысяч евро. Это лечение, которое продлевает Сереже жизнь. Без помощи неравнодушных людей и друзей он бы не справился. «Меня бы уже не было, если бы не вы», — говорит Сережа.

 

…Будто не было этих лет разлуки, когда у меня рождались и подрастали дети, а он боролся с болезнью. Если бы не лежал под цветастым одеялом, я бы и не подумала, что что-то не так. С мягким черным ежиком недавно отросших волос, с зеленовато-грустными глазами… Да, ресницы не такие. Раньше они были нереально длинными. А сейчас стали обычными. Но он прежний, мой одноклассник Сережка.

Я все думала, что мне ему принести, и решила, что просто приду.  Вспоминала, что он любит особенно, и так почему-то и не вспомнила.

У нас было счастливое детство. В классе шестом, седьмом и даже еще в восьмом мы все жили одинаково сложно. Только в Сережиной семье детей было трое, а в моей я одна. Иногда после уроков мы заваливались  ко мне домой. Пили чай, обычно с сахаром и булкой. Было очень вкусно, когда к булке находилось масло или варенье. Тогда она уходила вся или почти вся. Моя бабушка резала ее, утирая слезы, и приговаривала:

— Вот и досыта ребятам не поесть. Булки и той вдосталь нет.

Сергей Курило (слева) в  поисковой экспедиции. 1997 год. Фото фото из архива поискового клуба «Север»

Так мы росли. Ходили в походы, ездили в поисковые и краеведческие лагеря. Ссорились, дружили, мирились и учились. В походе с Серым можно не бояться совсем. Если палатка, то поставлена как надо, окопана на случай частого карельского дождя. Костер — это костер, с запасом дров, воды для готовки и идеальным порядком даже в походных условиях. За нерадивость Серега и словцом хлестким мог подстегнуть, и локтем подпихнуть. Экспедиция — это тебе не санаторий. Делай как надо — или вали отсюда. Середины нет и не было никогда. Резкий Серега, и ничего с этим не поделаешь. Вот это  надолго нас развело.

А девять лет назад Серега серьезно заболел, без прогнозов на выздоровление. Плакать?  Хотелось  кинуть все и отправиться в лес: дышать полной грудью, есть ягоды, пить лесной чай и песни петь.

Мне кажется, именно это желание выбраться из каменного мешка его спасло. И он выбрался — в поход, к ребятам, к костру и палаткам. Он вернулся с того света, куда врачи отправили его умирать.

Началось все с банальной боли в спине. Грешили на тяжести, рюкзаки, экспедиции. Их было много. Хибины, Забайкалье, родная Карелия со сплавами на байдарках, лыжные походы в Кижи…  Спина и боль от перегрузки. Решили погреть. Лечение выписала участковый врач. Потом она три года не смотрела в глаза Сережке. Он простил. Простил, потому как если бы только ее ошибка. Потому как ей нужно жить дальше, нужно лечить и спасать людей. А потом была вторая ошибка — месяц ненужного лежания в больнице, когда не могли решить, что же делать с опухолью. И еще… молчание врача, который должен был посоветовать в момент выбора химиотерапии. В больнице не было нужного лекарства. Его заменили на другое, более вредное и менее эффективное. А всего-то и надо было посоветовать купить лекарство качественное и хорошее, хотя бы на первые два курса.

Как жила Сережина семья? Снова тяжело. Все деньги уходили на уколы, лекарства, уход. Родители всегда были рядом. Семья — это тот тыл, который тоже вынуждает Серегу жить и бороться. И я знаю, что он никогда не сознается, но у Сережи всегда есть Надежда. Именно так — с большой буквы. Это его сестра, двойняшка, с которой Сережа не похож внешне. Надя, даже если брат не хочет, посадит его на велотренажер, сделает укол, поесть заставит. А если надо,  с ложки накормит, спать уложит и сделает абсолютно все, чтобы он жил.

Еще у Сережки есть Любовь. Именно так, с большой буквы. Это его мама. Ничего не скажет, но сделает всё как надо. В школьные годы дети всегда были обстираны, обшиты, с модными рюкзаками, сшитыми мамой. С лета занимались заготовками: вкусное варенье, грибы, ягоды, рыба… Трудилась вся семья. Отдых начинался к концу октября, когда все было заготовлено и сделано. Наступал день рождения Сережи и Нади. Семья и друзья собиралась за одним дружным столом. Помню, мы всегда что-то с хохотом вспоминали, дурачились, но почти ничего не желали друг другу и не загадывали.

Сейчас у Сергея каждое утро начинается с горсти таблеток. Как сложится день, неизвестно. Боли страшные, иногда хочется кричать, кидать и бить то, что кидать и бить нельзя ни при каком раскладе. Он держится, несмотря на то, что порой обезболивающее приходится колоть без нужных интервалов.

Химия, которую Сергей из-за безденежья решил делать в Петрозаводске, прошла тяжело. Это несмотря на то что кололи импортные препараты. Все равно пришлось  искать доноров и помогли только чужие тромбоциты . Без помощи других людей, а очень часто и друзей, которые отдавали свою кровь или просили отдать ее своих знакомых, пришлось бы туго.

Сейчас надо готовиться к поездке в Германию, снова искать деньги.  Надежда на профессора, который уже несколько раз принимал важные решения, возвращавшие Сережу к жизни.

— Вот здесь, в груди у меня опухоль, — говорит Сергей. —  Если в Германии мне ее удалят, мы еще поборемся.  А вот там, — рукой Сережка тянется к спине,  — там тоже есть отросток. Буду просить его убрать.

Сережка вдруг скидывает одеяло, сгибается пополам, обхватывает ноги. Понимаю, что начался новый приступ боли…  

Одеваюсь, завязываю шнурки. Серега приползает на четвереньках попрощаться. Меня будто током ударило от мысли, что не будь у него такого  характера, он бы давно уже сдался. С Саркомой Юинга, считается,  не живут. А он живет и борется.

 

Как помочь Сергею Курило

 

Группа помощи Сергею Курило в Контакте: http://vk.com/club26475500

 

Реквизиты для оказания материальной помощи

4276 2500 1061 8494 КАРТА СБЕРБАНКА

ИНН Сергея 100115697976 Для организаций

На эти номера мобильных телефонов можно перечислять деньги:

8-960-212-00-09
8-960-213-99-66

Петрозаводский Филиал ОАО «Балтийский Банк»

НОМЕР КАРТЫ ОТПРАВЛЯЕМ ПО ЗАПРОСУ В ЛИЧКУ (обращайтесь к администраторам группы ВКонтакте)
счет № 40817810300124058013
ИНН 7834002576
БИК 048602752
к/с 30101810000000000752

Яндекс — деньги

41001473389468
Как перечислять деньги на Яндекс — Кошелёк 

 

Вебмани

R919696539224 — рублёвый
Z116725462185 — долларовый
E223696386386 —  евро
U552063624405 — гривны

Кошельки для перечисления в валюте:

AlertPay: newvisit@rambler.ru
PayPal: newvisit@rambler.ru
Liberty Reserve: U2663863

Киви-кошелек

+79114184209
(Как положить деньги на QIWI-кошелек http://www.osmp.ru/upload/osmp/doc/150410_1700/Popolnenie.pdf) 

Реквизиты в Карельском ОСБ №8628

Карельское ОСБ №8628, г.Петрозаводск
Корр/счет 30101810600000000673 в ГРКЦ НБ
Респ.Карелия, г.Петрозаводск, БИК 048602673
ИНН 7707083893, ОКПО 09741353, ОКОНХ 96130
Получатель: Курило Сергей Геннадьевич
Карельское ОСБ №8628
Счет получателя:
42307 810 3 2500 1508090 48

Валютный счет (в евро)
42307 978 9 2500 0000718 48

  • галина

    Вот это горе — человек ушел. Молодой, красивый, мужественный. Он боролся за жизнь, за каждый день и час жизни. Вместе с мамой и сестрой боролся. С этой борьбой, с этими страданиями и с этой утратой ничто не сравнится.

  • Александра

    Сережа навсегда останется жить в нашей памяти, в наших сердцах. Почитайте: http://gazeta-licey.ru/public/loss/item/4952-navsegda

  • ЛИБ

    Серёжа умер.

  • Александра Северная

    Сереже Курило прислали счет из Германии. На операцию потребуется 65 тысяч евро. Примерно 15 тысяч есть. К сбору — 50 тысяч евро, почти два миллиона рублей. Все подробности скоро появятся в Сережиной группе http://vk.com/club26475500.

  • Т.Шестова

    Сергей, сил вам! Сделаем,что можем. Держитесь!