Вернисаж с Ириной Ларионовой, Главное

«Он пронзает сердце, понимаете?»

Йоханнес Вермеер. Географ
Йоханнес Вермеер. Географ

В Эрмитаже в серии «Шедевры музеев мира»открылась выставка одной картины  — «Йоханнес Вермеер. «Географ».

Собираясь  в Эрмитаж, хотела прежде всего посмотреть выставку нашего соотечественника, гения ар-деко Романа Тыртова, или на французский манер Эртэ. И, конечно, мне хотелось взглянуть, на подлинного Вермеера, ведь в России нет ни одной картины одного  из величайших мастеров золотого века голландского искусства. «Всего одна картина, пусть даже и Вермеера, – думала я, – это  так мало…».  Но и  представить не могла, что единственная картина небольшого формата может  потрясти и пронзить сердце.

…Субботнее утро. Музей только открылся, и пока туристы, словно стайка воробьев,  фотографируются на парадной лестнице, спешу в зал с шедевром из музея Штедель во Франкфурте-на-Майне. Никого. Всматриваюсь в полотно за стеклом, наверное, бронированным, но не бликующим.

Имя этого художника известно всякому, кто интересуется искусством.  Ну кто не знает его потрясающую «Девушку с жемчужной сережкой»? И художественный фильм с тем же названием,  наверное, смотрели многие.  Сюжеты  произведений Вермеера незатейливы: «Дама, пишущая  письмо», «Женщина, держащая весы», «Женщина, читающая письмо», «Женщина с лютней». Две картины бессмертного голландца из 34-х сохранившихся  уже показали в Санкт-Петербурге: это были  «Дама в голубом, читающая письмо»  и «Любовное письмо» из собрания Рейксмузеума в Амстердаме.

Известный теоретик искусства Э. Гомбрих  называл такие картины натюрмортами с человеческими фигурами и говорил, что непросто растолковать, почему такие непритязательные полотна относится искусствоведами  к величайшим шедеврам мирового искусства, «но тот, кому посчастливилось видеть оригинал, согласится со мной: это – чудо».

Небольшая картина под названием «Географ» создана художником в 1669 году. Обычная для мастера, похожая на другие композиция у окна. В центре задумавшийся над картами или бумагами человек. Создается впечатление, что свет из окна комнаты, освещая все предметы, переливается  за раму и, как на машине времени,  погружает тебя в атмосферу солнечного дня 347 лет назад. Начинаешь ощущать тишину и прохладу солнечного утра и неспешность бытия. Глаза между тем всматриваются в предметы быта. Взгляд вслед за солнечным лучом скользит по складкам одежды и золотистого ковра, фиксирует светящиеся в контровом свете листы бумаги, замирает на мгновение на утонченных руках географа  и вновь останавливается на бледном лице увлеченного делом молодого мужчины. Какая-то метафизика, необъяснимая, непостижимая  загадка. Почему не оторваться от изображения?  Видимо, всё дело в особом живописном  языке Яна Вермеера, способном вознести зрителя даже спустя века над реальностью бытия.

«Почему Вермеер так сильно на нас влияет?– задает вопрос Ирина Александровна Антонова, называющая Вермеера сюрреалистом  в высоком смысле этого слова. И отвечает словами, с которыми невозможно не согласиться:  «Он пронзает сердце, понимаете? Он из простых вещей выводит нас в огромный мир…»

Картину Яна Вермеера можно увидеть в Эрмитаже до 20 ноября.

 

 

  • Алла

    Ирина, спасибо! Захотелось непременно посмотреть «вживую»).