Главное, Культура

Елена Богданова: «Главная наша задача — хранительство и охрана»

Так в эти осенние месяцы выглядит Преображенский храм. Фото Валентины Чаженгиной
Так в эти осенние месяцы выглядит Преображенский храм

Директор музея-заповедника «Кижи» рассказала «Лицею», приедут ли в этом году эксперты ЮНЕСКО, чтобы оценить ход реставрационных работ на Преображенском храме, обозначила позицию по стоимости проезда на остров, назвала приоритетное направление в работе музея и ответила на другие наши вопросы.

 

В середине сентября в музее-заповеднике «Кижи» прошел крупный международный форум, посвященный вопросам консервации, реставрации и изучения памятников деревянного зодчества «Системный подход к сохранению памятников деревянного зодчества».  В нем приняли участие специалисты из 10 стран.

 

Один из дней форума «Системный подход к сохранению памятников деревянного зодчества» его участники провели на острове Кижи. С Плотницким центром познакомил его начальник Андрей Ковальчук
Один из дней форума «Системный подход к сохранению памятников деревянного зодчества» его участники провели на острове Кижи. С Плотницким центром познакомил его начальник Андрей Ковальчук
В Плотницкий центр уже перевезен с Преображенского храма третий реставрационный пояс
В Плотницкий центр уже перевезен с Преображенского храма третий реставрационный пояс
Эта главка уже покрыта новыми лемехами. Участников форума интересовало, какие используются инструменты и технологии
Эта главка уже покрыта новыми лемехами. Участников форума интересовало, какие используются инструменты и технологии
Одну из групп сопровождал на острове руководитель службы по учету и хранению недвижимых памятников Александр Любимцев. Отвечать на вопросы ему приходилось не только на объектах, но и в автобусе и при посадке в него…
Одну из групп сопровождал на острове руководитель службы по учету и хранению недвижимых памятников Александр Любимцев. Отвечать на вопросы ему приходилось не только на объектах, но и в автобусе и при посадке в него…

В октябре на коллегии Министерства культуры России была утверждена Концепции развития музея на ближайшие 10 лет   2017-2027 годы (предварительно она обсуждалась в Общественном совете музея). В  ней отмечено, что «в настоящее время в музее происходит переход от преимущественно «реставрационного» подхода к сохранению памятников к «хранительскому», при котором необходимость в реставрации отдаляется во времени или не наступает совсем».

По сообщению пресс-службы музея «Кижи», на это обратили внимание и члены коллегии Минкульта.  Директор Исторического музея Алексей Левыкин  отметил, что в концепции «во главу угла поставлено сохранение объектов культурного наследия и создание инфраструктуры, без которой работа по сохранению невозможна».  Об этом наша беседа с директором музея-заповедника «Кижи» Еленой Богдановой.

 

Елена Богданова. Фото пресс-службы музея "Кижи"
Елена Богданова. Фото пресс-службы музея «Кижи»

– Елена Викторовна, можно сказать, что в деятельности музея появилось новое направление и сегодня оно выходит на первый план?

 Это не новое направление, и появилось оно в концепции в результате накопленного в предыдущие 15 лет опыта. В музее уже несколько лет действует служба по мониторингу и содержанию памятников, внедрена система их комплексного профилактического обслуживания, сочетающая мониторинг, консервацию и реставрацию. Это позволяет поддерживать одновременно большое количество объектов культурного наследия в хорошем состоянии при минимальных финансовых затратах.

Приобреталось специальное оборудование: резистограф для выявления скрытых дефектов древесины, запатентованная СВЧ пушка для уничтожения вредителей, системы неразрушающего контроля и другое. В штатном расписание музея появились специалисты таких непрофильных для музеев профессий, как, например, промышленный альпинизм. В результате процент памятников, не требующих комплексных реставрационных работ, вырос с 78,3 процента в 2012 году до 81,1 процента в 2015-м.

Работает промышленный альпинист
Работает промышленный альпинист

Всё это означает,  что наши специалисты, используя систему комплексного профилактического обслуживания, включающую мониторинговые и многоуровневые защитные мероприятия, научились  продлевать жизнь памятников деревянного зодчества за счет выполнения относительно недорогих, щадящих по отношению к памятнику профилактических мероприятий. Для этого необходимо и создание инфраструктуры: систем электроснабжения, пожарных водозаборов и т.д.

 

– Проще говоря, музей при гораздо меньших затратах, проводя постоянный мониторинг состояния памятников и профилактические мероприятия на них, сегодня может обойтись без дорогостоящей реставрации, которая воспринимается как хирургическая операция? Хотя при обсуждении концепции  в Минкульте были отмечены ее «особые находки» – позиционирование «Кижей» как музея дерева и музея реставрации. Это отметил директор Исторического музея  Левыкин. Еще он добавил, что если музеи дерева и реставрации  будут созданы, «Россия получит уникальный музей и научный центр мирового значения».

 Но если для спасения памятника нужны кардинальные, хирургические меры, такие, как полная комплексная реставрация, какие бы расходы ни требовались, эти работы выполняются.  Как в ситуации с Преображенским храмом.

 

– О чем бы мы ни говорили, но мимо этого вопроса не пройти. Приедут ли в этом году на остров эксперты ЮНЕСКО, чтобы оценить ход реставрационных работ?

 Нет, не приедут,  потому что реставрационные работы на храме в этом году не велись. Сейчас демонтирован  и перевезен в Плотницкий третий реставрационный пояс, там же идут работы по изготовлению лемехов для куполов. Эксперты не приедут, но вот представителей музея и Минкульта России  как нашего учредителя пригласили в штаб-квартиру ЮНЕСКО в Париже, куда мы и собираемся во второй половине октября.  Ожидаем, что будет  серьезный, предметный и очень важный для нас разговор.

 

– Так ли было актуально и обосновано требование Министерства культуры России предоставить проект завершения реставрационных работ на Преображенском храме, без которого Минкульт отказался даже финансировать  работы? Музей потерял целый  сезон…

 Мое мнение: такой проект был нужен и своевременен. Отмечу, что в сентябре мы получили больше 50 томов — их количество выросло, потому что некоторые из них разделили на отдельные тома, — проектной и рабочей документации, в которых подробно расписаны все необходимые дальнейшие действия. А помимо собственно реставрационных работ проект предусматривает дополнительные архитектурно-археологические и научно-реставрационные исследования памятника, организацию земельного участка и меры противопожарной безопасности, усиление исторических конструкций здания, демонтаж лифтинга и силового металлокаркаса, устройство ливневой канализации, монтаж элементов интерьера. И что еще важно, сделан анализ уже проведенных работ.

Выполнил проект институт  «Геореконструкция», наш партнер с первых дней реставрационных работ на Преображенской церкви.  Проект сделан в рамках госконтракта, заключенного по результатам конкурса осенью прошлого года, срок договора истекает в декабре.

 

– Можно ли надеяться, что теперь, после появления на свет такого  объемного документа, сюрпризов больше не будет – ни со стороны учредителя музея, ни со стороны ЮНЕСКО? И пусть на последнем этапе, но будут отменены, наконец, тендеры, ведь с самого начала вы работаете с постоянными партнерами, которые доказала свой высокий профессионализм? Зачем проводить их через тендеры и терять на этом дорогое время?

 Мы не пишем законов и не имеем права вносить в них изменения, мы обязаны их выполнять.

 

– Намерен ли музей принимать в расчет мнение общественности, принимая решения, которые могут повлиять на состояние кижских памятников?

– Мы не собираемся утаивать информацию от общественности, по-моему, все уже убедились, что сегодня музей проводит политику открытых дверей. Мы готовы выслушать и услышать любого, кто придет к нам. Другое дело, что право окончательного решения остается за специалистами музея, которые несут всю ответственность.

Я могу назвать десятки фамилий людей, с которыми у музея сложились хорошие деловые контакты и с которыми он сотрудничает: Это Ирма Ивановна Муллонен, председатель Общественного совета музея, Валентина Александровна Сукотова, возглавляющая общественную организацию «Заонежье», хорошо всем известный Вячеслав Петрович Орфинский, бывшие сотрудники музея – его многолетний директор Эльвира Валентиновна Аверьянова, создатель Плотницкого центра Николай Леонидович Попов и еще многие другие.

 

– Будет ли при встрече в ЮНЕСКО обсуждаться вопрос о входной зоне? Насколько я знаю, музей подготовил за последнее десятилетие несколько ее проектов, которые не прошли согласование?

 Будем обсуждать. Свои эскизные предложения музей представил еще летом прошлого года, они были утверждены на координационном совете. Но сегодня я могу сказать однозначно: пока ЮНЕСКО не согласует эскизы, новых проектов входной зоны не будет, это очень затратная работа. Сначала надо пройти этап обсуждения, согласования, поиска компромиссов.

 

– Не резонно было бы перенести входную зону, после завершения строительства дороги Великая Губа – Оятевщина, в тот район, тем более что там планируется возведение целого комплекса по приему и обслуживанию туристов? И что важно, за пределами охранной зоны.

 Рациональное зерно в этом есть, и мы планируем часть объектов входной зоны перенести туда. Однако и на острове придется ее сохранить, пусть в урезанном состоянии. Дело в том, что круизные теплоходы не могут швартоваться там, для этого там нужно углублять фарватер, а в охранной зоне это сделать нельзя.

 

– Музей материально заинтересован в развитии туризма на острове? Или все деньги уходят в бюджет?

 Однозначно заинтересован. На заработанные средства мы приобретаем оборудование, причем новейшее   во время поездки участникам форума продемонстрировали  его в действии, покупаем технику.

 

– Еще один вопрос, мимо которого не могу пройти. СМИ регулярно пишут о сотнях и тысячах туристов, которые приезжают, приплывают на остров со всего мира. Однако не скажу что для большинства, но для многих жителей Карелии Кижи недоступны, стоимость проезда туда и обратно  растет из года в год стабильно. Может ли музей изменить ситуацию?

 Нет, не может. Стоимость проезда устанавливает перевозчик, кроме того все причалы – в Петрозаводске и кроме главного на острове – сданы были в свое время в аренду. Когда завершатся сроки аренды, музей займется этим вопросом, но заниматься непосредственно перевозками мы не планируем. У музея сегодня столько своей профессиональной музейной, работы, что взваливать на себя еще и перевозки просто нереально. Надеемся, что благотворно на решение этого вопроса повлияет открытие автомобильного маршрута в Кижи по Заонежскому полуострову после завершения строительства дороги Великая Губа – Оятевщина  осталось несколько сот метров. Тогда Кижи станут доступнее. Ведь поехали жители Карелии в Рускеала!

Пользуясь возможностью, хочу напомнить, что «Кижи» не только музей-заповедник деревянного зодчества, но и этнографический музей. Наши сотрудники в экспедициях собрали богатые коллекции, и мы работаем над тем, чтобы позиционировать Кижи как остров культур трех народов: русских (Заонежье, Пудожский район), карелов и вепсов.

 

  Если расставить направления деятельности музея в порядке приоритетности, что бы вы вынесли в начало? При этом не умаляя любое из направлений?

 Наверное, то, с чего началась наша беседа. 50 лет назад, а полувековой юбилей «Кижи» отмечают в этом году,  перед новым тогда музеем была поставлена главная задача: взять под свою опеку памятники деревянного зодчества и хранить их. В управлении музея «Кижи» сегодня 82 объекта, и не только на острове. И главная задача та же: хранительство и охрана.

 

 

Фото Валентины Чаженгиной