Главное, История, Общество

«Эта книга для Финляндии, как «Война и мир» для России»

На презентации перевода. Фото Юлии Тапио
На презентации перевода. Фото Юлии Тапио

«Способность беспристрастно судить о своей истории, о заблуждениях и успехах, несчастьях и достижениях является признаком повзросления нации».

В Национальном музее Карелии прошла презентация нового перевода романа Вяйнё Линны «Неизвестный солдат».

 

– Вообще, военные романы о парнях, которые ушли воевать, – глубокая традиция мировой литературы, — сказал во вступительном слове директор Национального музея Михаил Гольденберг. — Этот жанр породил целое направление так называемой окопной правды. Правда о войне у генерала своя, у офицера своя, даже у лётчика или танкиста своя. Роман назван, на мой взгляд, очень удачно, потому что неизвестный солдат – главный герой войны. Это метафора. Мы войны до конца не знаем, одно дело – книжная война, другое – окопная правда, которую ощутить очень сложно.

Известный ученый Эйно Карху писал в предисловии к первому на русском языке изданию «Неизвестного солдата»: «Споры, вызванные этим романом, как и последующими книгами Линны, перерастали в общенациональные дискуссии по коренным вопросам финской истории и современного развития страны. В дискуссиях участвовала практически вся финская печать, газеты и журналы всех направлений». 

В Финляндии роман вышел в 1954 году, выдержал более 50 переизданий и считается классикой финской литературы XX века. На русском языке был издан в 1990 году. Новый перевод вышел к столетию независимости Финляндии. На русский язык книгу перевел Баир Иринчеев, российский военный писатель, директор Военно-исторического центра Карельского перешейка. Он рассказал:

– Можно сказать, что Петрозаводск — отдельный персонаж в этой книге. Это не просто город, это, как написал Линна, сияющий град на холме, куда они идут как паломники, считая, что возьмут Петрозаводск и на этом для них война закончится. Роман вышел спустя десять лет после окончания войны. Это вторая рукопись. Первую издательство забраковало, сказав, что это просто какой-то репортаж с поля боя. Линна беллетризировал описание. Книгу мигом раскупили, и на автора обрушился град критики.  Вступление в книге – ответ на эту критику. Он рассказывает, почему так написал — с точки зрения двадцатилетних солдат, призванных в 40-41 годах. Для них это первая война. Уже в самом начале у них нет единодушия — нужно воевать или не нужно. Также в книге постоянно подчёркивается разница между господами офицерами, господами Финляндии и простыми солдатами. Сарказм у Линны проскакивает, причём такой, что даже финскому читателю не всегда понятен.

Цитата из книги: «Эта армия была настолько своеобразной, что была не похожей ни на одну другую. Эта же была одинаковой и в наступлении, и в отступлении. Она шла вперед как разрозненное стадо». Баир Иринчеев резюмирует:

— Кажется, что они наступают, но к 42-му году энтузиазм пропадает. Они воюют по инерции. Единственный раз появилась ненависть к противнику, когда советский снайпер стреляет в парня, который прибыл из резерва. Он младше героев на два года. Книга заканчивается, с одной стороны, печально, с другой, она всё-таки заканчивается шуткой Ванхалы: «Союз Советских Социалистических Республик победил, но второе место заняла маленькая и упорная Финляндия.

Аншлаг на презентации в Национальном музее Карелии. Фото Дениса Кузнецова
Аншлаг на презентации в Национальном музее Карелии. Фото Дениса Кузнецова

Автор «Неизвестного солдата» показывает героев с неожиданной стороны. Финны снимали с пленных и убитых кокарды, знаки различия, звёздочки и забирали на память как сувениры. Сейчас их внуки и правнуки продают эти вещи. На фронте они были валютой, по словам одного из героев романа проныры Рахикайнена.

Любили финны фотографировать старый вокзал Петрозаводска, памятник Ленину. Когда его убрали и  поставили на место вождя пушку, стали ее фотографировать. И конечно, снимались около так называемого Дворца Куусинена — ныне это здание Администрации Главы Карелии на проспекте Ленина.

Финны вообще много фотографировали. Имеются в виду не официальные фотографы, а простые солдаты. Фотографии с фронта тоже были очень желанным товаром. «Это мы на фоне пленных», «…на фоне подбитого танка», «…а это сгоревшая карельская деревня», «…а тут убитый русский». Когда им давали отпуска, они уезжали в Хельсинки, Турку или Тампере, распечатывали и, вернувшись, спрашивали: «Ну, кто хочет себе фронтовой альбом на память? Давайте покупайте». Тоже своего рода валюта, её находили у пленных или убитых финских солдат.

У Линны очень реалистичные описания ужасов войны. Советская цензура при издании книги всё это несколько  смягчила. В старом переводе есть несколько мест, где всё не совсем так, как в реальности.

Очень обиделись финские офицеры после выхода книги: они показаны в ней довольно неприглядно. Линна очень тонко показывает это в книге не только через главного антигероя, командира пулемётной роты. Ещё есть один герой. Ему жалко офицеров: это да, люди. А солдаты так, расходный материал. Но за несколько секунд до смерти он понимает, что несёт ответственность за их гибель.

— Эта книга для Финляндии, как «Война и мир» для России, — подводит итог Баир Иринчеев. — Чтобы лучше понимать наших соседей и чтобы такое между нашими странами больше не повторялось, я её и перевёл.

Тут же посыпались вопросы.

— С точки зрения окопной правды, какое было отношение у финских солдат к своему врагу – русскому солдату?

— Поисковики из Сортавалы рассказали, что иногда находят черепа красноармейцев, которые разбиты прикладами или расстреляны, добиты. После советско-финляндской войны быстро обмен пленными был осуществлён быстро и в соответствии с нормами международного права. А на второй войне судьба наших пленных была печальной. Примерно каждый третий не вернулся, причём массовая смертность была в первую зиму 41-42-го года. Но когда руководство Финляндии поняло, что Советский Союз уничтожен не будет и поэтому не очень правильно морить в плену его граждан, это может аукнуться после войны, — тогда всех распустили по фермам, где отношение к ним было нормальное.

— А что насчёт армейской дисциплины?

— Есть в книге момент, когда герои напились на день рождения Маннергейма и один из них, Коскела, говорит: «Боевые приказы выполняем, а в остальном можете себя вести как первоклашки». Это характерная черта финской армии – воевать-то воевали, а всё остальное казалось лишним.

Ещё много всего откроется при прочтении. Книга есть в открытом доступе на русском языке в интернете. Целая очередь выстроилась перед началом презентации, чтобы купить роман. Он есть и в библиотеке Национального музея.

Автограф-сессия Баира Иринчеева. Фото Юлии Тапио
Автограф-сессия Баира Иринчеева. Фото Юлии Тапио

Президент Финляндии У.К. Кекконен, с которым Вяйнё Линна общался, говорил: «Наверное, не ошибусь, если скажу, что Линна помог финнам как народу избавиться от многих душевных травм периода их детства и отрочества. Способность беспристрастно судить о своей истории, о заблуждениях и успехах, несчастьях и достижениях является признаком повзросления нации».

_____________

В тексте используются цитаты из предисловия к книге. Источник: aleksandr-kommari.narod.ru

 

 

  • В предисловии доктора филологических наук Э.Г. Карху к изданному в 1991 году на русском языке роману «Неизвестный солдат» упоминается писатель Федор Абрамов, книгу которого «Две зимы и три лета» Вяйнё Линна прочитал на финском языке.

    На мой взгляд, если говорить о том, какую реакцию вызвала в некоторых финских кругах книга «Неизвестный солдат», нужно вспомнить и другого русского писателя – Виктора Петровича Астафьева, рядового, как и Линна, участника войны. Схожи и их пути вхождения в литературу. Последний роман Астафьева «Прокляты и убиты» тоже, как и роман «Неизвестный солдат», был не всеми воспринят положительно. На писателя обрушился шквал критики со стороны не только генералов:
    http://gapeenko.net/astafiev/3540-okopnaya-pravda-o-vojne-viktora-astafeva.html

    Кстати, получил свою порцию ругани после смерти и Федор Абрамов. Недовольны им были за «Старого финна» из цикла «Были-небыли», опубликованного в 1990-е годы в «Огоньке»:
    http://ogrik2.ru/b/fedor-aleksandrovich-abramov/o-vojne-i-pobede/20168/staryj-finn/27

  • Алексей Конкка

    Перевод с финского В.Смирнова и И.Марциной

    Москва «ПРОГРЕСС» 1991

    Автор предисловия доктор филологических наук Э.Г.Карху

    Это я открыл ссылку внизу. То есть не 1990, а 1991 год издания первого перевода. Кто-то ошибается?

  • Любовь Герасёва

    А я хочу рассказать эпизод из военной жизни одного моего финского друга, который умер полтора месяца назад на 94-м году жизни. Лет 20 назад он впервые приехал в Карелию после того, как воевал на ее территории во время Великой Отечественной. Попросил, чтобы мы свозили его в Эссойлу: там стояла его часть. Привез фото тех лет, мы ходили и сверяли по ним те здания, которые он помнил с войны. Все было на месте.
    Это был очень холодный ноябрьский день с поземкой и пронизывающим ветром, особенно на дороге — первой улице от озера. Мы зашли в деревенский магазин. Попросили разрешения погреться и припали все разом к круглой покрашенной серебрянкой печке. Полки были пусты, кроме мучных «Ленинградских палочек», нескольких буханок черного хлеба и кабачковой икры в банках ничего не было — 90-е годы! Продавец, как оказалось, прекрасно говорила на карельском, близком к финскому языку, и завязалась беседа. И тут мой друг рассказал такую историю: финские солдаты находились в окопах на небольшом расстоянии от русских, среди которых было немало финноговорящих. По ночам ползали на нейтралку — меняли табак на хлеб.И договорились: если команда стрелять, а не выполнить ее нельзя, — стрелять друг в друга поверх голов. Война подходила к концу, и все это чувствовали. Никому не хотелось умирать.Так продолжалось несколько месяцев. А потом кто-то из новичков на руской стороне — какой-то солдатик доложил политруку (он точно не помнит) об их сговоре. Обе части — и финская, и советская были расформированы. До конца войны оставалось еще месяца три-четыре, которые он довоевывал в другом месте. Продавец подтвердила, что слышала об этом от отца, воевавшего в родных краях, а самой ей в ту пору было лет 7-9. Вот такая история.

    • Алексей Конкка

      Да, ничего себе история! Мы действительно не знаем ничего про войну.

      • К сожаление, тема войны используется преимущественно в целях т.н. военно-патриотического воспитания и в антизападной пропаганде. Человеческие судьбы и трагедии, как правило, остаются вне поля внимания исследователей.

        В ту войну и близкие родственники порой оказывались по разные стороны фронта. Например, теща моего брата была радисткой в советской разведгруппе и забрасывалась в тыл противника, а ее двоюродный брат, военнослужащий финской армии, служил радистом
        в оккупированном Петрозаводске. После войны он часто приезжал в Петрозаводск, а
        она, когда это стало возможно, навещала его в Финляндии.

        Случались и такие истории.
        Выпускник педагогического техникума Матти Путкинен (1920–2001) был арестован (по одному делу с преподавателем техникума Урхо Руханеном*) в июле 1938 года и 13 месяцев
        содержался в Крестах и в следственном изоляторе на Шпалерной. Весной 1941 года он был призван в ряды Красной армии, в 1942 году оказался в Сибири в рабочих колоннах НКВД. Чтобы не умереть от голода и непосильного труда, дал согласие отправиться в Финляндию с
        разведзаданием. После трехмесячной учебы в Ленинградской разведшколе был заброшен в финский тыл. Сдался в плен. Потом учился в финской разведшколе и преподавал там, ходил в советский и немецкий (осенью 1944 года) тыл в качестве радиста финской разведгруппы. После окончания военных действий и демобилизации Матти Путкинен жил в центре Хельсинки и работал в переводческом бюро под именем Matti Juhani Jääskeläinen. В связи с характером работы (перевод документов Союзной Контрольной комисссии) он ежедневно встречался с советскими офицерами. Когда в конце июня 1945 года его настоящее имя стало известно советским властям, финны его предупредили об этом и помогли перебраться в Швецию. В Финляндию Матти Путкинен был заброшен как Olavi Lehtola, в финской разведслужбе был известен как Juho Kiiski, Иван Шерстнёв и Иван Будкин. В отряд Илмари Хонканена он был зачислен летом 1944 года под именем Juho Putkinen: http://www.kolumbus.fi/edvard.hamalainen/docs2/desantit.htm

        * В 1980 годы Матти Путкинен, узнав, что Урхо Руханен в Швеции (приезжал, видимо, с официальной делегаций), пригласил его к себе в гости. И они встретились.

        Из интервью Игоря Вахроса:
        «Да, они наши русские, судьбы их удивительны… Там, в Швеции, многие живут хорошо. Один ингерманландский парень, которого я хорошо помню, – он у нас был под именем
        Шерстнёв – как-то в 1950-х появился здесь, в Хельсинки. Приехал на роскошной машине, был у меня в гостях. Рассказывал, что работает на заводе в Гётеборге. У него собственная машина, жена финка и дети. Слышал, что семьи наших людей чувствуют себя в Швеции очень неплохо»: http://www.kolumbus.fi/edvard.hamalainen/docs2/vahros.htm

        • Антон

          Антивосточной пропаганды не существует?

          • Не могу говорить за весь Запад. Что касается Финляндии и темы войны, то я уже писал о том, что финские историки и журналисты активно и бесстрастно исследуют прошлое своей страны, вытаскивая на свет и выставляя на всеобщее обсуждение неприглядные страницы ее истории. И ведь никто не обзывает их финнофобами, не стучит по столу и не требует прекратить «очернять наше светлое прошлое».

            И вот отклик на мою реплику российского историка:
            «– Согласен. В этом отношении они молодцы. Поэтому меня всегда крайне забавляют граждане, которые целые теории выводят о том, что финны до сих пор все скрывают и врут, используя работы финских же историков».

            О том, что финским историкам нельзя доверять, мне приходилось слышать неоднократно. В основном, конечно, в сетевых дискуссиях, где граждане открыто выражают своё мнение: «Финский историк будет врать, пытаясь оправдать злодеяния своих сородичей» (цитата подлинная, автор – блогер с высшим гуманитарным образованием).

          • Антон

            Вы не ответили на вопрос.

          • Мне казалось, что ответ понятен. Попытаюсь еще раз пояснить на более ярких примерах.

            Вот самые вопиющие, на мой взгляд, примеры дезинформации, касающиеся наших дней:
            10.1.2012
            «В Финляндии не десятки, не сотни, а тысячи отобранных у русских родителей детей»: http://vz.ru/politics/2012/1/10/552431.html

            Эту «новость» московской газеты «Взгляд» незамедлительно довели до своих читателей другие издания. Спустя месяц радио «Голос России» назвало более конкретное число русских детей, оставшихся без материнской ласки: «По некоторым данным, в Финляндии насчитывается до 16 тысяч таких детей, лишенных местным законодательством права проживать со своими российскими матерями».

            В октябре того же года другое российское издание сообщило:
            «…Уполномоченный по правам детей Павел Астахов представил доклад президенту о правах российских семей в Финляндии, когда общественность узнала об истории Завгородней. В докладе отмечается, что в 2011 году численность российских детей, изъятых органами опеки Финляндии, увеличилась до 18 тысяч человек (в 2009 год было 16,6 тысяч человек)»: http://www.newsru.com/world/02oct2012/child.html

            Что до военной темы, связанной с Финляндией, то здесь, конечно, отличается телерадиокомпания «Звезда» со свое передачей «Вторая правда концлагеря Сандармох: как финны замучили тысячи наших солдат»*:
            https://tvzvezda.ru/news/qhistory/content/201608040821-ge82.htm

            * «Недавно рассекреченные» материалы ФСБ, которые якобы представила «Звезда», рассказавшая о «концентрационном лагере Сандармох», – это протокол допроса Макаршина Степана Ивановича о его пребывании с мая 1942 года по сентябрь 1943 года в лагере военнопленных № 74. А также выдержки из книги 1945 года «Чудовищные злодеяния финско-фашистских захватчиков на территории Карело-Финской ССР».

            И в первом и во втором случае эти «новости» были широко растиражированы в Рунете с гневными комментариями. Как и прошлогодняя «новость» о «русских свиньях» и Маннергейме: http://kommari.livejournal.com/2925285.html

            Финские СМИ, конечно, не идеальны, претензий им предъявить можно немало. Однако такого уровня пропаганды и такой риторики они не допускают.

          • Антон

            Такой простой вопрос и такой длинный ответ.
            Да, в нашей стране проводятся антизападные настроения, как и в вашей стране — антивосточные. К великому моему сожалению снова похолодание и отчуждение. Но не надо говорить, что это процесс односторонний. Только сказать об этом вам почему-то так трудно, что невозможно.

          • Понял, вам не нужны примеры и объяснения. И даже как обстоят дела в соседней стране без советчиков знаете.

            Вспомнилось интервью (8.5.2011) советника по прессе посольства Финляндии в России:
            «Финские чиновники встречались с представителями российских СМИ и объясняли журналистам общие принципы защиты детей, объясняли действие Закона об охране детства. Мы дали многочисленные интервью и ответили на ряд запросов российских средств массовой информации. К сожалению, все российские СМИ представили эти факты в другом свете, и предоставленная информация их не интересовала»:
            http://www.novosti-helsinki.com/mnenie/25-sovetnik-po-presse-posolstva-finlyandii-v-rossii-vesa-kekyale-finlyandiya-luchshiy-sosed-rossii.html

            Информация не просто «не интересовала»: менее чем год спустя радио «Голос России» рассказало своим слушателям о 16 тыс. детей, отобранных в Финляндии у русских матерей.

            В 1970–80-е годы многие граждане СССР, по моим тогдашним ощущениям, скептически относились к т.н. «борьбе против империализма» и соответствующей пропагандистской риторике и не были сильно подвержены её влиянию. Сегодняшняя же антизападная пропаганда находит, к сожалению, отклик в душах многих россиян. Людям вновь пытаются внушить, что их государство окружают страны-недоброжелатели.

          • Антон

            Мне очень не нравится многое происходящее в моей стране. Но представлять всё в одностороннем свете неправильно, нечестно и не соответствует положению дел.
            «Сегодняшняя же антизападная пропаганда находит, к сожалению, отклик в душах многих россиян. Людям вновь пытаются внушить, что их государство окружают страны-недоброжелатели».

            Общаемся с живущими в Финляндии — можно вашу фразу также спроецировать на соседнюю страну — «Сегодняшняя же антивосточная пропаганда находит, к сожалению, отклик в душах многих жителей Европы.Людям вновь пытаются внушить, что их государство окружают страны-недоброжелатели».

            Во все времена и люди разные, и помысли и намерения у разных людей разные, встречается разное с каждой стороны. Все государства же манипулируют жителями своих стран ради геополитических и прочих своих целей, увы.

          • Странный у нас получился разговор. Я указываю на конкретные случаи грубой дезинформации, вызванные, на мой взгляд, антизападной пропагандой последних лет, а вы в ответ киваете на «антивосточную пропаганду», как бы оправдывая явные непотребности одних гипотетическими гнустностями других.

            Вспомнить о продолжавшейся несколько лет в российских СМИ дезинформационной кампании в защиту «русских детей» – это и есть «представлять всё в одностороннем свете»? Или дезинформацию можно оправдать тем, что «все государства же манипулируют жителями своих стран ради геополитических и прочих своих целей»?

            Вопросы риторические, ответа не требуют.

            Всегда считал и продолжаю считать, что ложь пропагандистов в первую очередь оскорбительна для граждан своей страны. Сорок с лишним лет я прожил в России и не считаю, что она для меня чужая страна.

            На этом ставлю точку. Всего доброго.

          • Антон

            как бы оправдывая явные непотребности одних гипотетическими гнустностями других=

            Пока вы будете считать гнусности других только гипотетическими, картина вашего мира будет неполной.
            Мне-то не легче от того, что они есть с обеих сторон. Где больше и изощрённей и примитивней? Ну, вы знаете, нас трудно в чём-то превзойти)

            Но то, что пропаганда идёт с обеих сторон, что гнустности и гадости есть с обеих сторон, что не каждая помощь и поучения бескорыстны и не имеют двойного дна не видит и не знает только тот, кто не хочет видеть и знать или чей взгляд однонаправлен.

            И у меня точка, позиции понятны. Желаю нам обоим дожить до лучших дней мировых взаимоотношений.

  • Портрет писателя был изображён на купюре в 20 финских https://uploads.disquscdn.com/images/075105d3724ce014564be477e839bf8ad2de92190d64505962eb36132ca752bc.jpg марок.

  • Вспомнилась книга о войне другого финского писателя: Тайсто Хуусконен. Стальной шквал: Роман/; Перевод с фин . В. Богачева. – Москва: Современник, 1973. – 304 с.

    Тайсто Калеви Хуусконен: http://lit-karta.karelia.ru/persones/taisto_kalevi_huuskonen

    О Тайсто Хуусконене: https://vk.com/wall-62739569_895

  • >«Примерно каждый третий не вернулся, причём массовая смертность была в первую зиму 41-42-го года. Но когда руководство Финляндии поняло, что Советский Союз уничтожен не будет и поэтому не очень правильно морить в плену его граждан, это может аукнуться после войны, — тогда всех распустили по фермам, где отношение к ним было нормальное».<
    ————————————

    На мой взгляд, очень уж однобокое и тенденциозное объяснение. Отправляли военнопленных работать на фермы по той причине, что рабочих рук там катастрофически не хватало.

    О военнопленных и причинах высокой смертности:
    «Пик смертности в лагерях пришелся на конец 1941 – начало 1942 года. Именно в этот период большинство пленных содержалось в лагерях, в то время как до этого, летом и осенью 1941 года, а также после этого, с лета 1942 года большинство пленных работало и жило на финских фермах. Роковым для пленных оказалось решение финских властей в декабре 1941 года вернуть пленных с ферм в лагеря.
    Такое решение было во многом принято из-за страха перед нежелательными изменениями в настроениях фронтовиков и гражданского населения.

    Уже весной 1942 года пленных снова стали отправлять на фермы, чтобы те помогали крестьянам в весенних полевых работах, и после этого многие пленные проживали на фермах круглый год»: https://yle.fi/uutiset/osasto/novosti/v_finskom_plenu_umer_kazhdyi_tretii_sovetskii_voennoplennyi__rabota_na_fermakh_spasla_zhizn_mnogim/9124096

    Историк Д. Фролов, автор исследования «Советско-финский плен. 1939-1944 гг. По обе стороны колючей проволоки». — Хельсинки: RME Group Oy; СПб.: Алетейя, 2009:
    «Проблема первого года войны для всех стран — это колоссальная смертность. Экономика не способна поглотить такое количество военнопленных. Экономика не может снабдить их необходимым количеством продуктов. Но в отличие от Советского Союза, где общение между военнопленными и гражданским населением было запрещено, в Финляндии военнопленные работали на хуторах. Соответственно, имели возможность получать дополнительный паек. И во многих случаях (я абсолютно не идеализирую жизнь в плену!) финны, которые принимали советских солдат, держали их за членов семьи. В Финляндии родилось порядка 400 детей от советских военнопленных»: http://www.nv.kz/2009/06/10/13794/