Наука в лицах

7 вопросов молодому учёному Виктору Лебедеву

Фото Натальи Виноградовой
Виктор Лебедев

В новом проекте, который мы начинаем совместно с ПетрГУ, на наши вопросы будут отвечать молодые ученые республики.

 

Виктор Лебедев окончил медицинский факультет ПетрГУ в 2012 году. В том же году стал победителем молодежного инновационного конкурса в рамках программы «У.М.Н.И.К.». Занимается психофизиологией, его исследование связано с разработкой метода коррекции актуального эмоционального состояния человека. Врач-психиатр РПНД.

 

1) Кто или что повлияло на ваше решение заниматься наукой?

 

Сложно назвать какое-то одно событие или конкретного человека. Человека формирует множество факторов, а я ничем не отличаюсь от остальных людей в этом отношении. Мне очень повезло, что с детства в семье занимались моим воспитанием и образованием. Отправляясь в школу, я уже умел читать и писать. В школе были первые конференции, участие в олимпиадах, в том числе и всероссийских, например, по латыни. Из людей на этом этапе я могу назвать своего учителя по биологии Елену Николаевну Реулец, которая открыла для меня эту науку, и я увлёкся изучением жизни в широком смысле этого понятия.

 

Учёба на медицинском факультете и социальная активность отнимали много времени, но с четвёртого курса я начал участвовать в работе студенческого научного общества по психиатрии. Ближе к выпуску из университета стал интересоваться наукой более серьёзно. Я читал статьи на английском языке в специализированных журналах, читал отечественные публикации. Сама тема познания мира, изучения законов, по которым он работает, всегда завораживала меня. Это что-то вроде внутреннего стремления к объяснению событий вокруг тебя, активный интерес к происходящему рядом с тобой.

 

Особенно хорошо я помню разговор с Александром Полтораком, учёным, который открыл в ПетрГУ лабораторию молекулярной генетики врождённого иммунитета. Я увидел его в одном петрозаводском кафе и довольно бесцеремонно, как мне кажется, спросил: «Вы ведь Александр Полторак?». Он ответил, что это так, и дальше мы говорили почти час о генетике, о лабораторных мышах, об иммунитете. Это потрясающее чувство, когда мир вокруг вызывает у них неподдельный интерес и желание раскрыть его тайны. Возможно, это звучит чересчур романтично и возвышенно, но для меня это не пустой звук.

 

Я получаю искреннее удовольствие от общения с моим нынешним научным руководителем, Александром Юрьевичем Мейгалом. Его личный пример меня вдохновляет. Это эталон того, как должен работать и думать настоящий учёный.

 

 

2) Чем людям могут быть полезны результаты ваших исследований?

 

Самое главное – это контроль над своими эмоциями и нахождение гармонии с самим собой и окружающими. Более далёким последствием, я надеюсь, будет снижение риска сердечно-сосудистых заболеваний. По крайней мере зарубежные исследования методик, схожих с той, что я исследую, обещают такой результат.

 

 

3) В чем главное достоинство и недостаток российской науки?

 

На фоне реформы РАН многие анализировали современное состояние российской науки, и я вряд ли скажу что-то новое. Главное достоинство науки, как и её серьёзный недостаток – это люди. Есть те, кто вопреки многим препятствиям создаёт престиж науки или поддерживает её существование в более или менее приличном виде. Несомненно, это героические личности, а есть другой сорт людей, чьи действия – осознанные или нет – подтачивают и без того слабые корни научной отрасли. Отдельной бедой российской науки является отсутствие благоприятной системы финансирования исследований: средств выделяется мало, да и с их использованием не всегда всё хорошо. Крайне неудобная система закупок попортила крови не одному учёному.

 

 

4) Каких прорывных открытий в науке стоит ожидать в ближайшие 10 лет?

 

Учитывая интенсивное развитие науки, сложно дать какой-то конкретный прогноз. Скорее всего, учёные-физики лучше поймут мир субатомных частиц, а это в дальнейшем и изменит наш взгляд на Вселенную и её рождение. Мы будем подбираться всё ближе к разгадыванию принципов работы головного мозга и сможем более успешно лечить болезни этого удивительного и ценного органа. В той области, где я работаю, в психиатрии, очень много белых пятен и масса нерешённых проблем. Я надеюсь, что открытия ближайшего будущего помогут врачам-психиатрам, нашим пациентам и их родным в борьбе с болезнями.

 

Ради справедливости стоит сказать, что важных открытий уже достаточно, чтобы помочь людям, но дело сделано лишь наполовину, если не на четверть или того меньше. Теперь необходимо внедрять плоды работы учёных в повседневную жизнь, делать успехи науки доступными для тех, кому это необходимо, и понятными – для тех, кто ими интересуется.

 

Пожалуй, самым-самым главным достижением науки будет увеличение количества людей, обладающих научным мировоззрением.

 

 

5) Если бы представилась возможность задать любому ученому любой эпохи один вопрос, кто был бы этот ученый и что за вопрос?

 

Первый вариант, который пришёл в голову? – это Чарльз Дарвин. Было бы интересно поговорить с ним насчёт того, как он пришёл к теории эволюции в своей трактовке, и особенно хочется услышать его размышления о выражении эмоций у животных и человека. Также в голове возникли Ричард Докинз, Оливер Сакс и Вилейанур Рамачандран, благо они ещё живы, и теоретическая возможность задать им вопрос у меня есть. Так что из умерших я бы спросил Дарвина о выражениях эмоций у животных, а у Вилейанура Рамачандрана – о том, чем он занимается в своих новых научных изысканиях.

 

 

6) Как вы относитесь к тому, что сегодня в школе обязаны заниматься исследовательской деятельностью уже с начальной школы?

 

Действительно? Честно говоря, впервые об этом слышу. С одной стороны, это хорошо, потому, что детям дадут возможность самостоятельной работы и творческого мышления. С другой стороны, я знаком с системой российского школьного образования, с нагрузками на учителя в плане бумажной работы, так что не уверен, что что-то серьёзно изменится. Иногда успехи современного образования при подробном рассмотрении превращаются в игры со статистикой и, простите, очковтирательство. Тем более мне не хочется, чтобы дети с ранних лет ощущали принуждение к исследовательской деятельности, и у них вырабатывалось отвращение к ней.

 

 

7) Чем вы любите заниматься в свободное время?

 

В свободное от работы время я готовлю лекции, пишу научно-популярные статьи, читаю книги, по специальности и нет. Могу выделить участие в университетских соревнованиях по городскому спортивному ориентированию, где я играю за команду медицинского факультета. Хоть я и окончил его, но стараюсь не терять связей с alma mater. Ещё я сейчас учусь плавать, с лёгкой руки моей девушки. Не скажу, что у меня получается, но кое-какие успехи я делаю.

 

 

 

 

  • Тищенко Николай Владимирович

    Спасибо, Виктор, понятно.

  • Виктор Лебедев

    Честно говоря, в современной клинической практике такой метод диагностики будет избыточным. Есть диагностические критерии, которые лежат в основе МКБ-10 и DSM-V. Всё прочее — это либо высокотехнологичные инструментальные и лабораторные методы, либо психотерапевтические изыски для искушённых.

  • Тищенко Николай Владимирович

    Виктор, имеется в виду особенности употребления слов, сочетаемости семантики лексем, особенности использования однотипных синтаксических структур или необычное их использование, а также и фонетико-фонемные «необычности» (замены одних звуков другими, их пропуски в звукокомплексах, ассоциированных с типическими лексемами).

  • Виктор Лебедев

    Николай Владимирович, что Вы имеете в виду под «лингвистическими методами диагносцирования»?

  • Тищенко Николай Владимирович

    Как Виктор относится к лингвистическим методам диагносцирования психических заболеваний и девиаций?