Главное, Общество, Свободная трибуна

Моё сердце болит

Вечный огонь

Каждый раз, когда меня тыкают в  плохое отношение к акциям, которые, как говорят организаторы и участники, помогают им помнить, я теряюсь.

Мне кажется, что мое сердце замирает, а потом начинает гнать кровь и мысли с удвоенной или утроенной силой. Знаю, меня поймут немногие. Но верю в это, потому что ни одна акция, ни один знак отличия, ни огромное количество цветков не исправят то, что еще можно сделать. Прежде всего заботиться о памятниках, о воинских захоронениях, поднять останки тех, кого еще можно спасти от зверей и мародеров.

Про себя я знаю — уже не сделать мне этого. Но с 11 до 15 лет я была там — на раскопах, среди поисковиков. То время, проведенное в экспедициях, далось мне нелегко, но подарило друзей, умение выживать в любой ситуации и свободу мыслить. Так что моя юность тоже опалена войной. Той ее правдой, о которой знают немногие. Каково это видеть разрытые захоронения? Видеть, как разбросанные останки разносят по своим норам звери? Как люди, движимые жаждой наживы, уносят с мест боев личные вещи бойцов и снаряды, а останки их бросают на произвол судьбы? Каково это хоронить бойцов без гробов? Каково видеть солдат-срочников, высланных нам в помощники, которые теряли сознание от увиденного во время раскопок? И только один вопрос… Почему всем этим занимались дети? Дети и немногочисленные взрослые, которые решились помнить о победе?

Да, каждый помнит по-своему. Да, у каждого своя правда о войне. Да, кто-то не признает акций и отличительных знаков памяти. Да-да-да. Но не надо делать из людей, которые не ходят на праздничные шествия, не носят ленточек и не возлагают гвоздики, изгоев и вешать на них ярлыки. Мы не Иваны, родства не помнящие. Мы также любим свою родину, мы гордимся ее историей и знаем о войне — одни больше, другие — меньше. Но человек имеет право помнить так, как помнит лишь он. Для кого-то 9 мая — праздник, для других — день памяти и скорби. Важно только одно — помнить. Как помнить и что делать в этот день, каждый решает для себя. Никакие акции не могут делить людей на плохих и хороших. На тех, у кого есть чуткое серце и тех, у кого оно железное… Нет же! Это очень опасная тенденция, которая ведет к разделению. День победы — это объединяющий нас праздник. Позвольте помнить всем. И даже тем, для кого этот день о скорби. Потому как на войне есть не только герои, но и все остальные люди, которые там были и чей подвиг ( просто жить?) остался незаметным. Не все прошли до Сталинграда, не все получили награды, для кого-то война стала тем, что человек не вынес. Такая непраздничная правда о войне уместилась в моем рассказе.

Вдох-выдох

Какая разница, если между двумя этими простыми действиями, без которых жизнь невозможна, умещается боль? Моя уместилась. И я так жила много лет. Настолько много, что забыла уже, как жить без нее. Без чего? Без боли, ясно дело. Дышать — это о жизни. Жить — это и про боль, но не через такие короткие промежутки.

Случается, что боль усиливается. Настолько, что дышать не хочется вовсе. И вот один из моментов, который существенно осложнил мое дыхание. Только мое. Свою боль я не переношу на иных. Я просто делюсь. Вдруг у кого-то тоже болит. Совесть, дыхание, память? В моей лавке боли болеть может все. Возраст значения не имеет. Пол, служебное и семейное положение тоже.

Последний приступ случился не так давно. В кафе я зашла. Хотелось пить. Чтобы вымыть руки, мне дали ключи от туалета. Вместо брелка — георгиевская ленточка. Всё. Холодная вода, горячая вода, снова холодная. Щеки горят. Слов нет. Учусь просто дышать. Дышать. Дышать. Дышать.

Бабушка сказала, что в этот день победы понесет портрет среди сотен и тысяч участников Бессмертного полка. Дышать. Много дышать и сказать, что портрет нести нужно.

Больно дышать мне стало однажды. Тогда мы зарывали в землю тех, кого подняли в раскопах. Это были спасенные от зверей и людей останки тех, кто жизнь отдал за нас сегодняшних. В пакетах хоронили. Гробов не дали. Свечи, минута молчания, бормотание молитвы… И боль. Обычная боль в дыхании — она пришла тогда. Мне 13 лет. Я здорова, но мне больно. По-настоящему больно дышать и жить.

Набережная. Вечерняя прогулка. Близкий мне человек говорит: «Какая разница, как? Дай нам помнить так, как мы хотим! Почему война — это боль? Нужно петь, носить ленточки, приносить цветы к мемориалу. Какая разница, как помнить? Главное — помнить». Боль. Ни вдохнуть ни выдохнуть. Тишина. Озеро бьется о гранит. Я бьюсь о стену гранита. Гранит заливает моя кровь.

Победа — это радость. Участники войны желают нам, школьникам еще, мирного неба над головой и не знать рокота самолетов с бомбами. Не знать, что такое убивать и терять родных, друзей, как жить потом — с этой болью. Дышать! Открыть окно нараспашку, ходить без шапки, не чувствовать боли. Дышать! Биться сердцу!

Пусть люди помнят. Я знаю чуть больше. Дышать. Вдох- выдох, выдох-вдох.

  • Марина Галаничева

    спасибо тебе, Маша
    проникновенно, так, как умеешь ты
    очень глубокий, умный, трепетный текст,сквозь сердце, настоящие чувства.
    сила вдоха.
    дыши
    аж отпустило меня от искренности такой

  • Инна

    С сердцем, с чувством написано.. Но! Лично я не знаю. где лежит мой дед и еще сотни тысячи других..Я не против поисков, но и не за то, чтобы отдать все силы на них..Тем более странно, что этим занимаются дети….Пусть воины упокоятся там, где было суждено лечь за Родину.. Не скажешь лучше словами из песни: От героев былых времен не осталось порой имен.
    Те, кто приняли смертный бой, стали просто землей и травой.
    Только грозная доблесть их поселилась в сердцах живых.
    Этот вечный огонь нам завещанный одним, мы в груди храним.
    Лично для меня важнее памятника и мемориала (хотя это тоже важно для новых поколений) — память в сердце, моем и моих детей..Мы в груди храним эту память…В сердце..

  • Ольга Смирнова

    Ну да, всё спорим, с какого конца яйцо разбивать. Каждый делайте хорошее дело, как считаете нужным. Надоело ежегодное это «соревнование» и сравнение пафосное с подтекстом.

  • Ольга Смирнова

    Бабушка-то, захотевшая с дедом вместе пройти в колонне её и его ровесников, чем виновата?

  • Kalacheva

    Самое ценное для меня в этом тексте его искренность и то, что после его прочтения тоже начинает болеть сердце. Думаю, что он был высечен, как искра, от столкновения радости и цены, за неё заплаченной. СпасиБо, Маша.

  • Т. Шестова

    Наше вечное «или — или» ни к чему хорошему не приведет, пропасть между людьми, в общем-то, близкими по духу, будет расти. Не понимаю, почему надо противопоставлять захоронение погибших и шествия в память о Победе? Почему не может быть и того и другого? Мой отец, на глазах которого гибли товарищи, который потом вынужден был писать их родителям о гибели сыновей, на парады ходил и даже выступал, считая это своим долгом перед новым поколением. 9 мая даже у него, закаленного человека, мы видели на глазах слезы, но видели и улыбку, когда он в подробностях вспоминал 9 мая 45-го. Думаю, это мужество жить, несмотря ни на какие потери и испытания.
    Вчера я пролила много слез, но были и радостные минуты — столько замечательных людей встретила я на улицах! Никогда бы я не узнала их, если бы не провела этот день вместе с ними. Хотя я понимаю и сына, для которого после смерти деда День Победы померк и который теперь не проводит этот день с фотокамерой на улицах города . Я понимаю и Машу, которая видела то, что не должна бы видеть девочка-подросток, то, что не каждый взрослый выдержит и потому для нее не может быть праздника в этот день. Давайте поймем эти ее чувства и отнесемся к ним с уважением.