Главное, Культура

Свет, в первую очередь свет!

Въезд в деревню Войница
Въезд в деревню Войница

Электричество в старинной рунопевческой деревне Войница с перерывами дают лишь на несколько часов в сутки.

Чтобы попасть сюда из Петрозаводска, нужно сначала ехать восемь часов на поезде до Кеми, потом трястись три часа на маршрутке до Калевалы. Найти того, кто согласится отвезти тебя оттуда в деревню Войница, не так уж и просто. И вот полтора часа по грунтовой дороге и перед нами дорожный знак «Войница». Рядом поклонный крест.

Деревня расположена на берегу озера Верхнее Куйто, до границы Финляндии несколько километров. История этой деревни легендарная. Сохранились записи самого Элиаса Лённрота, записавшего здесь  руны о Вяйнемёйнене, ставшие потом основой эпоса «Калевала».

В деревне живет человек тридцать, в основном старожилы. Летом приезжают те, кто давно покинул деревню, молодежь, внуки – навестить родных стариков.  Во времена СССР здесь были воинская часть, передовой совхоз, Ухтинский лесопункт леспромхоза, почта, детский сад, школа, клуб,  библиотека, общежитие, гараж, фермы. Своя дизельная станция была и в совхозе, и в лесопункте, и у воинов тоже. Электричество давали круглые сутки – жизнь кипела. Теперь всё изменилось.

…Подруливаем к первому в деревне основательному хозяйству Надежды Лесонен. Она выходит нам навстречу — светловолосая моложавая женщина, активистка, депутат Луусальмского сельского поселения, к которому относится Войница. Ее муж охотовед, летом они вместе принимают туристов отовсюду, включая Финляндию. Именно через Войницу туристы из Суоми едут на Соловецкие острова. Принимали бы гостей и зимой, но это невозможно: в деревне нет света и связи.  Чтобы срочно позвонить, нужно бежать на горку за полкилометра. Кабельная связь тоже барахлит, так что не разбежишься. Сколько ни обращались к властям, воз и ныне на месте.

 

По вечерам и утрам, когда света нет, пользуются фонариком. Цивилизация!
По вечерам и утрам, когда света нет, пользуются фонариком. Цивилизация!
Хозяйство Надежды Лесонен
Хозяйство Надежды Лесонен

Заходим в дом, где на столе нас уже ждут горячая каша и чай с вареньем. Свет бывает с 8 до 10 утра. Мы приехали чуть позже, поэтому сидим за столом в потемках. Свет дадут только после 17 часов.

– Зато  отбой у нас в 11, по режиму! – не унывает Надежда.

Утро в Войнице. Завтрак в гостях
Утро в Войнице. Завтрак в гостях

Завтракаем и едем к музею, ради которого и приехали. Еще в прошлом году Надежда, как член инициативной группы, выиграла небольшой грант фонда Тимченко в конкурсе «Сила малых дел» проекта «Активное поколение».  К 345-летию деревни собрали интересную информацию: предметы быта, фотографии, документы, старые газеты.

Увидев, с каким энтузиазмом откликнулись на ее призыв земляки, в этом году Надежда вновь попытала счастья и снова получила от фонда небольшие средства, чтобы создать деревенский музей. А впереди уже новые планы и замыслы.

Бывшая школа, нынче музей
Бывшая школа, нынче музей
Крыша прохудилась, видно невооруженным взглядом. Да и печь нуждается в починке...
Крыша прохудилась, видно невооруженным взглядом. Да и печь нуждается в починке…

Так получилось, что вместе с нами зашел в музей и Андрей Ватанен из  Санкт-Петербурга и Николай Маликин из Калевалы, который привез нас в деревню. Надо было видеть, как небольшая и скромная экспозиция  в одночасье изменила настроение мужчин. Карелы по характеру довольно сдержанные люди, это известно. Но не в такой ситуации, когда встретились старые друзья и когда на стенах бывшей школы они видят фотографии знакомых и родных людей.

– Андрюха, помнишь, как мы слушали пластинку про «Аленький цветочек» у тебя дома, а потом ты не захотел идти меня провожать, побоялся? – смеется Николай, вспоминая счастливые годы детства в деревне.

Провожать друг друга и в самом деле стоило, потому что Войница – деревня необычная, устроенная по-фински. Люди здесь живут хуторами, не так как принято в русской деревне, например. До соседнего хутора еще дойти надо. А теперь и подавно, когда все поля и округи  быльем  поросли. К красивейшей часовенке, построенной на берегу озера финнами, еле подошли.

– Смотри, смотри! – Николай  показывает на старое фото. – А это ведь твой батя! А вот и моя бабушка! Посмотри, какую капусту в совхозе выращивали! А вот снимки из детского сада. Школьные фотографии…

В экспозиции немало интересного и заезжему гостю
В экспозиции немало интересного и заезжему гостю
Такую вот капусточку выращивали в совхозе
Такую вот капусточку выращивали в совхозе
Надежда Лесонен демонстрирует берестяной кессель - кошель
Надежда Лесонен демонстрирует берестяной кессель — кошель
Старые фотографии навевают воспоминания...
Старые фотографии навевают воспоминания…

В музее Войницы

 

Николай Маликин и Андрей Ватанен вспоминают молодость. Спасибо музею!
Николай Маликин и Андрей Ватанен вспоминают молодость. Спасибо музею!

Николай Маликин и Андрей Ватанен вспоминают молодость. Спасибо музею!

Надежда Лесонен демонстрирует приспособление для стирки
Надежда Лесонен демонстрирует приспособление для стирки
Тетрадь с благодарностями на русском, карельском и финском языках
Тетрадь с благодарностями на русском, карельском и финском языках

Надежда и ее помощники проделали большую работу. Музей внешне похож на сарай: на двадцать с небольшим тысяч рублей многого в наше время не сделаешь. А все же и стенки выровняли, и обои поклеили, потолок покрасили, стенды повесили, стеллажи  для предметов быта, экспозицию оформили. Фотографии напечатали. Не стоит забывать, что до ближайшего центра, где есть магазин, не рукой подать, он не в соседнем квартале. Да и волонтеры люди немолодые: Ирэна Каминскайтэ и Валентина Носкова — пенсионеры. Алме Егоровне Сапожниковой, самой мудрой из их команды, пошел девятый десяток.

Зашли в дом к  Алме Егоровне. Подвижные и любознательные глаза выдают ее молодую душу.

– Хорошо выглядите, представляю, какой вы были  в двадцать! – искренне делаю ей комплимент.

– Это потому что света нет, – парирует шустрая хозяюшка и просит принести ее портрет, где она с косами, двадцатилетняя. Суетится, но у нас совсем нет времени пить чай.

Дом Алмы Сапожниковой
Дом Алмы Сапожниковой
Алма Егоровна Сапожникова. Кто скажет, что ей за 80?
Алма Егоровна Сапожникова. Кто скажет, что ей за 80?

Здесь в Войнице прошла вся ее жизнь. У Алмы Егоровны уже двое правнуков. Вспоминает, как, работая начальником почты, ходила с наганом в кармане. Так полагалось – от волков. Два года подряд зиму она проводила в Калевале, но потом вернулась домой.

– Хватит! Домовики боятся, что я потеряюсь, – шутит Алма Егоровна. – Я с ними по-карельски разговариваю, когда в морозы они по углам избы стучать начнут.

В ее характере есть внутренняя сила и бесстрашие. Иначе как бы она осталась зимовать в этом большом доме одна. Соседняя изба метрах в ста. Связь по сотовому и того дальше. Ни аптеки, ни почты (газеты она уже перестала выписывать – не дождешься), магазин на другом конце деревни. По словам Надежды Лесонен, Алма Егоровна – ее правая рука, всех жителей деревни знает хорошо, с любой проблемой  Надежда за советом к ней обращается.

Идея создания Войницкого музея принадлежит Надежде Лесонен, но еще задолго до нее Алма Егоровна начала собирать предметы деревенского быта. Музей – это первая точка возврата, начало возрождения деревни.

– Появление музея здесь мало что изменило, – говорит Алма Егоровна, – за такие деньги изменить качество жизни невозможно, но радость от создания музея мы испытали! 14 августа, летом, когда многие наши жители съехались в свои родные дома, праздник устроили. Это все же вдохновляет!

Гвоздем престольного праздника «Марья-Маковей» стало открытие музея.

– Теперь в музее свет надо провести да тепло, а то не сохранить нам наши экспонаты! – выносит вердикт после нашего разговора Алма Егоровна. Добавлю от себя: и крыша в нынешнем музее на ладан дышит.

Люди несмотря ни на что все же мечтают о возрождении деревни. Пенсионеры возвращаются в свои дома. Николай Маликин, чей род идет из Войницы, работает шофером в Калевале. Ему чуток осталось до пенсии. Сейчас он держит около четырех десятков  кроликов, но мечтает, что переедет в отеческий дом, который уже отремонтирован, разведет хозяйство, овец, свиней, уток. Беспокоит его только, что в деревне нет света. Деревня могла бы жить, считает Николай.

…Мы едем среди роскошных сосен, мимо озера, на котором  замечаем стаю белых лебедей. Проезжаем известный рубеж – место, где с 1941-го по 1944 год отчаянно наши воины сражались за эту землю и остановили фашистов. А я вспоминаю, как в конце нашего разговора неутомимая, радеющая за свое село Алма Егоровна открыла довольно длинный рулон, на котором была изображена карта Войницы. Эту карту женщина нарисовала своей  рукой. Ей искренне хочется, чтобы легендарная рунопевческая деревня продолжала жить, и чтобы, как на графической карте, в ней, реальной, были и дороги, и часовни, и дома, как когда-то раньше. И свет, конечно, в первую очередь свет!

Карта Алмы Сапожниковой. Деревня должна жить!
Карта Алмы Сапожниковой. Деревня должна жить!

Войница. Фото Ирины Ларионовой

Фото Ирины Ларионовой

 

 

 

  • Алина

    А сколько их, таких деревень, в которых живут преданные своей малой родине люди!!!И не важно, какой национальности они — карелы, русские, ингермаландцы… Не хотят они покидать своего родового гнезда! Да таким людям помогать надо: они живут на окраине жизни и сами стараются возрождать все то, ушедшее, но дорогое не только их сердцу, но и нашему. Но мы для этого мало что делаем, а у них и сил-то уже нет… Уйдут эти люди, и канет в прошлое настоящая история. И дело не в кризисе, а в отношении нас к своей к своей большой и малой родине.В Войнице нет света, но есть люди, которые его излучают! А чаще наоборот. бывает…
    Cпасибо, Ирина, за честный без прикрас репортаж.

  • Т. Шестова

    На днях разговаривала с жительницей поселка Лендеры. Это крупный поселок, даже школа есть — в отличие от Войницы. Но и там фактически нет связи с большой землей. Дороги жуткие, Интернет слабый, мобильная связь не лучшего качества. Для них 21 век еще не наступил, а для кого-то и 20-й.