Главное, Кино, Культура

В объятиях левиафана

Кадр из фильма Левиафан«Режиссер указывает лишь на симптомы болезни, но лечения не находит».

Студент исторического факультета Петрозаводского университета размышляет о фильме Андрея Звягинцева «Левиафан».

 

Пока бури вокруг фильма Андрея Звягинцева «Левиафан» ненадолго утихли, можно спокойно поговорить о нем. Название фильма отсылает нас к Ветхому Завету, а также к английскому философу Томасу Гоббсу, который увековечил левиафана в своем фундаментальном труде «Левиафа́н, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского».  Левиафан – это и чудовище, и государство, а зачастую одно и то же.

Город Прибрежный у Баренцева моря –  основное место действия фильма. Сложно выдумать место красивее и ужаснее, чем этот городок. Щупальца левиафана охватывают не только Русь-матушку, но и весь мир. Замысел фильма возник из американской реальной истории, когда некий Марвин Джон Химейер бульдозером снес десяток административных зданий, пытаясь отсудить у чертовых капиталистов свою часть земли. После премьерных показов «Левиафана» за рубежом зрители подходили к режиссеру со словами благодарности. Мексиканцы уверяли его, что если в фильме поменять водку на текилу, просторы Севера на кактусы да еще портреты руководителей, это будет их родная страна. Режиссер не в силах был скрыть свой восторг: видимо, это и есть главная цель картины – обнажить трагедию человечества.

Но отечественного зрителя подобная трактовка не устроила, а, наоборот, привела в состояние повышенной раздраженности, а тех, кто сдержаннее –  к чувству опустошенности, камня в глубине необъятной русской души. Спросите почему? Народ мы особенный, у нас своя стезя в историческом пространстве, особая миссия. Мы готовы смело взглянуть в зеркало, но видеть в нем какого-то европейца – боже упаси! В картинах Звягинцева речь всегда идет о метафизической общности. Пангея для него не выдумка, а объективная реальность, с ее коррумпированностью, алчной церковью и пьющими мужиками.

История в фильме не такая уж и оригинальная. Слесарь Николай живет в своем доме с женой Лилей и сыном Ромой. Сказать, что в семье гармония, язык не поворачивается. Николай мужик серьезный, аргументом в воспитании сына служит мощный подзатыльник, а попытки завести серьезный разговор обязательно происходят на пьяную голову и заканчиваются или бестолковой шуткой, или фразой: «Подрастешь – поймешь». Необходимого разговора с Ромой так и не состоится, всё будет променяно на алкоголь в нечеловеческих количествах. Только оказавшись за решеткой, Николай поймет, что сын остался совсем один, хотя Рома и так все время находился в одиночестве.

Жене Николай говорит: «Я люблю тебя», а в ответ слышит: «Я знаю». Любовь к мужу исчерпана, Лиле неимоверно тяжело, на ее лице неизменно скорбное выражение. Но она не имеет права оставить мужа с сыном в роковой час. И вот в эту семью  приезжает Дмитрий, армейский товарищ Николая, московский адвокат. Он будет помогать другу, у которого мэр желает отобрать дом.

Николай Сергеев – отличный слесарь, дом построил своими руками. Есть друзья жены – полицейский Паша и его супруга.  Паша просит Колю, чтобы тот в очередной раз отремонтировал машину подполковника Степаныча. Николай возмущен, сначала отказывается, но в конце концов соглашается. Он помогает человеку, который ему неприятен, ему не хочется тратить на него время, но он услужливо делает все необходимое. Дом отбирают, семья рушится на глазах, в суд ехать надо, но вместо этого Николай упорно занимается починкой старой «Нивы», на которой в благодарность за работу его отвезут на отдых. Там он сможет выпить, закусить, ну и пострелять, конечно.

Сначала стреляют по пустым бутылкам, заливая в себя водку с такой скоростью, что через пятнадцать минут все пьяные. А затем упомянутый Степаныч с философствующим видом достает из багажника портреты бывших руководителей СССР. Для расстрела, так сказать! Как только мужики увидели, во что они будут стрелять, из недр их душ вырывается гогот. Сейчас произойдет суд над историей! Слесарь, дпс-ник и подполковник с адвокатом совершат акт возмездия за ту боль, что терпел и терпит народ.

Головы гидры готовы разлететься на осколки, но остаются те, которые не успел прижечь Иолай. Они-то и  правят нами сегодня.

Николай требует и нынешних правителей, но доблестный подполковник шепчет, что время не пришло, пусть еще повисят, а что касается Бориса Николаевича Ельцина, так тот и вовсе мелковат. Небольшой эпизод, который вызывает чувство отвращения: уважать свою историю становится чем-то мелким, позорным.  Николая это веселит, отчего же мне не смешно?

Режиссер, «можешь ли ты удою вытащить левиафана и верёвкою схватить за язык его?». Присутствие грозного чудища мы видим и в огромном скелете, что лежит на берегу моря, где плачем разрывается Рома, и в живом монстре, которого видит Лиля, стоя над обрывом. В этом можно увидеть смерть одного государства и рождение другого, которое чем-то похоже на предыдущее, но сравнить мы его не можем, ведь видим лишь спину существа.

Почему смерть настигает Лилю? Мне кажется, она полюбила друга мужа своего. В фильме Дмитрий единственный человек, который пытается хоть что-то сделать. Возможно, это и привлекает к нему Лилю. Измена вскоре перестанет быть тайной, адвокат, опасаясь за собственную жизнь и здоровье дочери, возвращается в Москву, а Лиля к мужу, где ее с двойной порцией ненависти ждет Рома, сын Николая от первой жены. Реанимировать любовь к Николаю Лиле не удается, даже предложением завести ребенка. «Эта тема пришла, остальные оттерла и одна безраздельно стала близка. Эта тема ножом подступила к горлу…». Лишившись последней надежды, героиня погибает. Отмучалась и освободилась.

Любопытно, что муляж скелета после съемок продали какому-то бизнесмену. Сам Звягинцев по этому поводу сказал: «Потом его купил бизнесмен и установил на лужайке у своего дома». Чем вам не метафора?

В фильме нет счастливых людей. Местный мэр, герой Романа Мадянова, всего лишь одна из голов чудища да настолько мелкая, что ее и не видно на громоздком теле. Мир для него сузился до ближайших выборов, которые пройдут через год. Но если человек перестает наслаждаться настоящим, он вовсе перестает жить. Как ни парадоксально, в этом и кроется сила местных коррумпированных чиновников. Они жертвуют жизнью ради власти и злосчастных привилегий, но цена за них слишком высока. И церковь это прекрасно понимает, причем не только в нашей стране. Здесь и сейчас он преступник, но на суде, который страшнее уголовного, построенная им новенькая церковь, может, и сыграет ключевую роль.

В фильме есть и другая церковь – разрушенная, давно позабытая, некогда в своих стенах хранившая самого Господа Бога. Она в священнике бедного городского прихода, который напоминает Николаю  отрывок из книги Иова. Но хочется верить, что «в деревне Бог живет не по углам, как думают насмешники, а всюду». В разрушенной церкви местная молодежь распивает пиво и жжет костры, и никому нет до этого дела.  Здесь метафора преемственности той бездуховности, которая перешла от взрослых к подросткам. Николай никогда не посещал церковь. Родился он в том месте, где левиафан сожрал самого Бога. Сыну он только и может сказать: «Снова в церкви сидели? Смотри, досидитесь там!».

Бедный священник в конце фильма покорно стоит в роскошном храме, который построили на месте разрушенного дома Николая, и внемлет балабановским речам архиерея о том, что вся сила в правде, а Иисус Христос есть любовь. Зрителю авторы фильма дают понять, что суд, приговоривший Николая к пятнадцати годам заключения, и Суд Божий в православном храме, имеют под собой одно начало. Оно не имеет названия, но ты всем нутром ощущаешь его мощь и нечистую силу.

В разрушенном храме сохранилась возможность лицезреть Бога и мир, им созданный, а в новом храме потолок заделали крепко-накрепко. Мэр говорит своему чаду, что сын божий перед ним и от него не укрыться. Но ребенок уже смотрел на небо и ничего не увидел.

Звягинцева называют смелым художником, ведь именно он чуть ли не первым затронул столь болезненные темы, потому реакция пошла незамедлительно. Конечно, политическая ситуация в мире сыграла свою роль, отрицать это, по-моему, глупо. Хотя о проблемах этих уже давно говорят, возьмите, к примеру, фильмы «Долгая счастливая жизнь» Бориса Хлебникова, «Дурак» и «Майор» Юрия Быкова,  «Комбинат «Надежда»»  Натальи Мещаниновой, «Счастье мое» Сергея Лозницы.  Можно вспомнить А.С. Пушкина  и его «Сказку о попе и о его работнике Балде» и убедиться в том, что новое – это хорошо забытое старое.

Звягинцев указывает лишь на симптомы болезни, но лечения не находит. Для него главная миссия, как творца, рассказать о трагедии, а как быть дальше уже не его дело. Зрителю пути выхода он не показывает.

Бурное обсуждение режиссера «Левиафана» напоминает мне суд над Бродским, вызванный его якобы тунеядством. Ахматова, когда узнала о суде, сказала: «Какую биографию делают нашему рыжему!». То же происходит и с Андреем Звягинцевым. Иногда мне кажется, что весь этот скандал вокруг Pussy Riot, вокруг Звягинцева инициируется специально, чтобы отвлечь людей от реальных проблем в стране.

И все-таки я хочу поблагодарить Андрея Петровича за его творчество. Он, безусловно, мастер.  С этим режиссером, а точнее с его дебютной работой, я познакомился еще в школе, посмотрев гениальную картину «Возвращение». Я готов ее пересматривать вновь и вновь и каждый раз наслаждаться таким творчеством, истоки которого таятся в божественном. Последняя работа Звягинцева не оставила меня равнодушным, заставила о многом задуматься, появились новые мысли и, как ни странно, надежда, что не все потеряно в объятиях Левиафана.

  • Роман

    Спорный фильм, спорная рецензия, спорный талант режиссера Андрея Звягинцева, в конце концов. Понятно, почему картина вызвала такую бурную реакцию, обсуждение и неоднозначную критику. С одной стороны кричащие про проплаченность режиссера госдепом «ура-патриоты», с другой восхваляющие сие творение «ура-либералы», готовые воздвигнуть памятник творцу и называть в честь него улицы. Подогрела обсуждение и накаленная до предела политическая обстановка. Представители обоих лагерей (защитников и противников фильма) по-своему правы и не правы. Их мнения во многом мне непонятны, так как зачастую они уходят от главного — забывают, что перед нами художественное произведение. Про это, по моему мнению, забывает и сам Андрей Звягинцев. Даже просто с точки зрения создания произведения «Левиафан» стоит на несколько голов ниже, чем тот же «Дурак» Юрия Быкова, с которым часто сравнивают картину Звянинцева. «Левиафан» — картина авторская, а это значит, что любое действие в ней отображает видение режиссера. Надо сказать, что его предыдущие работы мне понравились. Чего не могу сказать о его последнем нашумевшем фильме.
    Посыл мне ясен, идея фильма проста, понять ее в самом деле не составляет труда. За это многие хвалят фильм, за его внутреннюю составляющую. Но проблема в том, что темы и проблемы фильма далеко не новые. Действие фильма застряло во времени лет так на двадцать. Но вернемся к самому фильму. Картинка в нем и правда добротная — операторская работа радует глаз, промерзлые земли Севера России завораживают и приковывают внимание, но что касается персонажей… Тут дела обстоят значительно хуже. Создатель всего этого показывает зрителю штамп на штампе, да штампом погоняет. Развитие персонажей? Забудьте! С самого начала ты понимаешь, кто есть кто, остальное время просто смотри, как эти поверхностные картонки глушат водку и жалуются на жизнь. Что касается водки. От нее на середине фильма уже стало тошно. Казалось, скоро она выльется из экрана и затопит все вокруг. Ее действительно можно было сделать отдельным персонажем, только у него было бы хоть какое-то развитие — в начале ее мало, затем ее много. Логика действий и мотивация у героев отсутствует напрочь, а там где она хоть немного присутствует, появляется новая сюжетная дыра. Потом их становится все больше и больше, а к концу фильма ты понимаешь, что ничего нового ты не подчеркнул из этого фильма. Вместо этого тебе только что влили ядерную смесь «глубокого» смысла, поверхностных персонажей, нелогичности действия и заправили все это дело чистой водкой, а потом еще и из горла заставили выпить. Вот так вот.

  • Т.Шестова

    Накануне присуждения «Оскара» я посмотрела польскую «Иду» и эстонско-грузинский фильм «Мандарины», которые вместе с «Левиафаном» претендовали на эту награду. Оба фильма потрясающие, гуманистической направленности, хотя чисто в художественном отношении «Мандарины», на мой взгляд, уступают «Иде», которая и получила «Оскара». Я предполагала, что «Ида» вызовет в Польше у многих неприятие, так и оказалось, о чем пишет Газета.ру. В «Иде» во время войны поляки вначале укрывают, а потом убивают еврейскую семью, включая ребенка — и не только из страха расправы со стороны немцев, но чтобы завладеть домом этой еврейской семьи. «Письма с требованиями увольнять артистов польские зрители не писали, но при этом петиция с требованиями включить в фильм сцены, в которых рассказывалось бы о поляках, казненных за помощь евреям в холокост, собрала 40 тыс. подписей. Причем линия раздела в этой дискуссии, так же как и в случае с «Левиафаном» в России, проходит между патриотами-консерваторами и либералами, требующими безжалостного отношения к прошлому». В общем, ничто не ново под Луной.

  • Алексей Конкка

    Увидел, что и на Лицее обсудили «Левиафана». Хоть и с опозданием, но присоединяюсь. Действительно, после столь детального разбора хочется пересмотреть. Но первое впечатление, говорят, вернее. Так вот, читая очень даже достойную статью Артема Иванова, заметил, что он не обошел один из главных, по моему, вопросов для самого Звягинцева:
    «Бедный священник в конце фильма покорно стоит в роскошном храме, который построили на месте разрушенного дома Николая, и внемлет балабановским речам архиерея о том, что вся сила в правде, а Иисус Христос есть любовь. Зрителю авторы фильма дают понять, что суд, приговоривший Николая к пятнадцати годам заключения, и Суд Божий в православном храме, имеют под собой одно начало. Оно не имеет названия, но ты всем нутром ощущаешь его мощь и нечистую силу». И еще: «Здесь и сейчас он преступник, но на суде, который страшнее уголовного, построенная им новенькая церковь, может, и сыграет ключевую роль».
    Именно в этом ключе и стоит в фильме Звягинцева рассматривать построение церкви на месте дома Николая (привет Нелли Григорьевой!)). И ужас как раз состоит не в том, что вор и негодяй бы там построил некий центр или ресторан, а построил церковь, в которой превозносится Христос, который есть любовь. Абстрактная любовь, которой нет на земле, или уж точно нет на той земле, где живет Николай.
    В 2005 году я второй раз (после 1990-го) побывал в Йошкар-Оле, столице Марий Эл. И был поражен длинным рядом новоделов на самом «престижном» месте, на набережной реки. Новоделами были каменные церкви. Они мало чем отличались друг от друга — столь же несуразные, как и их расположение в ряд, другого места им, видимо, не дали. На храмы Божьи они не очень были похожи, хотя завитушек было на них много. В разговорах с местными людьми выяснилось, что все они построены «местными бандюганами», имена их известны всему городу. Отмаливали делишки свои, как мне было сказано. Пожалуй, тут и добавить нечего. Сколько их по всей России?
    Мне кажется, что пафос фильма состоит в показе бессмысленности: бессмысленна жизнь сего населенного пункта, жизни и преступлений перед Богом и людьми его «мэра», жизни и будущей смерти главного героя и всего этого угла земли, разве не понятно это из всего фильма? И на этом фоне разве не бессмысленна постройка храма на костях и крови, в окружении пьянства, разврата и горя?

    • Artem Ivanov

      Благодарю Вас Алексей Конкка, что подключились к беседе. Отдельная благодарность за Ваше мнение. Возвращаясь к комментарию Нелли Григорьевой, то я хочу отметить, что различного рода фестивали уже давно пропитаны политикой. И это никакой не секрет. Если Андрей Звягинцев не желает признавать этот факт, а доверяет европейским критикам в честности их подходов, то ничего против этого я не имею. Да и не столько важны эти награды, как может показаться на первый взгляд.
      А вот способен ли «Левиафан» типизировать или обобщать что-либо? Да он уже это сделал. Возможно, подчеркиваю, возможно, через лет 15-20 этот фильм и будет являться отражением дня сегодняшнего. Но только в определенном контексте. Время и пространство в фильме четко обозначены.Там и портрет В.В. Путина на стене, там и Pussy Riot по телевизору.
      По поводу «слива» фильма в сеть — тут Вы правы. Это очень хороший рекламный ход, который сработал. Об этом можно судить уже по первым сборам в кинотеатрах.
      Нелли Григорьева, но ведь и замечательно, что мы живем в разных ипостасях? Я ведь и сам родом из маленького поселка. Там тоже стоит новенькая часовня, построенная местным бизнесменом, а вокруг нее тишина и разрушенный лесопильный завод.

      Фильм все-таки затронул нужный нерв. Это ни в коем разе не шедевр кинематографа. Но с этой картиной мы уже вынуждены считаться.

      • Нелли Григорьева

        Уважаемый Артём Иванов, зачем же лукавить? «Если Андрей Звягинцев не желает признавать этот факт, а доверяет европейским критикам в честности их подходов, то ничего против этого я не имею. Да и не столько важны эти награды, как может показаться на первый взгляд». Андрей Звягинцев снял заведомо конъюнктурный, фестивальный фильм и весь набор «страшилок» о российской действительности в нём есть, а, уж, насколько ему важны/не важны награды знает только он сам, надеюсь, фильм на фестивали отправлялся с его согласия. ;))) То, что Вы его считаете типизирующим день сегодняшний — это просто одно мнение, есть и прямо противоположное. То, что для Вас «портрет В.В. Путина на стене, там и Pussy Riot по телевизору» обозначают время и пространство — это тоже часть одного мнения, я бы не стала именно этими символами обозначать современность. Честно говоря, даже странно столько внимания уделять некачественно выполненной работе, а мы с Вами с художественной точки зрения видим слабые стороны картины? Для меня важно, чтобы любой фильм и на любую, самую горячую тему был снят качественно, я рассматриваю кинематограф как искусство, пусть даже идеологизированное. А то, что одна часть зрителей несёт его как знамя, доказывая, что «всё плохо, всё пропало», а другая обижается на «очернение действительности», то это просто эмоциональная составляющая от увиденного. Но! Качество и профессионализм прежде всего. У Вас впечатления о храмовых новоделах в вымирающих посёлках, у меня — о реставрируемых храмах в рязанских деревнях, где для старушек это единственное утешение. Всё есть — и то, и другое, мир сложен, наша страна тоже живёт по-разному. А в «выпиливаемом лесе» и «разрушенных лесопилках» есть и часть, подчёркиваю, часть нашей ответственности. Гораздо проще, блюдя своё удобство и свой интерес, абстрагироваться от проблем и вспоминать о них только после просмотра подобных картин, чем замечать как медленно, но верно что-то меняется в лучшую сторону и, тем более, прилагать самому к этому усилия. И, всё же, я Вам благодарна за возможность обсуждения и надеюсь на Ваши новые рецензии!

        • Artem Ivanov

          Вы даже не представляете, как я Вам благодарен, что дарите мне возможность обсудить эту картину. Про важность наград. Здесь я имел в виду собственное отношение к ним, а не режиссера. Ведь есть огромное количество фильмов, которые не были удостоены никакой статуэтки, но шедеврами они от этого не перестали быть.
          В своем видении символов я могу лишь предполагать, поэтому и добавляю слово «возможно». Я также стараюсь смотреть на кинематограф как на искусство.
          Кстати, про идеологию. Лени Рифеншталь сняла «Триумф воли» и «Олимпию». Мы все знаем в какое время и в каком месте сняты эти картины. Но это же не умаляет достоинства ее работ с точки зрения вышеупомянутого искусства.
          В остальном я с Вами полностью согласен. И я признаю, что во многом мне не хватает опыта, знаний, чуткости, чтобы давать серьезную оценку фильмам. Но я очень хочу научиться.
          С удовольствием буду писать рецензии, если у них будет адресат.

  • Прочитано

    Евгений Гришковец: «Вернулся домой, а тут на экраны вышел «Левиафан» Звягинцева. Это большое и сильное художественное впечатление, какого я давно не получал. Картина в самом лучшем смысле простая и ясная. Картина, которую смотреть надо, не отводя глаз от экрана и не затыкая уши. В этой картине всё имеет художественное значение. А значит, те, кто сочтёт эту картину чернухой или сугубо социально обличительным произведением, просто ничего не понимает в искусстве. Только по-настоящему самобытный и любящий Родину художник мог снять такую картину. Потому что только самобытный и любящий Родину человек может так глубоко и точно понимать и слышать жизнь своей страны».

    А вот так посмотрели фильм в Териберке: http://murmansk.mk.ru/articles/2015/02/11/pravdamatka-teriberki.html

  • Нелли Григорьева

    Для меня проблематика фильма «Левиафан» заключается в двух моментах. В начале фильма, когда механической скороговоркой зачитывается решение суда, звучит фраза «для общественных нужд», поясняющая причину отъёма участка земли главного героя. И, в заключении фильма, мы видим, что на месте бывшего дома главного героя выстроен храм, значит, действительно, для общественных нужд. У меня вопрос: что с нами произошло за последние 20 лет, что фраза «для общественных нужд» стала не просто пустым звуком, а вызывает негодование отдельных представителей той самой общественности? Когда мы успели превратиться в «очкастых, частных собственников», готовых горло перегрызть за место под солнцем? А если бы зарвавшийся коррупционер в качестве предвыборной агитации построил на этом месте дом-интернат для детей-инвалидов, мы бы также сочувствовали главному герою? Почему автору фильма не пришла в голову такая простая мысль, что люди, и священнослужители тоже, меняются, а храмы остаются? В прочитанных мною рецензиях «Левиафан» часто сравнивают с фильмом «Покаяние» Тенгиза Абуладзе, видимо, за его «революционные» для сознания качества. Но главная цитата «Покаяния» — «К чему дорога, если она не приводит к храму?» — прямо отсылает к основной сюжетной линии «Левиафана», вот мы и пришли к храму, снова плохо, теперь-то кто виноват? Я благодарна автору «Левиафана» и Артёму Иванову за предложенную возможность посмотреть в зеркало. Да, общественное сознание порядком изменилось, если обучение в школе мы называем «продуктом», а лечение в больницах «услугами», если на смену «терпимости» приходит «толерантность», а отсутствие профессионализма зачастую прикрывается словами «авторское видение», если над основополагающим для нации определением «патриотизм» мы позволяем себе, если не ёрничать, то, как минимум, стесняемся вслух в нём признаться. «На одном патриотизме далеко не уедешь» — я согласна, но и без патриотизма мы превращаемся в обособленных индивидуалистов, живо реагирующих на слово «халява» и ничего не желающих делать бесплатно или для общественных нужд. А это тот самый случай, когда легко «пропасть поодиночке». Фильм Звягинцева я смотрела в память о своих восторгах после его же «Возвращения» и по своим свежим впечатлениям от мест съёмок — посёлка Териберка. Природа Заполярья вызвала во мне такой восторг, что я пережила подобие катарсиса и очень хотелось ещё раз прочувствовать её величие, силу, пронизывающую насквозь красоту. Но, увы, подобных кадров в фильме было немного, а манера операторской съёмки, «фирменный» колорит кадров уже стал, на мой взгляд, кинематографическим штампом. Не стыковки сюжетных линий, масса вопросов к поступкам и поведению героев, отсутствие гуманистической основы сюжета, недоумение по поводу, а что такого теряет главный герой, который в начале фильма, по сути, сидит, как та самая старуха на берегу синего моря у разбитого корыта, которым является его жизнь — всё это вызывает основной вопрос: «Зачем?» Зачем был снят фильм, утрирующий действительность, которая скорее соотносится с 90-ми годами России и, мало что имеющая общего с современностью? Даже мой коллега, исповедующий абсолютно либеральные взгляды, недоумевал после просмотра:»Не понимаю чего все взбесились…настоящего упадка, пьянства, деградации, криминала и мата там нет. Житуха в наших глубинках круче и страшней. А это взгляд эстета.Териберку люблю безмерно! Прокол Звягинцева в том, что он не показал ВСТРЕЧУ С ВЕЧНОСТЬЮ. Для меня фильмец ни о чем.»

    • Artem Ivanov

      Нелли Григорьева, но ведь за общественными нуждами скрывается трагедия человека. Пусть и слабого, но человека. Кровь не смыть никакими благими деяниями. Продукты и услуги? — добро пожаловать, ребята, в капитализм. Фильм «Левиафан — отличный пример симулякра, о котором говорил Бодрийяр. Именно у Звягинцева мы обнаруживаем иллюзию реального мира. Мы сразу же смешали художественное полотно с реальностью, оставаясь в негодовании от того, что не находим общих точек соприкосновения. Более того, сюжетная линия выстроена таким образом, что зрителю приходится постоянно додумывать жизненный путь героев, искать обоснования их поступков и эмоций. Если посмотреть на творческий путь Звягинцева, и проследить общую тенденцию отечественного кинематографа, то можно констатировать, что упадок в этом деле просто немыслимый.

      • Нелли Григорьева

        Уважаемый Артём Иванов, что Вы называете «выстроенностью сюжетной линии»? Невнятный, сырой, на коленке написанный сценарий? Который скорее напоминает кучу хвостов в корзине и предлагает зрителю сыграть в «сделай сам». Законы композиции и драматургии ещё никто не отменял, а художественное произведение на то и художественное, что подразумевает образное и пластическое решение. Отсутствие диалогов или непрописанные образы, картонные клише вместо актёрской игры? Исключение сделаю для главного героя Алексея Серебрякова, в рамках сценария он, на мой взгляд, сыграл убедительно, это не лучшая его роль, но хорошая работа. Елена Лядова, к моему большому сожалению, дурно скопировала свою героиню из «Географ глобус пропил», а Роман Мадянов, я так понимаю, теперь пожизненно будет играть коррупционеров, что жаль, он мне видится более многоплановым артистом. Вы уверены, что 2,5 часа Вашей и моей жизни стоят такого сомнительного удовольствия? Я так понимаю, что и Вы, и я видели в своей жизни что-то слаще морковки, если ведём дискуссию. Я фильму «Левиафан» ставлю твёрдую «троечку». Твёрдую, потому что снят фильм состоявшимися профессионалами в кино, а «троечку» — за посредственность, посредственность во всём: в сценарии, в достоверности, в художественности истории и героев, в отсутствии личного отношения режиссёра к своим героям, в отсутствии смысла как такового. Менее всего «Левиафан» может что-то обобщать или типизировать, а он на эту роль претендует. Но несколько панорамных кадров ещё не делают из обрезка холста картину и из вороха плёнки эпический шедевр. Обратимся к «трагедии маленького человека». У главного героя отсуживается дом и земля, взамен выплачивается компенсация и предлагается неприглядного состояния квартира в блочном доме, потому что на улицу у нас пока никого не выселяют, тем более, в семье есть несовершеннолетний ребёнок. Мало того, что наш герой может продолжать судиться за своё родовое гнездо, он даже при самом плохом раскладе может на сумму компенсации купить другую квартиру или заново строить дом в другом месте. Я думаю, для Вас не секрет какова стоимость недвижимости в подобных депрессивных городках или посёлках. Но нет, герой Серебрякова предпочитает ругать власть и пить горькую. Может, нам стоит ему сопереживать за не сложившуюся семейную жизнь, предателей друзей в лице бывшего армейского сотоварища и семьи местного блюстителя закона? Или за его несостоявшийся бизнес, ведь очевидно, что семья живёт на зарплату жены. И никакие ссылки на американскую историю, и, тем паче, библейские тексты не прикрывают явные огрехи «Левиафана». Это, конечно, очень романтично назвать сюжет «вне времени и пространства», но, посмотрим правде в глаза — его нет. Плохой кинематографический продукт, а картиной назвать его я не могу, абсолютно конъюнктурный по всем статьям и крайне сырой с художественной точки зрения не оправдывает в моих глазах ни присуждённая награда в Каннах, ни попытки романтичного объяснения. Ну, и вишенкой на торте — а как Вам эти истории «случайного слива» фильма в сеть до премьерного показа или откровенная ложь о запрете его показа в Мурманске? Что, без подобных ухищрений трудно заставить зрителя потратить деньги и время на просмотр? Проблема Звягинцева и многих, придерживающихся подобного взгляда на российскую действительность, — это узость взгляда, не желание видеть дальше собственного носа или пределов Садового кольца/Рублёвского шоссе и т.д. Я последние 10 лет много ездила по России и за рубеж и имею возможность сравнить нашу страну во времени и пространстве. А разговоры с жителями маленьких посёлков, городков с дотационной, часто депрессивной экономикой позволяют мне сделать вывод и о настроениях, и о переменах. И перемены есть, и настоящие патриоты есть, и поэтому моя действительность и действительность автора «Левиафана» разительно отличаются. Нужно больше смотреть вокруг себя, больше путешествовать, стараться узнать свою страну и её жизнь самостоятельно, смотреть в зеркало, всё же, лучше, сняв солнцезащитные очки — там всё ярче, цветнее и занимательнее. И удачи Вам в новых рецензиях!

  • Juniper

    «Левиафан» жуток и симптоматичен. Те, кто пытаются видеть в нём пасквиль
    на РПЦ, антирусские заходы, проплаченные Госдепом, некачественную
    псевдодокументалистику и т.п. — либо люди недалёкие, либо люди,
    сознательно апеллирующие к массовому сознанию, активно подкармливаемому
    «Универом» и «Физруком».
    Фильм Звягинцева кошмарен утопленным в обыденность неуклонным
    приближением к точке абсолютного ноля, за которой никакая жизнь и
    никакое движение уже не будут возможны. Многие рецензенты досадуют на
    нераскрытость сюжетных линий. Так вот, эти линии совершенно не важны, и
    никому не интересно, отчего умерла мать Ромы, сколько раз прежде, до
    начала сюжета, виделись (и как виделись) Лиля и московский адвокат, кто
    приглушил Лилю по затылку молотком — некто неизвестный (или известный,
    но не показанный в кадре) в парах белой горячки, заказное «следствие»
    уже после находки тела или вообще никто, и этот факт — только текст в
    бумагах следствия.
    У фильма нет сюжета и нет времени, у него нет и пространства, он
    возможен в любой точке обитаемого мира, а всё, что происходит — движется
    из ниоткуда в никуда, это броуновское движение в остывающем
    пространстве. Логику здесь искать невозможно, и здесь нет ни одной
    истинной точки опоры. Семья — но её нет. Полиция — но обе её ипостаси
    антифункциональны: та, что в участке, не охраняет порядок, а
    поддерживает установленные порядки, положительные вроде ДПСники отлично
    гоняют на УАЗике, набухавшись по самое некуда. Про мэра и его присных
    молчу, московский адвокат тоже действует не с позиций закона, а
    компроматом и громким именем. Оба лика церкви — финальная пышная сцена с
    проповедью, напоминающей одновременно речи министра православия РФ г-на
    Гундяева и оба судебных приговора в фильме, только замедленные до
    нормального темпа, и «народная», с вопросами отца Василия — тоже
    нерабочие, пустые. Кажется, вот сейчас разговор с о. Василием обозначит истину, тем более
    что единственный раз звучит слово «Левиафан», — но натыкается на
    Николая, смысл реплик которого — «И чё?», и всё движение опять замирает,
    психологическая функция церкви тоже не работает, и тут же мы в
    подтверждение ощущённой пустоты видим украденную буханку, сердобольно
    отдаваемую свинарке. Нет правды на земле — но правды нет и выше. И то же
    самое со смыслом: что бытие человека, что бытие Бога — бессмысленны. А
    значит, нет ни прошлого, ни настоящего. Ружья висят на стенах, даже
    целый автомат — но стреляют по бутылкам. Портреты генсеков вроде бы
    вывешиваются под обстрел, но так и остаются за кадром, выпав из поля
    зрения и одновременно из памяти. И всё, происходящее в кадре, выпадает
    из памяти, покинув кадр.
    Кто-то из рецензентов, жаждая достоверности, вопрошал: а зачем епархии
    участок Николая, если есть разрушенная церковь? Но и тут все концы
    оборваны: «многофункциональный центр связи» нельзя возвести на месте
    исторического святого храма, у него не может быть такого продолжения, а
    архитектурно-духовному новоделу, возведённому на единственном месте, за
    которое держались герои фильма, вообще ничто не может предшествовать,
    это новообразование (в том числе и в медицинском значении). Но, хоть
    убей, вот тот тинейджерский пьяный костёр, чьё пламя вырывается из руин
    церкви — кажется мне чуть ли не самой пронзительной свечой, что возжжена
    перед непоколебимым, огромным, отстранённо-прекрасным миром. И,
    ей-богу, не покидает чувство, что тут не обошлось без эпохального костра
    в «Чучеле» Ролана Быкова, с пронзительной репликой Кристины
    Орбакайте-Ленки Бессольцевой: «Я была на костре!» — но чувство, что и
    это пламя погаснет в остывающих декорациях мира.
    И вся эта клоака отчаянно, судорожно и безрезультатно дезинфицируется чудовищным количеством спирта.
    Как-то
    так. Вообще же все мыслимые смыслы «Левиафана» — за краями объектива, в
    тех отрывках судеб героев, которые никогда не будут показаны. В
    гигантском пространстве сразу всех «до» и всех «после», тасуемых высшей
    рукой так же произвольно, как выбираются с конвейера потрошёные рыбины —
    ту выхватило раньше, ту позже, ту вообще прижало створкой. А
    необъятного, как известно, никто объять не может. «Можешь ли ты удою
    вытащить левиафана и верёвкою схватить за язык его?..»

    • Artem Ivanov

      Благодарю Вас за столь подробный комментарий к фильму. Прочитал с истинным удовольствием. «У фильма нет сюжета и нет времени, у него нет и пространства». Но время, на мой скромный взгляд, обозначено. Это время — здесь и сейчас. И Россия в фильме, как пространство, очень четко определенно, чего нельзя было сказать о картинах «Возвращение» и «Изгнание».
      А пламя надо чем-то поддерживать, иначе выгорит к чертовой матери. И позиция режиссера — в конце фильма зрителю не делать облегченного выдоха, а то и правда все погаснет.

  • Студент

    *в столь

    • Artem Ivanov

      В чем-то Вы правы. Но существуют и другие фильмы, в которых русский человек абсолютно счастлив и неприхотлив. Думаю, что в ближайшем будущем, фильмов вроде «Левиафана» будет намного меньше. На одном патриотизме далеко не уедешь. Особенно на таком, который в корне своем ничего благородного не имеет. Многие могут смеяться над фильмом «Горько», в котором люди пьют еще больше, чем в «Левиафане», а ведут себя и вовсе по-идиотски, но как только водку начинает пить обычный слесарь, у которого власть хочет отнять дом, то становится как-то не до юмора. Мне кажется, что у картины Звягинцева больше пользы, чем вреда. Если мы так переживаем, что о нас подумают на Западе, посмотрев отечественную картину, то, значит, задеты нужные болевые точки. Если хотим производить положительное впечатление на мир, то не стоит сетовать лишь на кинематограф. Иногда достаточно просто подойти к зеркалу.

      • Судент

        Не могу с Вами согласиться, фильмов , освещающих подобные проблемы и сейчас довольно много, и меньше их, думаю, не станет, слишком уж актуальные вопросы. Из последних «Дурак», например, который почему-то получил гораздо меньшую огласку. Хотя лично мне понравился больше.
        Пользы, безусловно, больше, фильм наводит на размышления , что уже хорошо. Жаль только, что просмотрен он будет в основном старшими поколениями , молодежь же предпочтет сходить на «50 оттенков серого».

        • Artem Ivanov

          Подобные фильмы часто финансируются министерством культуры. Думаю, политика в этом отношении обретет совершенно иной вектор. Вот слова Мединского: «Мы начали системно и впредь будем активно поддерживать экранизации произведений русской, советской литературы, фильмы патриотической, военно-исторической тематики. Те, что служат делу культурного, нравственного, духовного возрождения общества».
          Мне «Дурак» тоже более симпатичен. Но из-за своей сильнейшей эмоциональной составляющей, чего совершенно нет в «Левиафане». Я был не в состоянии сдержать слезы. Иногда приходилось ставить фильм на паузу. Невероятный диалог героя Артема Быстрова со своей женой:
          — Да ты послушай себя, дура. Там сотни живых людей, сотни…
          Совесть есть у тебя, нет?
          — Дим, они нам никто
          .— Маша, хорошая моя, уезжай. Ты не видишь, что я тебя сейчас ненавижу.. ? Неужели ты не понимаешь, что мы живём как свиньи и дохнем как свиньи только потому, что мы друг другу никто.»
          Быков не так обласкан зарубежными фестивалями, поэтому и огласки нет широкой.
          Молодежь у нас разная. Я, вроде, тоже еще не старшее поколение.

          • Судент

            Хорошо, если министерство культуры и дальше будет придерживаться такой политики .
            Соглашусь, эпизод не может оставить равнодушным. На меня еще произвела впечатление финальная сцена, хоть в народе и говорят:» Не делай добра — не получишь зла», этим принципом уж никак нельзя руководствоваться , если мы хотим жить в нормальном обществе.
            Я не говорю про всю молодежь, всех сгребать под одну гребенку было бы неразумно, но в большинстве своем…
            Спасибо, за диалог, с Вами, впрочем как и всегда, интересно беседовать )

          • Artem Ivanov

            Вам спасибо. Хоть освежили беседу.

      • Nikita Borovskiy

        И тем не менее тема патриотизма в той же США очень развита, на мой взгляд и нам бы он не помешал. А то в последнее время, определенные слои общества делают все чтобы смешать с грязью это понятие! А насчет кинематографа вы не правы, вы вспомните что о нем говорил еще Ленин)))) Силу синема не нужно недооценивать!

  • Студент

    На мой взгляд , в столько непростое для страны время было бы неплохо позиционировать ее с другой, менее неприглядной стороны. Ведь о русском человек и без того сформировано определенное стереотипное мнение. А Вам как кажется, Артем Викторович ?

  • Т. Шестова

    Поймала себя на желании пересмотреть этот фильм. И скорее всего не один раз, столько смыслов в нем заключено.

    • Artem Ivanov

      А какой Вы видите главный смысл в фильме?

  • Денис Ловилин

    Автор данного текста,видимо не видел реальный обзор на этот фильм

    Пусть он и молодежный обзор,но этот человек раскрывает фильм полностью

    А не то восхваление сверху от студента исторического факультета ПетрГУ

    https://vk.com/videos-25557243?z=video-25557243_171175662%2Fclub25557243%2Calbum-25557243

    • Artem Ivanov

      К сожалению, Вы ошибаетесь. Я видел данный обзор. Возможно, я и правда где-то позволил себе восхититься Звягинцевым, особенно в том месте, где речь идет о «Возвращении». Но ведь фильм «Левиафан» по большей части мне не понравился. Поэтому я так часто обращаюсь к сарказму. Евгений Баженов — большой молодец. Во многом я его поддерживаю. Но серьезные обзоры у него выходят слабые. И это не только мое мнение. Все-таки находить минусы глупых российских комедий куда проще, нежели конструктивная критика настоящего искусства. Что значит раскрыть фильм полностью? Сказать зрителям, что на GoPro снимаются куда лучше пейзажи, чем в фильме «Левиафан»? Не думаю, что это сильный аргумент.

  • Nikita Borovskiy

    Я если честно не у видел в этом фильме ничего о современной России. Может быть я живу в каком то выдуманном мире, но для меня он абсолютно реален. Вечно пьяный главный герой олицетворяет для меня не настоящее нашей страны, а прошлое, примерно лет 15-20 назад.

    • Artem Ivanov

      Реальность бывает куда страшнее. Вы правы, многие действительно не видят в реальном мире того, что показано на экране. И в этом нет ничего плохого. Но мне кажется, что художественное произведение выполняет совершенно иную функцию. Если Вас не затруднит, расскажите, пожалуйста, а какая она, современная Россия?

      • Nikita Borovskiy

        А вы сами выгляните на улицу, поговорите с людьми. Лично я алкашей на детских площадках почти не вижу. Да и среди многих моих разновозрастных друзей, тоже как то не принято бухать ежедневно. Это малая часть того что окружает меня! А что окружает вас?

        • Artem Ivanov

          Меня окружает целый мир. Он настолько прекрасен и многогранен, что превращает нашу жизнь в чудо. Но в человеческом общежитии есть свои изъяны. Существуют они уже давно. Есть в моем мире и алкаши, и наркоманы, и суицидники, и брошенные дети и т.д. А пару дней назад ехал я в троллейбусе с мужчиной, от которого исходил тяжелый запах экскрементов. От него все шарахались, а он взял и подошел ко мне со словами: «Служил?». Удовлетворившись моим положительным ответом, он начал поздравлять меня с 23 февраля, а затем был небольшой рассказ о его семье. Это случай тоже часть моей реальности.
          С другой стороны, есть в моей жизни любовь, преданность, сострадание, уважение, мораль. Реальность вмещает в себя бесконечность, поэтому о ней я могу рассуждать только из своего личного опыта. И не в моих силах охватить всю эту глыбу под названием мiр.
          Но «Левиафан» — это не отражение реальности в буквальном смысле слова. Он действительно глубоко симптоматичен и метафоричен. Поэтому многих и удивляет тот факт, что люди на экране видят те вещи, которые они не наблюдают в своей жизни.
          Но если Вы чего-то не видите, можно ли смело утверждать, что этого нет на самом деле? Ваши друзья не пьют ежедневно, и за них я безгранично рад. Но главный герой фильма не нашел другого выхода. Как и тысячи людей по всему миру.

          • Nikita Borovskiy

            Может и стоило тогда абстрагироваться и не снимать в фильме о настоящем времени события 90-х? Ведь фильм как бы показывает, что все эти явления существуют и сейчас! А номинация на Оскар: будем и дальше убеждать Запад, что русские либо пьяницы либо продажные политики. Я не спорю что такие фильмы тоже нужны, но номинировать их на Оскар это перебор! Но это мое мнение!

          • Artem Ivanov

            Без абстракции в искусстве никуда. Спасибо, что поделились своим мнением. Вашу позицию я уважаю.

  • Наталья Полевая

    Фильм сильнейший, правдивый — о нас, о России. Для меня он в первую очередь даже не об удушающей , силе государства и церковной бюрократии, а о человеке, потерявшемся в этом мире, не находящем опоры в себе самом. Потому и можно с ним делать все что угодно. Ничего у него нет, даже и любви нет — ни к женщине, ни к близким, ни к окружающей фантастически прекрасной природе. Он ищет Бога и не находит его. Звягинцев не указывает пальцем в болевую точку (это ему не свойственно), а задает зрителям вопрос: может, не там ищет? Ответ каждому нужно искать в себе самом, а это трудно, лень, опасно, не хочется. Вот и пинают режиссера, почему это он в светлое будущее путь не указал. Сейчас время простых ответов на сложные вопросы, но от Звягинцева вы их не дождетесь.
    Согласна с Артемом в том, что все же лучший пока фильм Звягинцева — «Возвращение». В «Левиафане» есть, на мой взгляд. чисто кинематографические недочеты, особенно по части сценария. Но я бы порекомендовала посмотреть этот фильм всем — за исключением тех, у кого ответы на все вопросы есть всегда. В отличие от них Артем пытается понять режиссера, разобраться, что с нами происходит, — спасибо за это!.

    • Artem Ivanov

      Любопытно, что именно за сценарий Звягинцев был награжден в Каннах, хотя это самое слабое, что есть в фильме. Это подтверждается даже диалогами, которые пропитаны инфернальной лексикой. Но в начале картины она присутствует в речи, а потом резко испаряется. Возможно, режиссер специально так делает, но выглядит это надуманно и неправдоподобно. Касательно операторской работы, то она, как и во всех работах Звягинцева, на высоте.
      А в фильме показан лишь небольшой срез нашей повседневности, но от него и правда хочется то ли кричать, то ли утонуть в гробовом молчании. И тут уже не имеет значения: нравится тебе фильм или нет. Правду, кстати, можно и в собственном дворе увидеть, но это не делает ее ценной с художественной точки зрения
      И все-таки главный герой любит свою жену и сына, дом свой любит. Тут вся проблема в проявлении его любви. Можно ли считать, что Николай олицетворяет собой не просто потерявшегося человека, а потерявшееся поколение?

      • Светлана Филимончик

        Артем Викторович, а есть ли диалоги в этом фильме? Звягинцев, по-моему, как раз через речь хорошо показал зашкаливающую агрессивность и разъединенность людей. Даже близкому мужчине Лиля говорит: «Я тебя не понимаю». Возможность единения показана только через общий смех (чудесный миг в доме вечером перед поездкой — вместе заразительно хохочут) и чаще через телесную близость (например, в машине в дреме доверчиво прижавшиеся друг к другу подросток и его мачеха)

        • Artem Ivanov

          Светлана Николаевна, речь, безусловно, присутствует. С вашим доводом я соглашусь, что она показывает разъединенность. Архиерей, кстати, выбивается из общей канвы, если говорить о вербальных средствах общения. Он задает эталон, у которого, к сожалению, двойное дно. «Так низость голую я прикрываю лохмотьями священных ветхих текстов и, сердцем дьявол, выгляжу святым». Про слова Лили я могу отметить только то, что она и правда его не понимает. Адвокат сначала предлагает ей уехать с ним в Москву и в тот же момент просит, чтобы не было никаких признаний. Отталкивает ее, бормоча о том, что «каждый виноват в чем-то своем». Да и откуда взяться пониманию, когда женщина верит в бога, а мужчина фактам.
          Про возможности единения вы снова правы, хотя в фильме есть и другая телесная близость: грубая, разрушающая, животная. Она для героев важнее.