Главное, Литература

Что сейчас читают #Софиенко, #Тишкина, #Савицкий и #Савчук?

Фото www.fanpop.com

Опрос «Что вы сейчас читаете?» продолжают писатель-фантаст, пианистка, преподаватель-историк и художница.  Первые двое  совпали в любви к Чехову, преподаватель составил тест по публикации Татьяны Толстой, а художница считает, что с книгой «За чертой милосердия» Дмитрия Гусарова можно пережить любые времена.

 

 

 

Владимир Софиенко, писатель-фантаст, организатор литературного фестиваля «Петроглиф»

Владимир Софиенко. Фото Дмитрия Казакова

– У меня дома на полке для чтения сразу несколько книг. Я не сторонник перескакивать с одного произведения на другое – нужно прожить книгу с её героями взапой, от корки до корки, сразу и одним махом. Тогда и переживания ярче, и послевкусие от прочитанного богаче. Но в последнее время так читать не всегда удаётся – много работы над своими текстами. В такой ситуации выручает фолиант с чеховскими рассказами. Периодически достаю томик Антона Павловича и проглатываю несколько его рассказов.

Вот уже месяц углублённо изучаю древнюю историю. В Национальной библиотеке выписал книгу Гленна Маркоу «Финикийцы. Цивилизации прошлого». Также на полке для чтения книга Гарсиласо де ла Веги «История государства инков», которую не так давно я раздобыл в Сети. На очереди роман «Родичи» Ортьё Степанова и карело-финский эпос «Калевала».

 

Юлия Тишкина, пианистка, доцент Петрозаводской государственной консерватории имени Глазунова

Юлия Тишкина

 

– Я всегда что-нибудь читаю, на столике у кровати, на письменном столе – везде лежат книги. И на рояле тоже, но там в основном специальная литература. К сожалению, читать приходится урывками, а так хочется, как в детстве и в юности, запоем! Прошедшей осенью я три месяца работала в Китае и там у меня было время для чтения, но много книг взять с собой было невозможно,поэтому моя сестра, которая очень много читает и имеет хороший вкус, закачала мне в планшет хорошие книги, которые я там не успела прочесть. Сейчас дочитываю «Низкие истины» А. Кончаловского, на очереди «Дневник» и «Тьма в конце туннеля» Юрия Нагибина.

А еще на ночном столике у меня лежит красивое подарочное издание «Золотая энциклопедия мудрости». Перед сном я открываю его наугад и прочитываю два-три изречения великих мудрецов и философов. Это успокаивает, кажется, что сам становишься мудрее. А когда мне бывает не по себе или плохо, я всегда беру читать что-нибудь из классики: Пушкина, Тургенева или Чехова и тоже успокаиваюсь. Хорошая книга – это пища для души, а душу питать не менее, а даже более важно, чем тело.

 

Иван Савицкий, кандидат исторических наук, доцент ПетрГУ

Иван Савицкий

– Со школьных лет чтение художественной литературы навевало сон, прерываемый словесными изысками авторов и ассоциациями сюжета с реальной жизнью. А в последние годы чтение «для себя» вообще стало для работающего человека роскошью, даже если он преподаёт в университете и читать обязан по должности доцента кафедры отечественной истории (в прошлом – архивоведения и специальных исторических дисциплин). Вот и читается из художественной литературы только то, что нужно по работе – например, роман Ильи Штемлера «Архив», благо известный петрозаводский магазин распродаёт книги за бесценок.

Сейчас работаю над учебным пособием «Государственные, муниципальные и ведомственные архивы» и составляю тесты для работы студентов – «контрольно-измерительные материалы» по типу многострадального ЕГЭ. Попалась публикация эпатажной Татьяны Никитичны Толстóй в майском номере интересного, но редкого журнала Story. Вот что из этого получилось.

«Году в 1992-м стою в магазине, держусь за карман, и тут ко мне подходит незнакомый мне гражданин. В смысле женщина. «Я, – говорит, – журналист и недавно проходила мимо нашего районного ОВИРа. Там они документы выбросили, личные дела. Я покопалась в них и выбрала оттуда папки со своим делом и с несколькими знакомыми тоже взяла. И ваше дело у меня есть. Хотите, сбегаю принесу?» «Несите», – говорю. Она сбегала и принесла. Там и анкета моя последняя, и копия приглашения в Грецию, и ещё какие-то справки, и – на зелёненькой бумажке – строгое указание. Донесение, можно сказать. Что в семье у Татьяны Никитичны Толстой неблагополучно. Сестра с приводом [в милицию за перепродажу блузки]. Наклонности у семьи, стало быть, тревожные. Обратите внимание и будьте бдительны»… Толстáя Т. Н. Вам и не снилось // Story. 2015. № 5. С. 136.

С1 Определите тип архива, о делах которого идёт речь в тексте. Назовите минимум две функции архива, описанных выше. Свой ответ обоснуйте.

С2 Как называется конкретная процедура работы с архивными документами, проведённая ОВИРом в начале 1990-х гг.? Укажите минимум две причины её проведения.

С3 Какие нормы права нарушили работники архива с точки зрения современного законодательства? Укажите минимум две нарушенных нормы.

Ну, как-то так…

 

Майя Савчук , художник

Майя Савчук

– Недавно дочитала «Сказку о попе и о работнике его Балде», не удержалась и прозу пушкинскую перечитала тоже. Как из колодца пьешь! А потом открыла любимую дедушкину книгу «За чертой милосердия» Дмитрия Гусарова. С этой книгой какое угодно время пережить можно. У меня дома в любой день еды больше, чем у всей партизанской бригады вместе взятой в поросозерском походе…

На даче читаю «Кортик» Рыбакова. Раз в году летом это обязательно. Там есть момент, когда главный герой просыпается в первый день летних каникул в своей квартире еще той  Москвы, в которой только мечтают побывать. В этом пробуждении – всё детство у меня. Просто мозг сразу перенастраивается, какие-то другие возникают связи между нервными клетками, и всё видишь мир глазами подростка. Поразмышлять там может уже и не о чем, но успокаивает здорово. Просто возврат в состояние безоговорочной веры в светлое будущее.

А основное сейчас – это «Воспитание Пиноккио» Александра Данилина. Книга по сказке Карла Коллоди «Приключения Пиноккио. История деревянной куклы». Про то, как из кукленыша воспитать настоящего человека. Про укорачивание длинного носа самолюбия и ценность сомнений в собственной правоте. Про то, что капризы, двигатели цивилизации потребления, не должны стать единственным способом самовыражения маленького человека. Про духовную смерть и обряды инициации и нужно ли говорить с ребенком о смерти. И наконец, как стать настоящим человеком – отнестись к ближнему как к цели своего существования. Методичка такая получается. Не художественная литература, однако, но уж больно качественно. Стало быть, следующий на очереди сам Карло Коллоди и его «Пиноккио», но уже для совместного с ребенком чтения. Осталось определиться с переводом.

Фото Дмитрия Казакова, Ирины Лврионовой и из личных архивов Юлии Тишкиной, Ивана Савицкого

  • Марина Л.

    С удовольствием читаю эту рубрику..Спасибо!