Главное, Общество, Семья и дети

«Только трагедия заставляет нас очнуться»

Фото Ирины Ларионовой

Жители Карелии потрясены гибелью четырнадцати детей, утонувших в одном из самых коварных озер нашего края

После трагедии в лагере «Парк-Отель «Сямозеро», произошедшей 18 июня, но узнали о которой лишь на следующий день, в Карелии и Москве 20 июня объявлен день траура.

Не шторм — о нем ведь предупреждали, а безответственность взрослых стала причиной гибели детей. Выявит ли начавшееся расследование всю цепочку, которая к ней привела, не назначит ли стрелочников, чего многие опасаются? Как же получилось, что детский лагерь «Парк-отель «Сямозеро», об ужасающих условиях пребывания в котором не раз писали карельские СМИ и была проинформирована детский омбудсмен Оксана Старшова, не закрыли еще в прошлом году? Как возможно такое, что 25 мая вице-премьер Валентина Улич на брифинге, упомянув и этот лагерь, сообщает журналистам, что » условия пребывания детей в оздоровительных лагерях… жестко контролируются», а 19 июня глава республики Александр Худилайнен объявляет траур по погибшим детям? Почему инструкторами в лагере, по некоторым сведениям, работали неподготовленные студенты педколледжа?

В соцсетях жители республики высказывают слова сострадания погибшим и их семьям, делятся своим мнением о причинах трагедии и ставят вопросы, на которые придется дать ответ, иначе беда может повториться

 

«О чём они думали в последние часы своей краткой жизни?»

Дмитрий Вересов, поэт: «Когда тебе двенадцать лет, а ты оказываешься ночью в холодной воде, вокруг — двухметровые волны, и неизвестно, где берег, где жизнь и смерть, спасательный жилет не спасет. Спасает, но не всех. Можно умереть от страха и ужаса, от переохлаждения или захлебнувшись. О чем они думали в последние часы своей краткой жизни?

Я был на Сямозере на рыбалке несколько раз. Озеро красивое, рыбное, но опасное. При большой площади и небольшой глубине волна разгоняется мгновенно. Местные рыбаки стараются не выходить в озеро при сильном ветре.

А тут четверо инструкторов организовали переход при почти ураганном ветре и штормовом предупреждении. Глупость или самонадеянность? Ладно, ты не дорожишь своей жизнью, но ты отвечаешь за жизнь детей. Не знаю, что будет с тремя из четырех педагогов, которые организовали рафтинг. Надеюсь, они ответят по полной. Но детей уже не вернуть. Озеро не возвращает никого.  Царствие им Небесное…»

 

«Шторм был очень сильным»

Ирина Ларионова, журналист: «Мы были на даче. Шторм был очень сильным… Как случилось, что дети вышли в озеро практически без сопровождения и без всякого предупреждения? Ума не приложу. Мой зять, знатный рыбак, и не подумал в эти дни о рыбалке. Даже наше Машезеро бушевало, что уж говорить про Сямозеро. Жаль ребятишек. Скорбим вместе с вами…»

 

«Всем детям в лагере нужна помощь психологов»

Илья Тимин, путешественник, директор по связям с общественностью петрозаводской, интернет-компании, внештатный фоторепортер РИА «Новости». (Был 19 июня в лагере на месте трагедии): «Если честно, я уверен, что всем детям в лагере нужна уже прямо сейчас помощь психологов. Особенно тем, кто провел ночь на острове. Не только те, что попали в шторм, а и те, кто успешно причалил обратно в лагерь вместе с МЧС во время спасения.

Некоторые дети были в шортах и сандалиях! И они ночь провели в таком турпоходе. Если рядом есть взрослый, помоги одеться. Свою одежду отдай, если у ребенка нет.

Особенно мне обидно и больно, что те девчата, что сегодня при мне попали на берег и знали, что друзья погибли, — их обнимают и утешают сотрудники лагеря, но что будет дальше? Особенно если это в самом деле сироты, что по соцпрограмме были сюда заброшены без согласия и за федеральные деньги.

Реально те родители, кто успевает забрать детей, молодцы. Там сейчас очень тяжелая ситуация. Гнетет все — от фонарей на улице до оставленных на улице вещей. Помощь нужна всем. Даже тем, кто просто из окон корпусов выглядывает на людей в погонах и на суетливые лица взрослых.

PS. Простите за эмоции».

 

«Дореформировались…»

Светлана Георгиевская, художник: «Дореформировались. «Образовательные услуги» вместо образования. Вот и плоды первые… Пока тишь да гладь, люди не желают смотреть правде в глаза. Только трагедия заставляет нас очнуться. Может, проснёмся…»

 

«Борьба с системой безопаснее, чем борьба с природой»

Екатерина Либерцева, преподаватель информатики (обращаясь к студентам педколледжа): «Девчонки и мальчишки, даже если вы сами недавно были детьми, вы будущие учителя!  И вне зависимости от обстоятельств безопасность и жизнь детей в ваших руках. Борьба с руководителями, борьба с системой, борьба со своей совестью безопаснее для детей, чем борьба с природой».

 

«Наплевать им на всё, кроме денег!»

Снежана Слепкова, специалист по связям с общественностью театра «Творческая мастерская»: «Сколько еще детей должно погибнуть, чтоб надзорные органы своевременно и адекватно реагировали на жалобы участников лагерей и их родителей?! Я прекрасно помню, как цинично отвечала администрация этого лагеря на гневный запрос одной из родительниц, опубликованный в СМИ. Наплевать им на все, кроме денег! Мужества родителям вынести это невыносимое горе…»

 

«Три года назад надо было принимать меры»

Андрей Рогалевич, председатель Комитета по образованию, культуре, спорту и делам молодежи Законодательного собрания РК: «На территории Республики Карелия сформирована Межведомственная комиссия по организации летнего оздоровительного отдыха детей, в которую входят специалисты министерства здравоохранения, министерства образования, министерства по делам молодёжи, физической культуре и спорту, министерства социальной защиты, труда и занятости республики. Руководит всем процессом В. Улич. Должностные лица карельского правительства так или иначе должны контролировать деятельность организаций, которые предоставляют услуги детского отдыха. Контролировать строго. При этом неважно, где эта организация оказывает услуги детям и откуда дети приехали. В Карелии, в Крыму или где-то еще. И если есть хоть малейшая претензия к деятельности той или иной организации, незамедлительно прекращать работу с этой организацией. С 2012 года на центр «Сямозеро» поступали неоднократные жалобы детей и их родителей, но никто не предпринял никаких мер по исключению этого центра из реестра лагерей Карелии. Он продолжал работать, а чиновники рапортовали о «замечательной» организации летнего оздоровительного отдыха, привлекая дополнительные федеральные средства. Вся работа чиновников свелась к подготовке отчета о том, что максимальное количество детей сможет отдохнуть в лагерях. А как был организован или организуется отдых, это задача самих организаторов, но не чиновников. Конкурс проведён, деньги заплачены, ребенок уехал, проблема снята. Статистика собрана.

После произошедшей трагедии можно требовать закрыть лагерь и, наверное, это правильно. Но подобные меры нужно было принимать ровно три года назад. Можно чиновничьим языком обещать, что будет сделано все, для того чтобы не повторить трагедию. Но это надо было делать ровно три года назад, когда родители и дети начали жаловаться на организацию летнего отдыха в Сямозеро. Ровно три года назад принимать меры.

Считаю, что до момента завершения проверки и установления причин гибели детей, правоохранительные органы должны запросить все обьяснения карельских министров, чьи специалисты являются членами Межведомственной комиссии по организации летнего оздоровительного отдыха детей и в которую входят министерство здравоохранения, министерство образования, министерство по делам молодёжи, физической культуре и спорту, министерство социальной защиты, труда и занятости республики. Указанные министры, включая заместителя премьера министра Карелии В. Улич, до момента окончания проверки должны быть освобождены от исполнения своих прямых обязанностей».

Фото Ирины Ларионовой

  • Прочитано

    Анестезиолог-реаниматолог Алексей Жидков о состоянии детей, переживших шторм в Карелии: «— Я не задавал вопросов, а слышал только то, что они сами говорили. Они начинали говорить, и этот разговор продолжался. «Титаник» отдыхает. Рассказывали, кто как себя вел в воде, какие слова говорил. Кто-то говорил: «Папа с мамой богатые, все деньги отдадут, лишь бы меня спасти». Кто-то поворачивался на спину и говорил: «Простите меня все». В таком-то возрасте! Даже когда сейчас повторяю это, комок в горле.
    Вот об этом они говорили, а не о том, кто вышел раньше, кто виноват, кто ответственен. Об этом я не знаю и знать не хочу».

    Читайте далее: http://izvestia.ru/news/618896#ixzz4CJ9Hsnbn

  • Наталья Мешкова

    Сейчас многие вспоминают добрым словом Раису Александровну Пеккоеву, которая в советское время отвечала за организацию летнего отдыха детей. Пишут, что это были проверки не на бумаге, она сама приезжала, вникала во все и, если что не так, летели головы невзирая на ранги

  • ИЛ

    Происшествие в Сямозере не отпускает..В 90-е годы летом я работала в пионерском лагере «Радуга» на Сямозере. Лагерь принадлежал «Заводу «Петрозаводскмаш». Там все было замечательно: и еда, и обслуживание. и медицина, и развлекательные мероприятия..Все было достойно и безопасно. Что же творится теперь..Понятно, что государство спустило вожжи, но сами люди-то. люди-то что думают? Пытаются урвать, не щадя детей, своих близких, всех подряд..Ни о чем не думают..Золотой телец затмил глаза и совесть.. Где совесть?? Ведь, должен же внутри у каждого работать барометр порядочности.. Трудно поверить, что из-за головотяпства взрослых. столько ребятишек ушло из жизни..

  • Ольга Смирнова

    Трагедия заставляет нас очнуться, только очень ненадолго, вот в чём беда. И что ужасно, всегда нарушения-преступления допускаются во многих звеньях, как и в этом случае.
    Те не досмотрели, эти не запретили, тех заставили, эти не отказались. Можно сказать, каждое звено сработало формально, узко, подсознательно надеясь, что его нарушения компенсирует звено соседнее, правильное…Но таковых в этой цепи не оказалось.

    Думаю, это система. И не только организации, а нашего авантюрного и равнодушного пофигистского мышления(((

  • Т. Шестова

    Сейчас обсуждаются две версии трагедии — это частный случай или это системная ошибка карельских властей в организации детского отдыха. А знаете, какая следовала реакция на ЧП в воинской части, где служил мой отец в 60-е — 70 е годы? Случалось, во время учений гибли или тяжело травмировались солдаты. Каждое ЧП имело конкретную причину (недосмотрел сам солдат, командир взвода отдал неверный приказ, техника подвела, произошло стечение обстоятельств), в чем разбиралась вышестоящая комиссия. Но всегда на моей памяти после доклада комиссии следовало увольнение полковника, командовавшего частью, который чаще всего и близко не находился рядом с местом ЧП. Но именно от него зависел отлаженный как часы механизм работы всех звеньев. Одно звено подвело — значит, виноват командир. Как бы жестоко это ни звучало, я считаю, что только так и надо руководить, иначе новых трагедий не избежать. Поэтому у меня нет никакого сочувствия к чиновникам, которые будут уволены со своих высоких постов после гибели детей в лагере на Сямозеро. Вот только нет уверенности, что это случится…

  • Любовь Зверякина

    Я вспоминаю как принимали лагеря в советское время. Все проходили учебу, несли персональную ответственность за детей. Почему начинаем бегать и принимать меры, когда несчастье произошло. Просто судить надо за организацию такого отдыха… и причем показательно, чтобы понимали, что помимо зарабатывания денег, есть еще более важное — это жизнь детей.

    • Евгения

      А сколько раньше нас, студентов педвузов, готовили к лагерной практике! Мы сдавали всякие допуски, госэкзамен по медицине, проходили подготовительные сборы. Сейчас же у студентов в расписании что угодно, только не нужные предметы, на которых они учатся реально работать с реальными детьми.

      • Наталья

        Помнится, в Сямозере рядом со студентом — вожатым работал учитель-воспитатель.