Родословная с Юлией Свинцовой

Дом чудесный

Михаил Чернявский. Октябрь, вид из окна

В трудную минуту обращаюсь к своим предкам, призываю всех на помощь. Мне не бывает одиноко и скучно, всегда можно поговорить с кем-то из них, поразмышлять о ком-то. В моих мыслях для них нет преград, жители разных временных потоков, они видятся мне все сразу и свободно общаются друг с другом.

 

 

Он стоит в зелёных лугах посередине России, одним краем касаясь штата Мэриленд, крылечком выходя на побережье Рейна, а бревенчатой стеной с небольшими окошками на берег  Онежского озера. Из залы видна Нева, сады и проспекты Петербурга, в огородике лениво поспевают харьковские арбузы.

Также чуден Дом и внутри. Несколько комнат его – крестьянская изба. Смягчающие шаг половички цветов русского разнотравья, добрая печь, небогатая утварь, сияющий самовар, зыбка, в которой угукает новый член семьи. По соседству блестящий на солнце паркет, резной буфет, вместительный комод, бюро красного дерева собственной работы, удобные манящие кресла,  кружевные салфеточки, портреты на стене, зеркала. Тоже, кстати, сделанные своими руками, как и стоящая на столе прекрасная посуда и ваза.

 

Уютная комната, в которой обязательно есть лампа моего детства с зелёным абажуром, шкафы до потолка, полные книг, многие из которых написаны членами большой семьи. На их корешках имена Франциски, Фридриха, Эдуарда Амелунгов, Никиты, Евгении, Эдуарда, Иоганна Антона, Карла Антоновича и Карла Карловича Майеров, Детлова, Оливье, Кёлера, Хове, Ельчанинова, Полетик и Политковских, Черепниных, Челиева. Стихи, проза, научные и журнальные статьи, рассказы о путешествиях и приключениях, семейные хроники, генеалогические изыскания, ноты. А кто-то, склонившись, и сейчас ещё пишет. Это мы прочитаем завтра.

Музыкальная гостиная. За роялем многие из них, звучит музыка разных стран и эпох, среди них и собственная – Мейеров, Черепниных, Феликса Мендельсона-Бартольди, Коберга. В этом зале свои певцы, артисты, свои спектакли, мультфильмы, кино.

 

Анфилада комнат ведёт, зовёт, манит, приглашает. Вот тут всегда неторопливо льются добрые умные беседы, к удовольствию всех звучат увлекательные рассказы стародавних и новых времён. Их старательно мотают на будущий ус играющие поодаль дети. Здесь часто встретишь самых разных гостей. Дружинин, Тургенев, Владимир Иванович Даль, Юрий Карлович Арнольд, Фёдор Иванович Буслаев, Джордж Вашингтон, Куприн, Чехов, Чернышевский, Крестовский, Николай Иванович Пирогов, Тарас Григорьевич Шевченко, братья академики Ленцы, бразильский император Педро II, курфюрсты и герцоги, представители царской фамилии. Все прекрасно понимают друг друга, хотя говорят на разных языках: шведском, польском, украинском, голландском, французском, марийском, английском, испанском, эстонском и даже фарси. Но, конечно, больше всего на немецком и русском.

А вот с религиями намного труднее. Как объединить под одной крышей лютеранскую церковь, православные святыни, стародавнюю, едва сохранившуюся за такой большой срок тору, языческие обереги и атеистические атрибуты?

 

Среди хозяев дома полным-полно врачей, поэтому рядом небольшая больничка. Я примощусь в ней со своим микроскопом и чашками Петри. Вокруг дома всевозможные службы. Мастерские краснодеревщиков и музыкальных мастеров, окутанные вкусными запахами лака, дерева, красок и облаком всевозможных звуков. Псарня с любимыми борзыми, конюшня с племенными рысаками, погреба и кладовые с припасами. Все здания добротны, ведь они из своего цемента, членом семьи изобретённого. Во дворе фонтан от семейного мастера и множество облегчающих быт приспособлений от фамильных инженеров.

Здесь всегда лето, жаркий полдень, кто-то стрекочет, трудолюбиво жужжит, легко порхает. Вечер не наступает никогда, солнце стоит высоко, и вся жизнь впереди. Прохлада и тень спрячут вас только внутри этого доброго дома.

Он полон жильцов. Благодаря мне они приходят в настоящее. О нём им мечталось когда-то совсем по-другому, но то, что видят они теперь, тоже крайне любопытно. Сказка о спящей принцессе кажется мне уже не вымыслом, а документальным рассказом. Обнаруженные мною в нелепых застывших позах, немые, порой безымянные и часто одинокие, они на глазах становятся живыми и близкими, делятся горестями, радостями и преодолением себя.

В ответ ведут меня в прошлое, нам недоступное, им родное. Потому и воспринимаю его не снаружи, а изнутри, их зрением и душой.

Я оживляю их, они помогают мне жить. В трудную минуту обращаюсь к своим предкам, призываю всех на помощь. Мне не бывает одиноко и скучно, всегда можно поговорить с кем-то из них, поразмышлять о ком-то. В моих мыслях для них нет преград, жители разных временных потоков, они видятся мне все сразу и свободно общаются друг с другом. Место, где моя маленькая мама снова рядом с отцом, где все дети живы, а матери счастливы, где бабушка читает мне книжку, а мир един и не разделён ни на страны, ни на эпохи. Он всегда тёплый и добрый, а на родных мне лицах покой и улыбка. И, кажется, уже не так страшно будет переходить в него когда-нибудь навсегда.

автор Ming Zhou