Однажды я толкала самолет. Летели мы над темными лесами, перелесками. Внизу снег подтаявший, мартовский, рыхлый. Мы сидели и смотрели друг на друга.
Конкурсы
Артель
Мир этот состоит из пяти деревянных срубов, длинных одноэтажных общаг, белых корпусов столовой и конторы.
Затмение
Дед Тимофей суетливо перебирал задубелые веревки, и они отвечали тревожным колокольным звоном. Звук зудом пробирался во дворы небольшого села, от чего скот шарахался по хлевам, а собаки беспричинно пускались в лай. Торопился Тимофей, глаз не сводил с луны, которая неуемно становилась месяцем, тоньше и тоньше.
Одиночество
Проснулась баба Валя сегодня раньше обычного. На занавесках, на стенах, на полу играли солнечные зайчики. Часы показывали ровно шесть. С улицы через приоткрытое окно тянулся свежий летний воздух и слышалась трель соловья.
Жизнь как жизнь
Воскресенье. Она сидит у окна. Грустит. И думает. О своей жизни. О несбывшихся мечтах… Так она проводит вечер воскресенья уже не первую неделю.
Гоголь ворочался в гробу
Гоголь ворочался в гробу уже не первый десяток лет. Чесался и бился головой о крышку гроба. Его, конечно, не слышали.
Каналоармейка
«Что будет? Так. Я выйду на трибуну. За мной опаловый квадрат окна и агатовые шторы. Так, однотонный фон. Отлично, я все поняла, я не должна пестрить».
Поздравляю, вы в аду
Он открыл глаза и оглянулся. Вокруг ничего не было. Кругом пустота. Но он сидел на чём-то. Он посмотрел вниз, там тоже ничего не было. Пустота.
Сломанный сук
По мотивам сочинения Германа Гессе
Этот день Победы…
Он сидел, чуть нагнувшись вперёд, правой рукой потирая сердце, а левой разминая табак. Курить бросил давно, но папиросы всегда носил с собой, и в часы сильного волнения доставал их и мял в руках, нюхая запах табака.
Парус одинокий
Яхта получилась что надо: вся такая белая, стройная, остроносая, с большим белым парусом, который можно было поднимать и опускать на мачте.
Новая учительница
Случилась вот такая история в одном втором классе. В конце сентября заболела учительница. Пришла директор и сказала детям, чтобы они один урок посидели спокойно, а потом к ним придет новая учительница.
Наречённый Нареком
Нарек знает, как растут крылья. Трудно. Болезненно. И кружится голова. Не просто кружится, а будто в ней что-то разрастается до такой степени, что застилает глаза, давит на стенки черепа.
Капля
Капля росла. Она росла из грязного облупленного крана, но была поразительно прозрачна и чиста.
Hikikomori
Каждый день, ровно в 6 утра, мир становится унылым и никчемным. Все живое исчезает вместе с ненавистным звонком будильника, который в отличие от своей прямой миссии не будит, а зовет ко сну.
